Глава 18
Четыре недели спустя
Лилия сидела в аудитории на лекции по древней магии, но сосредоточиться на словах профессора не получалось. Её взгляд то и дело скользил к окну, за которым виднелась широкая аллея академии — там, как обычно, толпились студенты. И как обычно, возле статуи Основателей стоял Виктор — высокий, статный, в строгом ректорском плаще.
Он разговаривал с группой старшекурсниц. Одна из них — высокая блондинка с пышной причёской — что‑то оживлённо рассказывала, жестикулируя, а Виктор слушал, слегка склонив голову, и… улыбался. Не той тёплой, почти застенчивой улыбкой, которую Лилия видела утром, когда он заваривал ей чай, а вежливой, отстранённой — но всё равно обезоруживающей.
«Он всегда так улыбается, когда вынужден быть любезным», — попыталась успокоить себя Лилия, но внутри всё равно неприятно кольнуло. Блондинка наклонилась чуть ближе, поправила несуществующую складку на его рукаве, а Виктор даже не отстранился.
— Лилия? — тихий голос Анны вывел её из задумчивости. Подруга сидела рядом, склонившись над конспектом, но теперь внимательно смотрела на неё. — Ты опять смотришь туда. Опять он?
Лилия вздохнула и опустила взгляд на свои записи — строчки расплывались перед глазами.
— Он просто… слишком мил с ними, — пробормотала она. — С этими студентками. Улыбается, кивает, а они виснут на нём, как плющ на заборе.
Анна усмехнулась, отложила перо и повернулась к ней всем корпусом:
— Ну, во‑первых, он ректор. Ему положено быть милым. Во‑вторых, ты же знаешь, какой он: вежливый до зубного скрежета. А в‑третьих… — она понизила голос, — ты правда думаешь, что он обратит внимание на кого‑то ещё? После всего, что между вами было?
Лилия закусила губу. Она знала, конечно. Знала, что ночами Виктор шептал ей на ухо такие слова, какие не говорят случайным женщинам. Знала, что его руки, когда обнимали её, дрожали от нежности, а не от формальной вежливости. Но всё равно…
— Просто бесит, — призналась она. — Они же все на него так смотрят. Как будто он не ректор, а какой‑то трофей.
— А ты? — Анна приподняла бровь. — Как ты на него смотришь?
— Как? — Лилия на мгновение задумалась. — Как на человека, который стал частью меня. Как на того, без кого мир теряет краски.
— Вот и ответ, — улыбнулась Анна. — Они смотрят на него, как на красивую картинку. А ты — как на живого человека. И он это чувствует.
В этот момент лекция закончилась, и аудитория наполнилась шумом отодвигаемых стульев. Лилия машинально собрала вещи, но взгляд снова метнулся к окну. Виктор уже прощался со студентками, коротко кивнул им и направился к зданию.
— Пойдём, — Анна взяла её за локоть. — Если хочешь, можем «случайно» встретиться с ним у лестницы. И ты сама убедишься, что его улыбка для тебя — совсем другая.
Они вышли в коридор и действительно почти сразу увидели Виктора. Он шёл навстречу, погружённый в мысли, но, заметив Лилию, его лицо мгновенно изменилось. Улыбка, которая появилась на губах, была той самой — тёплой, немного лукавой, предназначенной только для неё.
— Лилия, — он подошёл ближе, и его рука на мгновение коснулась её ладони. — Как лекция?
— Нормально, — она невольно улыбнулась в ответ, чувствуя, как тревога тает. — Хотя я больше смотрела в окно.
— Да? — Виктор слегка приподнял бровь, но в глазах плясали смешинки. — И что же там было интересного?
— Ты, — честно ответила Лилия. — И то, как на тебя смотрели некоторые студентки.
Виктор замер на мгновение, потом тихо рассмеялся:
— Лилия, — он слегка сжал её руку. — Я ректор. Мне приходится быть вежливым со всеми. Но улыбаться по‑настоящему я могу только одной женщине. И она сейчас стоит передо мной.
Анна, стоявшая чуть в стороне, незаметно подмигнула Лилии. Та почувствовала, как краска приливает к щекам, но на этот раз от смущения, а не от ревности.
— Прости, — тихо сказала она. — Просто… я ещё не привыкла. К тому, что ты мой.
— Привыкай, — Виктор наклонился и быстро поцеловал её в висок. — Потому что я никуда не денусь. И если кто‑то из этих студенток перейдёт границы — я дам им это понять. Чётко и однозначно.
Анна кашлянула, напоминая о своём присутствии:
— Ну что, голубки, может, пойдём обедать? Я, между прочим, тоже голодна. И, в отличие от некоторых, не могу питаться одними взглядами.
Все трое рассмеялись. Лилия взяла Виктора под руку, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. Теперь она точно знала: его улыбка, его взгляд, его сердце — всё это принадлежало только ей. А остальное… остальное было просто шумом, который больше не мог её потревожить.