Глава 17
Четыре года спустя
Егор стоял у панорамного окна своего нового клуба — самого модного места в Нью‑Йорке. Широкие плечи чётко выделялись на фоне закатного неба, а мускулистое, заметно подкачанное тело говорило о часах, проведённых в спортзале. Его лицо стало жёстче: линии челюсти — резче, взгляд — холоднее, чем четыре года назад.
Он сделал глоток виски, не отрывая взгляда от улицы внизу. Город жил своей жизнью, но Егору он казался всё более пустым.
— Брат, ты опять витаешь в облаках? — раздался за спиной знакомый голос.
Егор обернулся. В дверях стояла та самая девушка в чёрном платье — его младшая сестра Лиза. Она поправила прядь волос и улыбнулась:
— Я же говорила тебе тогда, что просто шутила. Хотела напугать, а вышло…
Егор помрачнел, вспомнив тот вечер. Тогда, увидев реакцию Дианы, он не сразу понял, что произошло. Погнался за ней, искал всю ночь, звонил без остановки — но она исчезла. А наутро пришло сообщение: «Не ищи меня. Всё кончено».
— Да, — сухо ответил он. — Вышло хреново.
Лиза подошла ближе, положила руку ему на плечо:
— Ты же знаешь, я не хотела. Просто хотела поддразнить, показать, что уже взрослая. Но кто ж знал, что Диана так отреагирует?
Егор молча поставил бокал на стол. За эти четыре года он многое переосмыслил. После отъезда Дианы он словно сорвался с цепи: работал на износ, открывал новые клубы, расширял бизнес. Деньги текли рекой, но удовлетворения не приносили. Он стал жёстче, требовательнее к окружающим — подчинённые боялись его взгляда, партнёры уважали и одновременно опасались.
Раньше он умел шутить, смеяться, радоваться мелочам. Теперь его улыбка была редкостью, а смех — почти забытым звуком. Он выстроил вокруг себя стену из работы, амбиций и холодного расчёта.
— Знаешь, что самое паршивое? — наконец произнёс он, глядя в окно. — Я даже не успел ей объяснить. Не успел сказать, что это была ты. Что ничего не было и быть не могло ни с кем, кроме неё.
Лиза вздохнула:
— Может, ещё не поздно? Ты пытался её найти?
Егор горько усмехнулся:
— Пытался. Сначала — отчаянно. Потом — методично. Нанял лучших сыщиков, пробил все связи. Но она словно сквозь землю провалилась. Никаких следов. Ни в соцсетях, ни по старым контактам. Исчезла.
Он провёл рукой по коротко стриженным волосам. Раньше он носил их длиннее, но теперь предпочитал строгий, почти армейский стиль — как и всё в его жизни.
— А потом я просто… сдался, — продолжил он. — Подумал: если она так легко смогла уйти, значит, не так уж я ей и нужен был.
— Не говори так, — возразила Лиза. — Ты сам знаешь, что это неправда. Вы были созданы друг для друга.
Егор не ответил. В этот момент зазвонил его телефон. Он взглянул на экран — деловой звонок. Маска холодного властного бизнесмена мгновенно вернулась на место.
— Да, слушаю, — его голос стал резким, командным. — Что там с контрактом? Я же сказал — никаких задержек. Если они не подпишут сегодня, мы идём к конкурентам. И мне плевать, какие у них аргументы.
Лиза покачала головой, наблюдая за братом. Тот расхаживал по кабинету, отдавая чёткие распоряжения. В нём не осталось и следа от того расслабленного парня, который когда‑то смеялся над её проделками. Теперь перед ней стоял человек, привыкший контролировать всё и вся.
Закончив разговор, Егор снова подошёл к окну. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, окрасив небо в багряные тона.
— Знаешь, — тихо сказал он, — иногда по ночам мне снится тот вечер. Как она стоит в дверях, смотрит на нас… И этот звук — каблук на паркете, потом хлопок двери. И пустота.
Лиза молча обняла его. Впервые за долгое время Егор не отстранился.
— Найди её, — прошептала сестра. — Пока не поздно. Потому что этот холодный, жёсткий мир, который ты построил, — он не для тебя. Ты создан для любви, а не для власти.
Егор закрыл глаза. Где‑то глубоко внутри что‑то дрогнуло — то, что он так старательно хоронил все эти годы. Может, Лиза права? Может, ещё не всё потеряно?
— Ладно, — хрипло произнёс он. — Давай попробуем ещё раз. На этот раз — по‑настоящему.