Озвучивание не поддерживается в этом браузере
пролог
там, куда не долетает солнечный свет, где воздух пахнет гнилью и старым пеплом, кто-то сидел на камне. Его не было видно — только силуэт, сломанный, как старая ветка. Чешуя облезла почти полностью, кое-где виднелась голая, потрескавшаяся кожа. Одна лапа — голая кость, без мяса, без чешуи, без надежды. Глаза горели красным в темноте.
Он ждал.
В туннеле послышались шаги. Тяжёлые, неровные. Кто-то шёл, волоча за собой боль.
— Входи, — сказал силуэт. Голос был низкий, скрипучий, как несмазанная петля.
В пещеру вошёл заражённый. Такой же облезлый, с чёрными глазами и красными зрачками. Он остановился в нескольких шагах и склонил голову.
— Говори, — приказал силуэт.
— Они были на границе. Трое. Две самки, один самец. Одна из самок — фиолетовая. У неё четыре крыла.
— А вторая?
— Чёрная. С фиолетовыми глазами. Она пахнет иначе.
— Чем?
— Другим миром.
Силуэт замер. Красные глаза сузились.
— Кошка, — сказал он тихо. — Та самая.
— Вы знаете о ней?
— Я знаю всё, что нужно. Она пришла оттуда, откуда пришла чума. Она — ключ.
— Что прикажете?
Силуэт поднял свою костяную лапу. Белая кость тускло блеснула в темноте.
— Наблюдайте. Не трогайте. Пока.
— Но они опасны.
— Они слабы. Их магия почти угасла. А их страх — это наша сила.
— Они не боятся, — сказал заражённый.
— Будут, — ответил силуэт. — Все боятся. Даже те, кто говорит, что нет.
Он встал. Кость хрустнула.
— Ступай. Передай остальным: ждать. Скоро мы двинемся.
— Куда?
— Туда, где они живут. Где их гнёзда. Где их детёныши. Где их память.
Заражённый поклонился и вышел.
Силуэт остался один. Он смотрел в темноту и думал. Или не думал. Может быть, просто ждал.
— Скоро, — прошептал он. — Очень скоро.
Красные глаза погасли.
Пещера погрузилась во тьму.
Комментарии