16 глава
От лица автора
Алексей внес Таню в ванную комнату, где панорамное окно открывало вид на спящий, залитый огнями город, который лежал у его ног. Но сейчас его единственным миром была женщина на его руках. Он аккуратно поставил её на кафель, придерживая за талию, и включил воду. Тяжелые струи зашумели, наполняя пространство густым паром.
— Я сама, Алексей, — прошептала она, пытаясь пальцами нащупать молнию на спине, которая уже была расстегнута до середины.
— Сегодня ты ничего не делаешь сама, — отрезал он, мягко отводя её руки.
Он помог ей выбраться из изумрудного шелка, который опал к её ногам драгоценной лужей. Затем он быстро скинул свой костюм. В его движениях не было спешки или грубого желания, только глубокая, почти сакральная забота. Под теплыми струями душа он намылил губку и начал бережно смывать с неё усталость этого бесконечного дня. Его большие ладони скользили по её плечам, спине, бедрам, стирая напряжение от тяжелых взглядов компаньонов и веса бриллиантов.
Они вышли из душа, окутанные паром и запахом дорогого мыла. Алексей обернул её в огромное пушистое полотенце, высушил её кожу так нежно, словно она была лепестком редкого цветка, и переодел в легкую шелковую сорочку. Уложив её в постель, он притянул её к себе, накрывая их обоих одеялом. Его рука привычно легла ей на живот, и они мгновенно провалились в тяжелый, глубокий сон.
Тишина ночи была нарушена резким звуком. Алексей, чей сон всегда был чутким из-за многолетних войн за власть, открыл глаза в ту же секунду, когда почувствовал, что постель рядом с ним опустела. Из ванной донеслись глухие звуки.
Он вскочил, не надевая халата. Таня сидела на полу, вцепившись белыми пальцами в край фаянса. Её лицо было бледным, почти прозрачным в холодном свете луны, а на лбу выступила мелкая испарина.
— Ангелок? — он опустился рядом, подхватывая её волосы и убирая их с лица. — Что случилось? Ты отравилась на ужине? Сальваторе... если этот старик посмел...
— Нет, Алексей, — выдохнула она, когда приступ тошноты ненадолго отступил. — Всё было свежим. Я просто... мне так плохо. Желудок будто скрутило.
Он подхватил её на руки, отнес обратно в кровать и приложил ладонь к её лбу. Жара не было, но её тело мелко дрожало. В голове Ветрова мгновенно начали выстраиваться логические цепочки. Он вспомнил её внезапную переменчивость в настроении за последние пару дней, её утреннюю слабость, необычную реакцию на запах его любимого виски за ужином.
— Жди здесь, — коротко бросил он.
Алексей спустился на кухню. Он прошел мимо застывших в коридоре охранников, которые даже не шелохнулись, видя босса в одних пижамных штанах. В домашней аптечке, среди бинтов, антисептиков и сильных обезболивающих, лежала небольшая коробочка. Он купил её еще неделю назад, ведомый каким-то звериным чутьем, но не решался отдать.
Вернувшись, он протянул ей тест. Таня посмотрела на него в замешательстве.
— Ты серьезно? Сейчас? Алексей, это просто стресс после свадьбы...
— Просто проверь. Для моего спокойствия.
Следующие пять минут были самыми длинными в жизни главы синдиката Ветровых. Он мерил шагами комнату, и его сердце, которое не дрогнуло даже под дулом пистолета, сейчас колотилось о ребра, как пойманная птица. Наконец, дверь ванной открылась.
Таня вышла, держа в руках тонкую полоску пластика. Её руки дрожали. Она молча протянула её ему. Две четкие, яркие линии.
Алексей замер. Весь его криминальный мир, его империи, деньги и влияние — всё это в одно мгновение стало фоном. Он посмотрел на её плоский живот, где уже зародилась новая жизнь — его продолжение, его наследник, его Александр или Виктория.
— Я же говорил тебе, — его голос сорвался, став непривычно мягким. — Я говорил, что ты создана для этого.
Он подошел и обнял её так крепко, что она едва могла дышать, но в этом объятии было столько любви и первобытного желания защитить, что у неё перехватило дыхание.
— Алексей, мне страшно, — прошептала она в его грудь. — В этом мире... с твоими врагами...
— Слушай меня, — он отстранился, взял её лицо в свои ладони и заставил посмотреть в глаза. — С этой секунды охрана особняка увеличится втрое. Ты не сделаешь ни шага без моего ведома. Я выжгу этот город дотла, если хоть одна тень упадет на тебя или на этого ребенка. Ты носишь Ветрова. А Ветровы всегда забирают свое.
Он подхватил её и закружил по комнате, смеясь — редкий, пугающий и прекрасный звук для этого дома. Затем он снова уложил её, сел рядом и начал целовать её руки, каждую косточку.
— Завтра я закажу лучших врачей из Европы. Я куплю клинику, если понадобится. Ты будешь есть только самое лучшее, дышать самым чистым воздухом. И, Таня... — он хитро прищурился, — я всё-таки выберу имя Александр. У меня хорошее предчувствие на счет пацана.
— А если будет девочка? — улыбнулась она сквозь слезы, чувствуя себя в абсолютной безопасности.
— Тогда у меня будет две королевы, — он лег рядом, притягивая её к своему плечу. — И я построю для вас замок еще выше, чем этот. Спи, ангелок. Теперь нас трое. И это делает нас непобедимыми.
Он еще долго лежал в темноте, слушая её выровнявшееся дыхание. Теперь его война приобрела новый, высший смысл. И горе тому, кто встанет на пути у отца, защищающего свое гнездо.