Глава 62.
Сердце Линь Чжиюйя внезапно пропустило удар; он замер на несколько секунд, прежде чем осознал, что "ранка", на которую указывал Се Цзинъяо, была той самой маленькой, едва заметной ранкой на его нижней губе.
В прошлой ночной неразберихе, неизвестно, укусил ли он себя сам, или это укусил Му Суй; он провел по ней кончиком языка, почувствовал легкую колющую боль и даже ощутил слабый привкус крови.
- ...Возможно, я только что случайно прикусил. - Линь Чжиюй с чувством вины коснулся ее пальцем, словно желая закрыть ее от пристального взгляда Се Цзинъяо.
Но его актерская игра в этот момент была далеко не так хороша, как в спектакле; Се Цзинъяо сразу же увидел подсказку в его смущенном выражении лица.
Се Цзинъяо ничего не сказал, и Линь Чжиюй тоже не собирался говорить; только вот ситуация, когда два человека стояли столбом в уборной, была слишком странной, а из-за двери снова донеслись смеющиеся человеческие голоса, казалось, приближающиеся к ним по коридору.
Через несколько секунд Се Цзинъяо достал телефон, посмотрел на время и спросил:
- Может быть, нам найти место, где можно посидеть, я попрошу А-Яня пока пройтись по следующей сцене.
Линь Чжиюй с удивлением посмотрел на него:
- Это ведь неуместно?
Се Цзинъяо улыбнулся и мягко сказал:
- Эмоциональное состояние партнера по сотрудничеству тоже очень важно, иначе это повлияет и на меня.
Линь Чжиюй немного подумал, чувствуя, что его нынешнее состояние действительно немного задерживает процесс; он боялся, что если он все еще не сможет настроиться во время предстоящей читки сценария, то снова доставит хлопот другим.
- К тому же, двум главным актерам развивать взаимопонимание наедине - это тоже вполне логично, верно. - Се Цзинъяо даже нашел для него оправдание.
- Хорошо. - Согласился Линь Чжиюй.
Они не пошли слишком далеко, оставшись на крыше студии.
Крыша была переделана в небольшой сад; дул холодный ветер, принося с собой легкий цветочный аромат. Над головой пекло теплое солнце, но прохлада все еще была немного пронизывающей; Линь Чжиюй натянул шапку повыше и, стоя у перил, посмотрел вдаль.
Стоящий рядом Се Цзинъяо, казалось, не спешил начинать разговор; он лишь тихо стоял рядом с ним, время от времени бросая взгляд на ранку в уголке его губ.
Присутствие его взгляда было слишком сильным, от того, что на него так смотрели, лицо Линь Чжиюйя немного загорелось; он с неловкостью отвернул голову, избегая его оценивающего взгляда, и, ухватившись за перила, покачнулся пару раз, прежде чем медленно заговорить:
- Скажи, почему люди ходят во сне?
Его фраза была сказана без начала и конца, но Се Цзинъяо вовсе не был удивлен тем, что он задал такой странный вопрос. Он немного помолчал, прежде чем неспешно ответить:
- Сны - это отражение подсознания. Возможно, на сердце слишком много всего, что днем подавляется и не может быть выражено, и может проявиться только ночью через сны. - Он сделал паузу, его тон по-прежнему был мягким. - Или же какие-то эмоции нуждаются в том, чтобы найти выход.
Линь Чжиюй опустил голову и посмотрел на телефон в своих руках; кончики его пальцев слегка скользнули по экрану, но взгляд не был сфокусирован.
В первый раз, когда он обнаружил, что Му Суй ходит во сне, тот долго сидел, держа его за руку, словно нашел утраченное и вновь обретенное величайшее сокровище. А во второй раз - это был тот неожиданный поцелуй прошлой ночью. Кажется, он никогда не видел таких сильных эмоций у Му Суйя днем.
Неужели он в подсознании ожидает бурной и страстной истории любви и ненависти?
Кончики пальцев Линь Чжиюйя бессознательно скользили по экрану телефона, как будто таким образом он пытался отвлечься и убежать от все более странных мыслей в своей голове.
- Что такое, то, из-за чего ты все утро рассеян, оказалось любовной проблемой? - Се Цзинъяо подпирал голову рукой, опираясь на перила, и, склонив голову набок, смотрел на него с легкой усмешкой.
Линь Чжиюй немного поколебался:
- ...Пожалуй да, хотя и нет.
Сказав это, он раздраженно поднял руку и взъерошил и без того растрепанные волосы.
- Неудивительно, что ты так огорчен, - усмехнулся Се Цзинъяо. - Из-за того человека, которому в прошлый раз выбирал подарок?
Линь Чжиюй взглянул на него, внезапно осознав, что Се Цзинъяо - единственный из всех, с кем он мог поговорить, кто не знал о его отношениях с Му Суйем.
- Если захочешь поговорить со мной, можешь сделать это в любое время, - продолжил Се Цзинъяо. - Если не хочешь, тогда давай позовем Босса Цзю наверх спеть песню, он умеет утешать людей лучше меня.
Линь Чжиюй вспомнил о волнистом попугае, которого растили как сына, и беспричинно улыбнулся. Он поднял голову и посмотрел на Се Цзинъяо: на лице собеседника казалось было написано безразличие, но скрытые за ним чуткость и забота тронули его.
Однако Линь Чжиюй не собирался говорить прямо сейчас, он не мог вот так просто выплеснуть эти сложные эмоции, в которых сам еще не разобрался, тем более что часть из них касалась Му Суйя.
А также того странного сна прошлой ночью.
Он перевел взгляд на далекий горизонт, и в глубине души внезапно поднялась волна необъяснимых эмоций. Все, что произошло прошлой ночью, было похоже на хаотичный прилив, воды которого с легкостью размыли тщательно спланированные следы на песчаном пляже.
- На самом деле ничего такого, - наконец заговорил Линь Чжиюй, притворяясь расслабленным. - Просто кое-какие личные дела, с которыми немного хлопотно разбираться.
Он все еще не мог быть откровенным с Се Цзинъяо. Это дело было слишком сложным, слишком личным, и даже он сам не был готов к тому, как с этим справиться.
Се Цзинъяо не стал расспрашивать дальше, а лишь кивнул, словно поняв, что имел в виду Линь Чжиюй.
- Тогда закажем песню? - спросил он.
- Не нужно, - сказал Линь Чжиюй. - Режиссер Лин так дорожит своим попугаем, если он узнает, что я позвал его наверх для создания атмосферы, боюсь, в течение следующих девяти месяцев в съемочной группе мне не поздоровится.
Ветер на крыше продолжал дуть, унося с собой немного раздражения, но также принося еще больше мыслей.
- Однако, - внезапно заговорил Се Цзинъяо, - я думаю, что иногда самое сложное - это не столкнуться с самими чувствами, а столкнуться со своими истинными мыслями. Тебе не нужно заставлять себя что-то объяснять, нужно просто почувствовать свои истинные мысли.
Линь Чжиюй поднял глаза и посмотрел на него, в его взгляде мелькнуло сомнение:
- Что ты имеешь в виду?
Се Цзинъяо слегка улыбнулся и произнес, чеканя каждое слово:
- Нравится - действуй, не нравится - беги.
Линь Чжиюй подшутил:
- А, и правда, простая и непритязательная точка зрения.
К сожалению, время, пока они вдвоем бездельничали на улице, продлилось недолго, на телефон Се Цзинъяо безумно посыпалось несколько сообщений.
Он беспомощно помахал им Линь Чжиюйю и объяснил:
- Кажется, наш небольшой отпуск, который дал нам режиссер Лин, подошел к концу.
Линь Чжиюй вздохнул и сказал:
- Ничего, пошли вниз.
Се Цзинъяо ответил "хорошо", а затем добавил:
- Кстати, тот твой друг, который ходит во сне... о котором ты только что упоминал, если это случалось не раз и не два, лучше бы ему сходить в больницу, я слышал, что если такое происходит часто, это не должно быть хорошо для здоровья.
Линь Чжиюй подумал про себя, что об этом ему, вероятно, не нужно беспокоиться.
Двое бок о бок спустились с крыши, Се Цзинъяо отвечал на сообщения в телефоне, и звук вибрации не прекращался ни на секунду. Когда Линь Чжиюй вошел в конференц-зал, он как раз успел заметить, как Лин Чжаоянь, опираясь одной рукой о стол, другой рукой под столом быстро отправлял сообщения Се Цзинъяо.
Увидев, что они вернулись, он с ничего не выражающим лицом переложил телефон обратно на стол и легкомысленно спросил:
- Вы двое закончили притираться друг к другу? Если закончили, давайте начнем третий акт.
Вот только этот тон, как ни послушай, казался странным, отчего стоявший рядом с ним попугай испуганно подпрыгнул пару раз и перескочил на руку Се Цзинъяо.
...
После утренней читки сценария, во второй половине дня также была тренировка по этикету.
Вечером Линь Чжиюй попросил Чэнь Чэня забронировать ему номер в отеле неподалеку от студии, решив какое-то время побыть вне дома, чтобы, вернувшись и увидев лицо Му Суйя, не вспомнить о том, что произошло прошлой ночью.
Однако над предлогом для ночевки вне дома он думал довольно долго, боясь, что со стороны Му Суйя возникнут хоть малейшие подозрения.
В конце концов он прикрылся Лин Чжаоянем, сказав, что его уровень слишком плох, поэтому его жестоко оставили после занятий, и чтобы не тормозить прогресс съемочной группы, он по собственной инициативе остался здесь на закрытую интенсивную тренировку.
Однако Линь Чжиюй и не подозревал, что как только он вечером вышел из студии, сидевшие в засаде поблизости фансайт-менеджеры тут же выложили его фотографии с окончания работы в супертему.
Но Му Суй ничего не сказал, а лишь ответил:
[Хорошо.]
Линь Чжиюй только-только вздохнул с облегчением, как увидел, что на экране появилось еще одно сообщение:
S.:
[Прошлой ночью я снова ходил во сне?]
Сердце Линь Чжиюйя екнуло от испуга, он боялся, что тот что-то вспомнил или, проснувшись, заметил какие-то странности. Различные вопросы и попытки выведать информацию боролись в его голове несколько раундов, и в конце концов он все же решил притвориться дураком:
[Да нет вроде, а что?]
Му Суй написал:
[Немного болит.]
Где болит? Нога? Или рот, не может же быть, что язык...
Сердце Линь Чжиюйя было готово выпрыгнуть из груди, все его мысли были заполнены тем абсурдным поцелуем прошлой ночью. Иногда он действительно ненавидел свою чертову память, как можно было запомнить каждую деталь так четко.
Но в этом нельзя было винить его, он лишь укусил один раз, что уже было очень вежливо с его стороны.
Бумажная рыбка:
[Я не знаю, может быть, вы прошлись по своей комнате и на что-то наткнулись? Я ничего такого не почувствовал, проспал до самого рассвета и пошел на работу [плачущая голова котика.jpg]]
[S. похлопал по кошельку Бумажной рыбки, уровень богатства +100000]
S.: [?]
S.: [История переводов]
Линь Чжиюй подскочил как ошпаренный, внимательно пересчитал нули на экране, постучал пальцами по экрану, печатая, а затем судорожно все стер.
В конце концов, он действительно не знал, что сказать, и решил для начала отправить стикер, притворившись мертвым.
Сделав это, он окончательно развалился на кровати в отеле и отшвырнул телефон в сторону.
Потупив взгляд в пустоту около десяти минут, он медленно приподнялся с кровати, включил телевизор в отеле и запустил «Синюю птицу».
Сегодня вечером вышло еще два эпизода, арка города Иньшань завершилась. Выпущенный тизер относился ко второму акту - арке Академии, и поскольку эта часть изобиловала воспоминаниями о юности Се Чжоюйя, ее также называли аркой воспоминаний о юности.
Как и ожидалось, прокручивая страницу вниз, он как раз наткнулся на песню персонажа Се Юньцэ, которую только что выпустили официальные представители.
Линь Чжиюй довольно долго молчал и, как следует морально подготовившись, осторожно кликнул на нее.
Песня персонажа сопровождалась видео его последнего исполнения в студии звукозаписи, Му Юньцзи появился в кадре на короткое время, и, просто глядя на его посиневшее, как дно котла, лицо, любой бы подумал, что между ними была какая-то глубокая кровная месть, словно в следующую секунду он собирался утащить его и закопать труп.
Но вопреки ожиданиям, эту песню на удивление можно было слушать, это не было похоже на вой призраков и волков, как представлял себе Линь Чжиюй.
Он мысленно поблагодарил усердно поработавшего специалиста по постпродакшену за то, что тот спас его собачью жизнь, а затем переключился обратно на основные эпизоды «Синей птицы» и под этот фоновый звук от скуки начал листать телефон.
По телевизору показывали сцену, где Се Чжоюй и Юнь Ци перебранивались, и оба в оцепенении вспоминали времена своей юности.
Линь Чжиюй не удержался и рассмеялся.
Все потому, что он как раз наткнулся в общей ленте «Синей птицы» на парные аватарки Се Чжоюйя и Юнь Ци: на одних они вдвоем дулись друг на друга, на других - закатывали друг на друга глаза, как ни посмотри, настоящие влюбленные-соперники.
А вот подписи сверху гласили: "Так бесит, если бы не Се Юньцэ, кто бы стал обращать на него/нее внимание".
В итоге, присмотревшись внимательнее, он обнаружил, что тег, который поставил автор поста, ясно гласил: ＃Первый турнир токсичных соло-стэнов Се Юньцэ объявляется открытым＃.
Линь Чжиюй: ?
Листая дальше, он даже увидел комментарии двух главных лиц.
@ЦзянЮйбай (V):
[Как здорово, завтра я смогу увидеть своего брата.]
@ШэньЧэнъи (V):
[Ничего страшного, твой брат скоро поедет со мной путешествовать в павильон Тяньцзи и не возьмет тебя с собой.]
Линь Чжиюйя позабавил их тон, напоминающий перепалку учеников начальной школы, и его рука случайно дрогнула. Когда он осознал это, то уже поставил лайк Шэнь Чэнъи.
Он даже не успел его отменить, как в комментариях тут же набежала целая толпа любителей совать нос в чужие дела.
Уровень обсуждаемости «Синей птицы» вновь резко возрос.