8 часть
Тьма накатывала удушливыми волнами. Мэл казалось, что она тонет в густом, как смола, тумане, пока перед её глазами не начали проступать очертания Аурадона. Но это был не тот цветущий замок, к которому все привыкли.
Небо над королевством окрасилось в ядовито-зеленый и кроваво-розовый цвета. Величественные башни рушились, погребая под обломками сады и чистые улочки. Повсюду слышался плач, крики и треск магии. Аурадон пал.
Мэл попыталась сделать шаг, чтобы помочь, закричать, воззвать к своей силе, но её тело не слушалось. Она с ужасом обнаружила, что стоит на вершине разрушенного замка, по правую руку от престола. Её глаза горели чуждым, холодным зеленым огнем.
— Посмотри на это, дорогая, — раздался за спиной леденящий душу, до боли знакомый смех Малефисенты. — Разве это не прекрасно? Беспомощные, сломленные... Твои друзья.
Мэл хотела обернуться, высказать всё, что думает, но вместо этого её собственные губы расплылись в покорной, жуткой улыбке. Она поклонилась. Но не только матери. Из тени вышла Одри. Её лицо искажала триумфальная усмешка, а в глазах плясало безумие.
— Ты отлично справилась, Мэл, — протянула Одри, высокомерно коснувшись пальцами подбородка Мэл, словно та была лишь послушной куклой, безвольной пешкой на шахматной доске. — Твоя преданность неоценима.
Мэл внутри себя кричала, билась о стенки собственного разума, умоляя тело остановиться, но внешне она лишь послушно опустила голову перед союзом двух своих злейших врагов. Она была заперта в собственной оболочке, наблюдая, как её руками уничтожают всё, что ей дорого.
Мэл резко раскрыла глаза, тяжело дыша и обливаясь холодным потом. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Это был всего лишь сон... Но чувство липкого ужаса и чужого контроля не исчезало.
Она села на кровати и провела рукой по лицу, пытаясь привести дыхание в порядок. Всё тело дрожало. Перед глазами до сих пор стояли разрушенные улицы Аурадона, дымящиеся руины замка и собственная покорная улыбка.
— Нет... — едва слышно прошептала она.
Это было не просто очередное видение. Это было предупреждение.
Мэл зажмурилась, надеясь прогнать остатки кошмара, но перед внутренним взором вновь вспыхнули образы.
Иви лежала среди обломков, пытаясь подняться. Её корона была разбита, а по щеке стекала кровь.
Карлос стоял перед ней, закрывая её собой. В его глазах не было страха. Только боль и разочарование.
— Почему, Мэл? — спросил он.
Всего два слова. Но они ударили сильнее любого проклятия.
Она хотела ответить. Хотела закричать, что это не она, что она никогда бы так не поступила.
Но в видении её тело лишь подняло руку. Зелёная магия и сорвалась вперёд. Карлоса отбросило назад.
Ума выхватила саблю и бросилась в атаку. Гарри и Гил прикрывали островных. Фредди пыталась поднять защитное заклинание.
Но против них стояла не просто Мэл.
Против них стояла Малефисента, использующая её тело как сосуд.
— Видишь? — вновь услышала она голос матери. — Всё оказалось намного проще, чем я думала.
— Они сами привели тебя к нам. — Рядом рассмеялась Одри.
Татуировка на плече вспыхнула раскалённой болью. Настолько реальной, что Мэл вскрикнула и резко распахнула глаза во второй раз.
На этот раз она действительно была в комнате Иви. Сквозь окно пробивался бледный предрассветный свет. Рядом все ещё спали.
Но боль не исчезла. Мэл замерла и медленно оттянула ворот рубашки и посмотрела на плечо. Татуировка дракона светилась тусклым зелёным светом. Секунду спустя свечение исчезло. Словно его никогда и не было. По спине пробежал холодок.
— Нет... — прошептала Мэл уже с настоящим страхом.
Это был не просто сон. Кто-то показал ей это будущее. И почему-то ей казалось, что этот кто-то сейчас смеётся.
Из-за всего этого Мэл даже и не заметила, как за ней всё это время смотрел Аид.
Как только она его заметила и подняла глаза в её взгляде была паника. На столько реальным было это видение, как никогда раньше.
— Пап... Мне страшно... — девушка впервые призналась в этом настолько быстро и сразу, будто надеясь что всё ещё можно исправить и Аид поможет ей в этом.
Аид молча подошел ближе, и на его обычно циничном, суровом лице отразилось редкое, почти забытое выражение — искреннее отцовское беспокойство. Он опустился на край кровати, и его ладонь, от которой исходило едва заметное, успокаивающее синее свечение, легла на дрожащее плечо дочери.
— Спокойно, Мэлли. Дыши, — негромко, но твердо сказал он. — Я здесь. Расскажи, что ты видела?
— Аурадон... Он разрушен. Но самое страшное не это, пап. Там была Малефисента. И Одри. Они действуют вместе. — Мэл сглотнула, её голос сорвался на шепот. — Мама... она управляла мной, как марионеткой. Моими руками она уничтожала моих друзей. Иви, Карлоса, Уму... Я кричала внутри себя, но тело меня не слушалось! А потом... потом я проснулась от дикой боли в плече.
Аид ничего не ответил сразу. Вместо этого его взгляд опустился на её плечо, туда, где под тканью скрывалась татуировка.
— Покажи.
Мэл молча оттянула ворот рубашки. Дракон снова едва заметно светился зелёным.
— Чёртова Малефисента. — Глаза Аида опасно сузились. — Это не просто проклятие. Это якорь. Часть души Малефисенты. Очень маленькая, но достаточная, чтобы поддерживать связь.
— Что? — Мэл резко побледнела.
— Когда ты приняла проклятие посоха вместо Иви, часть магии не ушла полностью. Она закрепилась на тебе. Твоя мамочка всегда была одержима контролем, — Аид поднялся и начал мерять шагами комнату, раздраженно взъерошив свои синие волосы. — Через неё она может видеть то же, что видишь ты, слышать твои разговоры и, что самое паршивое, постепенно подчинять твою волю. Твой кошмар — это не просто игра воображения, это трансляция её планов. И пока ты бездействуешь, пока мы пытаемся понять, что делать дальше, эта дрянь пускает корни все глубже. Если она завершит ритуал, они с Одри выиграют, а от тебя прежней не останется и следа.
— Тоесть она уже может знать наш план?
— Не весь. Связь ещё не до конца сформирована из-за чего она может знать только обрывки плана. Но чем дольше ты ничего не будешь делать, тем сильнее она станет.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Мэл почувствовала, как холод пробирается под кожу. Все разговоры. Все тренировки. Все планы против Одри. Малефисента могла узнать обо всём.
— Поэтому у меня ничего не получается... — Мэл сжала кулаки. — После того как появилась эта татуировка всё стало хуже. Иногда я чувствую твою силу внутри себя. Чувствую огонь. Но стоит попытаться воспользоваться им...
Она вытянула руку и вокруг ладони вспыхнули слабые голубые искры. Но в следующую секунду зелёное свечение вырвалось из татуировки. И пламя погасло. Словно его никогда не существовало.
На лице Аида появилось выражение, которое ей совсем не понравилось. Потому что он выглядел так, словно только что понял нечто очень важное.
— Она блокирует тебя. Теперь всё понятно. — Он серьёзно взглянул на неё. — Ты думаешь, что просто не можешь освоить мою магию. Но проблема вовсе не в тебе. А в твоей магической связи с ней. — Аид указал на татуировку. — Магия Малефисенты воспринимает мою силу как угрозу. Ты носишь в себе сразу две древние магии. И её проклятие специально подавляет всё, что связано со мной.
— То есть всё это время... — Мэл почувствовала, как внутри поднимается злость.
— Ты боролась не со своей слабостью. — Голос Аида стал неожиданно жёстким. — Ты боролась с её вмешательством.
На мгновение в комнате вспыхнули языки синего пламени. Явный признак того, что бог Подземного мира начал терять терпение.
— Малефисента прекрасно понимает, что если ты полностью освоишь мою силу, то станешь для неё серьёзной проблемой.
— И что нам делать? Пап, я не хочу стать причиной гибели Аурадона! — Мэл поднялась с кровати, её глаза наполнились слезами бессилия и злости.
Аид долго молчал. Потом медленно достал из кармана знакомый голубой уголёк. Его лицо было бледным и серьезным.
— Избавиться полностью прямо сейчас мы не сможем, Мэл. Если я попробую выжечь это клеймо силой уголька, я могу уничтожить и твою собственную душу. Малефисента сплела эту магию с твоей жизненной силой. Тут нужно время и особое противозаклинание, которого у нас сейчас нет.
— То есть... всё кончено? — прошептала Мэл, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Эй, — Аид в один шаг оказался рядом и крепко взял её за плечи, заставив посмотреть себе в глаза. — Ты чья дочь, в конце концов? Бога подземного мира или кого? Я не отдам тебя ей. Мы не можем убрать блок полностью, но я могу подавить его. Спрятать тебя от её взора, ослабить её хватку, чтобы ты могла хотя бы дышать и действовать.
— Как? — с надеждой спросила она.
— Есть один способ.
— Мне уже не нравится, как это звучит. — Мэл сразу напряглась.
— Потому что он опасный.
— Насколько?
— Это будет больно, Мэл. Очень больно, — предупредил Аид. — Я использую уголёк в котором только чистая моя магия, чтобы наложить на татуировку ментальный щит. Это как заморозка. Малефисента временно ослепнет и оглохнет, потеряв связь с тобой, а блок немного ослабнет. Но это лишь временная мера. Нам нужно действовать быстро, пока щит держится. Каждый твой шаг, каждое решение теперь на счету. Если мы замедлим — весь наш план сгорит дотла.
— Отлично. Значит, это точно наш вариант. — Мэл постаралась взять себя в руки и пошутить, как всегда.
— Вот теперь я узнаю свою дочь. — Несмотря на ситуацию, Аид усмехнулся её стараниям.
Он поднял уголёк и синий огонь вспыхнул внутри артефакта.
— Я не могу снять проклятие полностью. Пока нет. — Улыбка исчезла. — Но я могу временно ослабить связь.
— Насколько временно?
— Несколько дней. Этого должно хватить, чтобы ты начала нормально использовать мою магию.
Мэл задумалась. Несколько дней было катастрофически мало. Но лучше, чем ничего.
— Хорошо. Так значит так.
— Ты такая упрямая.
— Это семейное.
На этот раз усмехнулись оба.
Аид положил уголёк прямо на татуировку и в следующую секунду комнату озарила ослепительная вспышка синего и зелёного света.
Мэл стиснула зубы подавляя свой крик. Казалось, будто две магии столкнулись прямо внутри её тела.
Дракон на плече ожил. Зелёные линии поползли по коже. Но навстречу им рванули синие языки пламени Аида. Несколько долгих секунд силы боролись друг с другом. А затем всё резко стихло.
Мэл тяжело рухнула обратно на кровать. Дышать было трудно, но впервые за долгое время внутри ощущалось что-то другое.
Тепло. Настоящее тепло голубого пламени.
Аид внимательно наблюдал за татуировкой. Она никуда не исчезла. Но теперь зелёное свечение стало значительно слабее. Словно дракон уснул.
— Получилось? — хрипло спросила Мэл.
— Частично. — Аид убрал уголёк. — Я смог приглушить связь. Теперь Малефисента не сможет постоянно следить за тобой.
— А полностью избавиться?
Лицо Аида снова стало серьёзным.
— Для этого придётся найти источник проклятия.
— Посох?
— Нет. — Он посмотрел прямо ей в глаза. — Саму Малефисенту.