Глава 18
Следующие несколько дней Егор и Лиза потратили на поиски Дианы. Они перепроверили все старые контакты, обзвонили общих знакомых, даже связались с бывшим арендодателем квартиры, которую пара снимала в Нью‑Йорке. Но везде — тишина. Диана словно растворилась в воздухе.
Егор становился всё мрачнее. Он пытался заглушить беспокойство работой: вызывал подчинённых на срочные совещания, перепроверял контракты, лично контролировал открытие нового филиала. Но даже жёсткие деловые переговоры не могли отвлечь его от мыслей о Диане.
Лиза, напротив, действовала методично. Она просеивала соцсети, проверяла упоминания, искала косвенные зацепки. И наконец — удача.
— Егор! — Лиза ворвалась в кабинет брата, размахивая телефоном. — Я её нашла! Вернее, не совсем её… Но это точно она!
Егор резко обернулся, забыв о документах на столе:
— Где? Кто?
— Смотри, — Лиза протянула ему телефон. На экране была открыта страница в Instagram. Профиль назывался «Diana Rivers Architecture», аватар — профессиональное фото: Диана в строгом костюме на фоне какого‑то здания. Она выглядела потрясающе: уверенная, собранная, с той особой аурой успеха, что появляется у людей, нашедших своё призвание.
Егор замер, вглядываясь в снимок. Четыре года изменили её — не просто повзрослела, а расцвела. В глазах появилась глубина, в улыбке — спокойная уверенность.
— Листай дальше, — нетерпеливо сказала Лиза.
Егор провёл пальцем по экрану. Посты были сплошь про архитектуру: эскизы, рендеры, фото с объектов. В одном из последних — Диана стоит рядом с завершённым проектом: изящное здание с панорамными окнами и плавными линиями, напоминающими волны. Подпись гласила: «Культурный центр на набережной Майами. Мой самый личный проект. Спасибо команде за веру и поддержку».
— Она архитектор, — тихо произнёс Егор. — Не дизайнер, как раньше… А архитектор. И, судя по всему, успешный.
Лиза кивнула:
— И посмотри на дату последнего поста — он сделан три дня назад. Значит, она точно в Майами. И работает над крупными проектами.
Егор пролистал ещё несколько фото. На одном Диана была запечатлена во время интервью: она говорила, жестикулируя, а за её спиной виднелся тот самый культурный центр. На другом — стояла рядом с группой молодых специалистов, улыбаясь и что‑то объясняя.
Но больше всего Егора поразило одно фото, почти незаметное среди остальных. Диана сидела на скамейке у океана, в руках — детская рука. Кадр был обрезан, лица ребёнка не видно, но жест — ладонь Дианы, нежно накрывающая маленькую ладошку, — говорил больше любых слов.
— У неё есть ребёнок, — хрипло сказал Егор.
Егор пролистал ещё несколько фото — и замер. Следующие кадры разительно отличались от профессиональных портретов: здесь Диана была другой — расслабленной, игривой, откровенно сексуальной.
На одном снимке она стояла у зеркала в шёлковом халате, небрежно распахнутом на груди. Ткань струилась по изгибам тела, подчёркивая, как изменилась её фигура за эти годы: бёдра стали пышнее, линии силуэта — более женственными, но живот оставался плоским, а осанка — по‑прежнему безупречной. Взгляд в камеру — цепкий, властный, без тени стеснения.
Следующий кадр — Диана в чёрном кружевном белье, полулежащая на атласных подушках. Поза уверенная, даже вызывающая: одна нога слегка согнута, пальцы лениво играют с краем кружева. Свет падал так, что подчёркивал каждый изгиб, каждую линию тела — теперь более округлого, зрелого, но при этом невероятно сильного.
— Ого, — тихо выдохнула Лиза, заглядывая через плечо брата. — Она… совсем другая.
Егор не мог оторвать глаз от экрана. Да, это была Диана — и в то же время не та девушка, что когда‑то робко заглядывала в его кабинет. Теперь в ней читалась абсолютная уверенность в себе, осознание собственной силы и привлекательности.
Ещё один снимок — в ванной, сквозь дымку пара. Диана стояла спиной к камере, повернув голову через плечо. Капли воды блестели на коже, подчёркивая плавные линии плеч и спины. В этом ракурсе особенно заметно было, как окрепла её фигура: плечи стали шире, руки — более рельефными, но всё это лишь добавляло ей шарма.
А вот — кадр на пляже: она в бикини, с распущенными волосами, развевающимися на ветру. Поза расслабленная, но в глазах — тот же стальной блеск, что и на других фото. Никаких попыток скрыть себя, никаких сомнений — только чистая, откровенная уверенность в своей красоте.
Егор невольно сглотнул. Он помнил Диану другой: нежной, немного застенчивой, прятавшей свои желания за улыбкой. Теперь же перед ним была женщина, которая не просто приняла свою сексуальность — она ею владела. Владела так же уверенно, как своими проектами, как своей жизнью.
— Смотри, — Лиза ткнула пальцем в экран, — вот тут в комментариях кто‑то пишет: «Богиня!» А ещё: «Как вам удаётся так выглядеть после родов?»
Егор впился взглядом в строку. После родов. Значит, он не ошибся — у Дианы действительно есть ребёнок. Их ребёнок.
Он пролистнул дальше. Были и другие фото: Диана в спортзале, в облегающей майке и леггинсах, с капельками пота на висках — видно, что тренируется серьёзно, целенаправленно. Диана у бассейна, в белом купальнике, с бокалом в руке — поза непринуждённая, но взгляд всё тот же: властный, оценивающий, будто она держит под контролем всё вокруг.
И наконец — селфи в зеркале примерочной: на Диане облегающее платье с глубоким вырезом. Она слегка наклонила голову, приподняла бровь — и этот жест, такой знакомый Егору, вдруг ударил по сердцу. Та же самая Диана. Та же игра бровью, тот же вызов во взгляде — только теперь он был обращён не к нему, а ко всему миру.
— Она не просто изменилась, — хрипло произнёс Егор. — Она стала… сильнее. Увереннее. И это… завораживает.
Лиза молча кивнула.
— И что теперь? — тихо спросила она.
Егор закрыл глаза, сжал кулаки, потом снова посмотрел на экран — на эту новую, потрясающую Диану, которая когда‑то убежала от него в ночной Нью‑Йорк.
— Теперь, — твёрдо сказал он, — я должен её увидеть. Лично. И на этот раз — ничего не упустить.