Глава 17.
- Брат Линь!
- Учитель Линь! Учитель Вэнь!
Взрыв испуганных криков раздался мгновенно, сотрудники быстро бросились вперед, оператор тросов в панике пытался удержать веревки, но внезапная нагрузка и сильная тряска привели к тому, что все вышло из-под контроля.
Линь Чжиюйю казалось, что небо кружится, а земля вертится, похожая на порез ножом боль, исходящая от спины, заставила его голову гудеть, а внутренние органы словно сдвинулись с места от тряски.
Когда он пришел в себя, то увидел, что Вэнь Лу уже спустили вниз, и сейчас он мучительно вопил:
- А-а! Моя рука! Скорее посмотрите, нет ли у меня перелома!
Медицинский персонал уже подоспел с носилками, после простого осмотра обоих отправили в больницу.
Когда его несли в машину, Линь Чжиюй, казалось, услышал, как Чжао Цзиньюй мечет громы и молнии в павильоне:
- Совсем не понимаешь базовых правил работы с тросами?! Если поскользнулся - стабилизируй положение тела, обязательно было тянуть других за собой?!
Линь Чжиюй еще не забыл оглянуться и посмотреть на следовавшего за ними помощника режиссера:
- Те предыдущие дубли вроде были ничего? Это можно оформить как производственную травму?
Помощник режиссера от его слов не знал, смеяться ему или плакать:
- Учитель Линь, вы уже в таком состоянии, зачем вы об этом беспокоитесь, скорее поезжайте в больницу!
- Производственная травма...
- Конечно же, оплатит съемочная группа!
Линь Чжиюй со спокойной душой лег обратно.
Спустя несколько часов Чэнь Чэнь на машине отвез Линь Чжиюйя домой.
Результаты обследования показали, что со спиной, поясницей и животом Линь Чжиюйя не было никаких серьезных проблем, лишь ушиб мягких тканей, вызванный чрезмерным натяжением троса, требовалось несколько дней покоя.
А вот Вэнь Лу повезло гораздо меньше.
По инерции он врезался в карниз крыши, получил перелом левой руки, и его менеджер уже оформил ему документы на госпитализацию.
Когда Линь Чжиюй покидал больницу, тот все еще безостановочно скандалил в палате.
- Хорошо еще, что сотрудники вовремя потянули, иначе от падения с такой высоты, если бы и не умер, то лишился бы половины жизни. - Возмущенно сказал Чэнь Чэнь. - Это дело обязательно нужно повесить на Вэнь Лу, он переходит все границы!
Линь Чжиюй покрутил своим запястьем.
- Все на площадке видели, что это он потянул тебя, а у него еще хватает совести говорить, что если бы ты его не дернул, он бы вообще не сломал руку, что это за логика!
Линь Чжиюй с трудом поднял руку и похлопал по его сиденью, сейчас, кроме как сидеть неподвижно или лежать, при любом движении он чувствовал боль в пояснице.
- Веди машину нормально. - Напомнил он и добавил: - Я тогда... просто подсознательно испугался, что он упадет, поэтому и потянул его, может, мне не стоило этого делать?
- Это вообще не ваша вина, брат Линь. - Тон Чэнь Чэня немного смягчился. - Любой нормальный человек, увидев, как кто-то падает вниз, дернул бы его. Если бы не он, брат Линь, вы бы никак не смогли пораниться до такого состояния!
Я только что в больнице звонил брату Сюй, он не взял трубку, поэтому я отправил ему сообщение, объяснив ситуацию. Когда отвезу вас обратно, позвоню еще несколько раз, чтобы поговорить, и со съемочной группой тоже нужно связаться...
Линь Чжиюйю вдруг показалось, что этот стажер куда надежнее, чем его менеджер, образ глупого мальчишки в этот момент стал светлым и величественным.
Кто бы мог подумать, что он еще не успел порадоваться, как в следующую секунду резко повысившийся голос Чэнь Чэня разрушил его образ:
- Брат Линь, брат Линь! Вы правда здесь живете?!
Линь Чжиюй посмотрел на это ошеломленное лицо, повернувшееся к нему с водительского сиденья, и поддразнил:
- Сдерживай себя, а то челюсть отвалится.
Затем он опустил стекло машины и начал общаться с подошедшим охранником.
Через пять минут охранник, связавшись с владельцем дома, наконец открыл им ворота.
Однако вплоть до того момента, как Линь Чжиюй открыл дверь, Чэнь Чэнь казался лишившимся души.
Линь Чжиюй, держась за его руку, прихрамывая вернулся в спальню, плюхнулся на кровать, словно соленая рыба, повернул голову и увидел, что тот все еще выглядит ошеломленным, растерянно стоя у кровати, и его глаза не знают, куда себя деть.
- Приди в себя.
Чэнь Чэнь в прострации воскликнул:
- Брат Линь, раньше все всегда говорили, что вы ради любви храбро ворвались в индустрию развлечений, я думал, что это преувеличение, неужели вы и правда тот самый богатый наследник во втором поколении, которому придется вернуться домой и унаследовать семейный бизнес, если он не станет популярным?
Линь Чжиюйю ничего не оставалось, кроме как беспомощно объяснить:
- Этот дом не мой.
- А?
- Помощь друга. - Сказал Линь Чжиюй. - Я сам словно маленькая капустка, пожелтевшая на грядке *(бедный, несчастный сирота), отец не жалеет, мать не любит. Спасибо тому красивому душой и телом другу, что приютил меня, иначе я бы до сих пор скитался по улицам. Ладно, лучше скорее помоги мне посмотреть, что там с моей поясницей, я чувствую себя так, словно меня разрубили надвое, болит так сильно, что я уже не ощущаю ее существования. - Говоря это, Линь Чжиюй завел руку за спину и потянул подол своей одежды вверх.
Чэнь Чэнь присел на корточки, одной рукой копаясь в пакете в поисках мази, а другой осторожно осматривая состояние Линь Чжиюйя.
Темно-фиолетовый цвет расходился по обе стороны от позвоночника, почти покрывая среднюю и нижнюю часть спины, а ближе к копчику даже слабо отливал иссиня-черным, что выглядело пугающе.
Самым серьезным местом была левая поясничная впадина, кожа там опухла и слегка вздулась, подкожная кровь скопилась сгустками. На пояснице также остался круг красных царапин разной глубины, похожих на следы от разрыва кожи при натяжении веревки.
- Это слишком серьезно, и это называется ушибом мягких тканей? - тихо пробормотал Чэнь Чэнь. - Врач и правда смеет такое говорить, боюсь, это оптимистичный диагноз, который с огнем не сыщешь.
- Говоришь так, будто ты врач, - Линь Чжиюй стиснул зубы. - Не тяни, сначала нанеси лекарство.
Мазь, капнувшая на спину, принесла легкий холодок, но в следующий миг только что утихшая боль снова обострилась от разминаний Чэнь Чэня.
Все его лицо уткнулось в подушку, и все болезненные стоны с оскаленными зубами приглушенно потонули в ней.
Холодный пот намочил волосы, Линь Чжиюй безостановочно кряхтел:
- ...Не так сильно, полегче.
Руки Чэнь Чэня уже старались действовать как можно легче, но он все равно не удержался и втайне цокнул языком:
- Брат Линь, эта твоя травма... ты правда не собираешься привлекать Вэнь Лу к ответственности?
Линь Чжиюй глухо застонал, наполовину терпеливо, наполовину слабо ответив ему:
- ...Лучше подождем, пока съемочная группа не разберется...
Чэнь Чэнь как раз собирался что-то возразить, как вдруг услышал слабый звук трения.
Этот звук был таким тихим, что его почти невозможно было расслышать, он напоминал легкое дрожание бумаги от дуновения ветерка или царапанье кошачьих когтей.
В обычной ситуации никто бы не обратил внимания на такое движение, но вскоре Чэнь Чэнь услышал голос, доносящийся из-за двери спальни:
- Линь Чжиюй, не хочешь объяснить мне ситуацию?
Низкий голос, в котором слышалась легкая злость, мгновенно остановил движения Чэнь Чэня.
Он резко повернул голову и увидел, как инвалидная коляска бесшумно катится по деревянному полу спальни и останавливается сбоку от него.
Слегка прищуренные глаза неотрывно смотрели на спину Линь Чжиюйя, а тон голоса оставался пугающе холодным:
- В соглашении должно было быть сказано, что запрещено приводить посторонних.
Чэнь Чэнь уставился на это лицо, затем скованно повернул голову, взглянул на Линь Чжиюйя и от потрясения какое-то время не знал, что сказать:
Почему брат Линь не сказал ему, что этот друг - папик-спонсор!?
Линь Чжиюй перевел дух и с трудом вытащил голову из подушки. Намокшие волосы в беспорядке прилипли к щекам и лбу, а на раскрасневшемся от духоты лице невозможно было разобрать выражение.
В глазах стояла мутная пелена слез, уголки глаз сильно покраснели, и он выглядел крайне жалко.
Глаза Линь Чжиюйя, казалось, не могли сфокусироваться, он мог лишь по размытому силуэту определить местонахождение Му Суйя, и его голос все еще был вялым:
- Господин Му, почему вы вернулись?
Му Суй холодно ответил:
- Чжоу Мин сказал, что ты отправил ему сообщение.
- Угу... машина не могла въехать, - сказал Линь Чжиюй. - Во время съемок кое-что случилось, я не мог двигаться один, поэтому пришлось попросить ассистента отвезти меня домой. Он скоро уйдет, извините, господин Му, я думал, что нельзя приводить посторонних означает... то самое.
Он не видел лица Му Суйя и не знал, в каком тот настроении. Только взгляд, упавший на его спину, заставлял его чувствовать себя неловко, а и без того болевшая кожа словно начала гореть.
Линь Чжиюй переживал, что Му Суй разозлится, поэтому ему пришлось немного пододвинуться, чтобы зацепить край его одежды, и заискивающе сказать:
- Не злитесь, он побудет здесь совсем недолго, я правда не могу сам нанести лекарство.
Взгляд Му Суйя скользнул по его спине, большая часть которой была перечеркнута черно-фиолетовыми синяками, а оставшиеся участки фарфорово-белой кожи казались необычайно режущими глаз.
Он опустил глаза и посмотрел на руку Линь Чжиюйя, державшуюся за подол его одежды. Пальцы слабо лежали на краешке, вероятно, из-за отсутствия точки опоры они слегка подрагивали, костяшки побелели, и выглядело это так же жалко, как и их хозяин.
Он поднял руку и разжал пальцы Линь Чжиюйя, но в его голосе больше не было колкостей:
- С чего бы мне злиться?
Сказав это, он осторожно надавил на поясницу Линь Чжиюйя, и Чэнь Чэнь даже не успел его остановить, как услышал, что тот издал слабый вздох:
- Больно...
- Пусть он нанесет лекарство и уходит, - Му Суй убрал руку, незаметно потерев подушечки пальцев; оставшееся ощущение было незнакомым и особенным, он поджал уголки губ, его взгляд стал темным и неясным.
Линь Чжиюй дважды угукнул и сдвинул руки обратно под подбородок.
Му Суй развернул инвалидную коляску и взглянул на Чэнь Чэня.
Чэнь Чэнь и так стоял рядом, не зная, куда деть руки и ноги, а встретившись взглядом с Му Суйем, он еще больше смутился, так что ему захотелось на месте выкопать ногами квартиру с тремя спальнями и гостиной *(сгорать от стыда до такой степени, чтобы спрятаться под землю), и лишь спустя время он выдавил:
- Господин Му, я... я просто временно помогаю, я не буду безобразничать в вашем доме.
Му Суй повернул голову и снова взглянул на Линь Чжиюйя, увидев, как тот смущенно растянул уголки губ и улыбнулся ему. Поэтому он ничего не сказал, лишь слегка приподнял подбородок, а затем, управляя инвалидной коляской, уехал.
Услышав, что звук инвалидной коляски постепенно отдаляется, а дверь кабинета на другом конце коридора закрылась, Чэнь Чэнь наконец-то вздохнул с облегчением.
Чэнь Чэнь в изнеможении сел обратно на край кровати, погладил себя по груди и сказал:
- Брат Линь, это было немного волнительно. На какое-то мгновение я даже почувствовал себя так, словно меня застукали за изменой... Ты должен был сказать мне раньше, ребенок ведь совсем перепугался.
Линь Чжиюй бессильно лежал на животе, ему было лень поправлять его слова, он лишь с закрытыми глазами бросил упрек:
- Твой рот может быть хоть немного сдержаннее?
Чэнь Чэнь сказал:
- Но брат Линь, папик-спонсор действительно не обычный человек... именно этот его взгляд только что, тск, было такое чувство, как в детстве, когда моя мама видела, что я разбил колени, я даже испугался, что он пустит в ход руки.
Линь Чжиюй:
- ...
Чэнь Чэнь, увидев, что тот не отвечает, снова взял мазь и продолжил свою работу. Вскоре тишину спальни внезапно разорвал оглушительный звонок телефона.
Чэнь Чэнь вытер мазь с рук и ответил на звонок.
Помолчав и послушав полминуты, он с досадой сказал:
- Брат Линь, дело плохо... Вэнь Лу опубликовал пост в Weibo.