Глава 27.
Взгляд Му Суйя скользнул по этому заискивающему золотистому ретриверу, после чего он поднял веки и посмотрел прямо на них.
Яркий золотистый солнечный свет падал на его лицо, из-за чего эти обычно глубокие глаза казались немного светлыми, почти янтарного цвета. На его лице читалось привычное спокойствие, и в таком свете оно казалось еще более равнодушным, но у Линь Чжиюйя почему-то возникла мимолетная иллюзия, что ему некуда бежать.
Словно в детстве, когда с плохой компанией тайком покупаешь снеки в ларьке на улице, и только успеваешь разорвать упаковку, как сталкиваешься лицом к лицу с возвращающимися с работы родителями.
Но даже несмотря на это, его сердце предательски пропустило несколько ударов.
Линь Чжиюй невозмутимо потянул за поводья, резвая лошадь несколько раз покружилась на месте и замотала головой, не совсем понимая, почему он вдруг остановился.
Цзян Юйбай, увидев это, слегка похлопал лошадь по спине, повернулся к Линь Чжиюйю и спросил:
- Подойдем поздороваться?
Линь Чжиюй подумал про себя: нас уже заметили, разве разворот и уход решат эту проблему? К тому же, он все еще наполовину мой босс, и даже если бы ты захотел развернуться и уйти, боюсь, он был бы не в восторге.
- Пойдем, - легкомысленно бросил он, затем сжал бока лошади и помчался в сторону зоны отдыха.
В отличие от предыдущей неспешной прогулки в стиле бабули, эти короткие десять с лишним метров он проскакал с такой лихой непринужденностью, словно вершил правосудие. Как только он оказался у выхода с ипподрома, Линь Чжиюй натянул поводья, имитируя предыдущее движение Му Юньцзи, и на глазах у Му Суйя сделал очень элегантную резкую остановку.
Даже он сам не осознавал, насколько эта поза походила на поведение тех старшеклассников, которые, подобно распускающим хвост павлинам, изо всех сил выпендриваются на спортивной площадке, завидев девушку, которая им нравится.
- Какое совпадение, господин Му, - Линь Чжиюй передал поводья в руки сотрудника и, убедившись, что Цзян Юйбай со странным выражением лица последовал за ним, неспешно вошел в беседку в зоне отдыха.
Кто бы мог подумать, что кое-кто окажется быстрее него.
Тот золотистый ретривер, круживший возле Му Суйя, был тем еще безумцем при виде людей. Линь Чжиюй только ступил в беседку и даже не успел твердо встать на ноги, как он, словно вихрь, врезался прямо в него.
Если бы Цзян Юйбай вовремя не поддержал его со спины, боюсь, его затылок вступил бы в тесный контакт с полом.
По предварительным оценкам, этот толстячок весил больше шестидесяти цзиней.
Линь Чжиюй потирал его пушистую голову, прокручивая это в мыслях. В итоге этот ретривер, увидев, что хоть кто-то наконец готов обратить на него внимание, тут же высунул язык и вдоволь облизал руки Линь Чжиюйя, оставив после себя блестящие слюни.
Линь Чжиюй:
- ...
- Господин Му, - Цзян Юйбай подошел вперед и поздоровался.
Му Суй кивнул в знак приветствия, взглянул на Линь Чжиюйя, который поспешно отдернул руки и оглядывался в поисках бумажных салфеток, затем потянулся к соседнему столу, взял их и точно бросил ему в руки.
- О, спасибо...
Кончики пальцев Му Суйя, постукивающие по подлокотнику инвалидной коляски, на мгновение замерли, он едва заметно приподнял брови, но не позволил никому разглядеть в этом каких-либо других эмоций.
- Я думал, ты сегодня будешь на съемочной площадке, не ожидал, что у тебя появится свободное время для катания на лошадях. - Му Суй говорил не спеша, в его словах не слышалось ни взлетов, ни падений настроения, но на полпути он намеренно сделал паузу, сделав акцент на словах «свободное время».
Однако ничего не подозревающий Линь Чжиюй молниеносно вытер слюну с рук, сел на стул и начал сам себе наливать чай, заодно передав чашку и Цзян Юйбайю.
- Режиссер Чжао велел нам двоим выбраться куда-нибудь, чтобы взрастить чувства, и специально дал нам выходной на один день, поэтому... - Линь Чжиюй только сделал глоток воды, как золотистый ретривер снова подскочил к нему и потерся о его ногу.
Внезапное теплое прикосновение напугало его так, что рука, сжимавшая чашку, дрогнула, и большая часть чая расплескалась.
А затем он услышал, как Му Суй тихо и протяжно спросил:
- И как продвигается взращивание чувств?
«Не очень, все испортил твой младший брат.»
Линь Чжиюй повернул голову к Цзян Юйбайю, желая узнать, что тот об этом думает. В конце концов, у него самого не было никаких разногласий с Цзян Юйбайем, он просто боялся, что тому из-за предыдущих событий будет не по себе в его присутствии.
Но Цзян Юйбай, казалось, тоже ничего не уловил и с невинным видом ответил:
- Довольно неплохо, и навыки верховой езды учителя Линя тоже быстро совершенствуются.
Услышав эти слова, Му Суй сохранил прежнее спокойное выражение лица, однако в его взгляде промелькнул едва уловимый намек на что-то иное.
Он слегка наклонился вперед в инвалидной коляске, и его взгляд, словно крючок, впился в лицо Линь Чжиюйя.
- Да? - но этот звук, выдавленный сквозь зубы, был очень тихим.
Линь Чжиюй задал встречный вопрос:
- Разве я только что плохо скакал?
А затем тихо пробормотал:
- Я вообще считаю, что я слишком талантлив.
Цзян Юйбай находился близко к нему, случайно услышал это невнятное бормотание себе под нос, уголки его губ изогнулись, и он не смог удержаться от улыбки.
Му Суй, услышав голос, равнодушно окинул его взглядом, поджал уголки губ и ничего не сказал.
Впрочем, Линь Чжиюй и не надеялся, что Му Суй действительно его за что-то похвалит. Освободив левую руку, он почесал голову ретривера, продолжавшего бесчинствовать у его ног, сменил тему и спросил:
- Эта собака местная, с ипподрома? Почему мы не видели ее, когда приехали?
Му Суй опустил глаза. Золотистый ретривер, получив от Линь Чжиюйя порцию ласки сполна, радостно вприпрыжку побежал обратно к его инвалидной коляске, ласково прижавшись к штанине и вновь потершись об нее.
- Нет, - Му Суй посмотрел на человека, стоящего неподалеку от него. - Это собака Му Юньцзи.
Линь Чжиюй не удержался от восклицания:
- Тогда он и его хозяин абсолютно не похожи.
В конце концов, из трех присутствующих здесь людей Му Юньцзи больше всего ненавидел Линь Чжиюйя, а на втором месте в списке его ненависти стоял Му Суй, и надо же такому случиться, что эта собака все время липла именно к ним двоим.
Кто бы мог подумать, что Му Суй, выслушав эти слова, на самом деле еще и произнесет «угу».
Линь Чжиюй с некоторым удивлением посмотрел в его сторону.
Эта собака так долго лезла с горячим сердцем к холодной заднице *(лезть с добрыми намерениями к тому, кто равнодушен), что, осознав, что желаемой ласки ей не получить, просто обосновалась прямо под ногами Му Суйя. Она вяло легла, перекатилась и, жалко подняв голову, своими круглыми глазками смотрела прямо на мужчину.
Хотя лицо человека в инвалидном кресле все еще не выражало никаких эмоций, Линь Чжиюй интуитивно почувствовал, что его пальцы, кажется, немного расслабились.
Словно они хотели подняться, но в итоге хозяин позволил себе подавить этот порыв.
Линь Чжиюй невольно заинтересовался:
- Почему господин Му не заведет собаку?
Если бы речь шла о Му Суйе, то ему бы подошел доберман или немецкая овчарка, величественно стоящая рядом с ним. Как ни посмотри, картина походила бы на выезд крупного босса на инспекцию.
- Хлопотно, - холодно ответил Му Суй.
Линь Чжиюй хотел сказать еще пару слов, как вдруг услышал доносящийся снаружи беседки быстрый топот копыт. Линь Чжиюйю даже не нужно было поворачивать голову, чтобы догадаться, кто это совершил внезапный маневр с возвращением.
Конец, это действительно превращается в поле битвы асуров на четверых!
Му Юньцзи свирепо спрыгнул с лошади, и когда он увидел их, его гнев взметнулся на три чжана вверх.
- Сегодня действительно не стоило выходить из дома, - язвительно сказал он, нахмурившись и с холодным лицом посмотрев на золотистого ретривера у ног Му Суйя, а затем раздраженно крикнул: - Дабин *(Лепёшка 😍), катись сюда! Разве ты не видишь, как тобой брезгуют, а ты все лезешь и лезешь к нему каждый раз.
Услышав это имя, Линь Чжиюй не сдержался и со смешком фыркнул.
Му Юньцзи свирепо зыркнул на него.
Но, возможно, находясь под давлением ауры Му Суйя, он на редкость для себя не стал злиться. Подозвав золотистого ретривера, он сквозь стиснутые зубы добавил еще одну фразу:
- Еще и меня выставляешь мерзким, а сам ничуть не лучше.
Затем он взял поводок собаки и ушел, не оглядываясь.
Линь Чжиюй и не думал, что тот так легко уйдет. В глазах, смотревших на спину Му Юньцзи, читалось полнейшее неверие.
- На что ты смотришь? - спросил Му Суй.
- ...На собаку? - Линь Чжиюй сделал паузу, а затем добавил: - На самом деле, я подумал о том, что когда мы поднимались сюда, мне показалось, будто здесь есть и другие объекты.
«Этот деревенщина никогда здесь не бывал, вот и захотелось пойти посмотреть, чем вы, богачи, занимаетесь целыми днями.»
- К тому же, уже почти время обеда, - Линь Чжиюй посмотрел на Цзян Юйбайя. - Давайте найдем место, чтобы сначала перекусить. Господин Му присоединится к нам?
Му Суй поднял веки и тяжело посмотрел на него.
- ...Тогда вместе? - нерешительно произнес Линь Чжиюй.
Му Суй отвел взгляд.
......
Конный клуб Баньшань являлся одним из предприятий, принадлежащих поместью Юйцзин, а на территории самого поместья также располагались отель, поля для гольфа и другие сопутствующие объекты инфраструктуры.
По стечению обстоятельств, семья Му являлась крупнейшим акционером поместья Юйцзин. Неудивительно, что Линь Чжиюйю постоянно казалось, будто лошадь Му Юньцзи выглядит гораздо умнее и послушнее его собственной - оказывается, это было эксклюзивное средство передвижения, тщательно отобранное для их собственного молодого господина.
Как только официант отеля увидел Му Суйя, он сразу же почтительно поспешил навстречу и проводил их в ресторан.
Сегодня эти праздные отпрыски богатых семей города А, неизвестно по какой прихоти, примчались сюда компаниями по две-три группы, чтобы присоединиться к веселью. Только по пути Линь Чжиюй столкнулся с несколькими молодыми людьми, одетыми в одежду дорогих брендов; казалось, они тоже узнали Му Суйя, но лишь останавливались и смотрели издалека, не решаясь подойти.
Воспользовавшись тем, что Цзян Юйбай не обращал внимания, Линь Чжиюй тайком прошел на несколько шагов вперед и, как бы невзначай, спросил:
- Господин Му получил мой подарок?
Му Суй поднял голову, взглянул на него и равнодушно ответил:
- Получил.
- И как, господину Му понравилось? - Линь Чжиюй посмотрел на него с некоторым ожиданием. - Хотя он, возможно, не очень дорогой, но я выбирал его довольно долго. Хотел поблагодарить вас за то, что вы помогли мне тогда на банкете, а также уладили дело с Вэнь Лу.
Му Суй некоторое время молчал, а Линь Чжиюй взглянул на Цзян Юйбайя, который уже смотрел в их сторону, и его ладони невольно покрылись мелким потом.
До тех пор, пока Му Суй не произнес:
- Вполне неплохо.
Он наконец облегченно выдохнул.
- Значит, понравилось, - лениво протянул Линь Чжиюй. - Я впервые в жизни выбирал такой дорогой подарок, очень боялся, что меня обманут или обдерут как липку.
Му Суй тихо усмехнулся.
Официант проводил их к столику у панорамных окон; через которые виднелись далекие горные хребты и обширные луга.
Но как назло, за столиком неподалеку сидел не кто иной, как недавно ушедший Му Юньцзи и его дурная компания.
Услышав предупреждение своего спутника, Му Юньцзи оглянулся, а затем, сделав вид, что ничего не произошло, отвел взгляд, проигнорировав их.
Линь Чжиюй тоже не обратил на это внимания. Сев, он тайком приподнял уголок меню и взглянул на него; хотя цены все еще находились в пределах того, что он мог принять, он не слышал ни об одном из причудливых названий, написанных там.
Он молча пододвинул меню в сторону Цзян Юйбайя, решив, что, независимо от того, что они закажут, он просто согласится.
Однако Му Суй перевернул несколько страниц меню и, не успев ничего сказать, обнаружил, что мелодичная скрипичная музыка, изначально игравшая в ресторане, внезапно сменилась лирической песней.
К тому же, голос певца показался немного знакомым.
Руки Му Суйя и Цзян Юйбайя, перелистывавшие меню, замерли, и Цзян Юйбай повернул голову, чтобы посмотреть на Линь Чжиюйя.
Линь Чжиюй еще не успел сообразить, что означал этот взгляд, как услышал, что кто-то из компании, сидевшей за соседним столиком с Му Юньцзи, произнес:
- Помнится, молодой господин Му пару лет назад хвастался, что его изначальным намерением при вступлении в индустрию было писать только ту классическую музыку, которую он сам хочет, так как же получилось, что теперь он тоже начал потакать рынку и петь эти бессодержательные попсовые песенки?
Говоривший выпрямился и, словно специально желая, чтобы они услышали, резко повысил голос:
- Неудивительно, что даже такая дешевка, как Линь Чжиюй, и тот влюбился в другого.