Игра тени

Песня🎵:
Renegade - Aaryan Shah

Я шла, спотыкаясь, босиком по холодному бетону крыльца. Мои босые ступни покрылись грязью и мелкими камешками, но я не чувствовала боли - только холод, который поднимался от земли и проникал в кости. Ветер рвал волосы, забирался под чужую чёрную кофту, от которой пахло табаком и чем-то металлическим, острым. Запах Тома, от него хотелось отодвинуться, но я не могла. Его пальцы сжимали моё запястье как стальной обруч, и каждое моё движение отзывалось глухой болью в плече.

- Куда ты меня тащишь? - прохрипела я, пытаясь вырваться.

Он не ответил, просто шёл вперёд, уверенный, как будто нёс не меня, а пустую тряпку. Я смотрела на его спину, на чёрные косички, которые покачивались в такт шагам, и чувствовала, как внутри закипает злость. Холодная и липкая. Такая же, как этот ветер, который лез под кожу.

- Я с тобой разговариваю! - крикнула я, дёргая руку сильнее. - Ты что, оглох?

Он остановился и так резко, что я чуть не врезалась ему в спину, но он развернулся, и я увидела его глаза. В темноте они казались чёрными, пустыми, как два колодца без дна.

- Ты слишком много говоришь для той, кто только что пыталась сбежать, - сказал он тихо. - Может, мне заткнуть тебе рот?

- Попробуй, - ответила я, встречая его взгляд.

Он усмехнулся, коротко и холодно. Но в этой усмешке было что-то опасное, от чего по спине пробежали мурашки.

- Не сейчас, - сказал он. - У нас ещё будет время для игр, чертовка.

Он схватил меня за талию - грубо, резко - и перекинул через плечо. Моя голова свесилась вниз, волосы касались его спины, мир перевернулся. Я ударила его кулаком по спине - раз, другой, третий.

- Отпусти меня, дебил!

- Перестань дёргаться, - рыкнул он, и его рука сжала мои бёдра сильнее. - Иначе я привяжу тебя к мотоциклу.

- Ты не посмеешь!

- Ещё как посмею, - ответил он, и я услышала в его голосе усмешку.

Он шёл к мотоциклу - чёрному, низкому, злому. Он стоял у обочины, как хищник в засаде, готовый сорваться с места в любую секунду. Том остановился рядом и резко опустил меня на сиденье. Я едва удержалась - сиденье было холодным, металлическим, обжигало ладони через тонкую ткань кофты.

- Сиди смирно, - приказал он.

- Пошёл ты, - ответила я.

Он завёл двигатель и мотоцикл взревел - низко, угрожающе, и этот звук отозвался где-то в груди, сжал сердце. Он был как зверь, который проснулся и готов был рвать. Том сел впереди, и я увидела его профиль - чёткий, жёсткий, с напряжённой челюстью.

- Держись, - сказал он.

- Я не буду за тебя держаться.

Он повернул голову, и я увидела его улыбку.

- Как хочешь, - сказал он.

И нажал на газ, мотоцикл рванул с места так резко, что я чуть не слетела назад. Ветер ударил в лицо - сильный и ледяной. Волосы хлестнули по глазам, и я вскрикнула - не от боли, от неожиданности. Мои руки инстинктивно взметнулись вверх, но я не дала себе схватиться за него. Нет. Я не буду, я не позволю ему этой победы.

- Чёрт! - крикнула я, пытаясь удержаться на сиденье. Мои ноги болтались в воздухе, я вцепилась в край сиденья, но мотоцикл набирал скорость, и сила ветра прижимала меня назад.

Том обернулся через плечо. Его глаза блестели в темноте.

- Не держишься, дорогуша? - крикнул он, перекрывая рев мотора. - Сейчас будет веселее.

Он нажал на газ до предела. Мотоцикл взревел, рванул вперёд, и я почувствовала, как мир превращается в размытое пятно. Огни города слились в одну сплошную полосу, ветер стал острым, режущим кожу. Мои глаза слезились, дыхание сбивалось.

- Твою мать! - заорала я. - Остановись, псих!

- Держись, говорю! - крикнул он.

- Не буду!

Я не держалась. Но мотоцикл нёсся по пустому шоссе, и каждая кочка на дороге грозила сбросить меня с сиденья. Я вцепилась в край, но мои пальцы соскальзывали. Страх сжал горло.

- Ты убьёшь нас обоих! - закричала я.

Он не ответил, просто нажал на газ ещё сильнее, и мотоцикл рванул вперёд с новой силой. Я потеряла равновесие, моё тело дёрнулось назад, и я поняла - если я не схвачусь за него, я упаду. На скорости, которая превратит меня в кровавое месиво на асфальте.

Моё тело действовало быстрее, чем разум. Руки сами обхватили его талию, пальцы вцепились в ткань куртки, и я прижалась к его спине, чувствуя, как ветер врывается в лёгкие.

- Вот так, - сказал он, почти нежно, и его голос пробился сквозь шум. - Я знал, что ты не сможешь устоять.

- Заткнись, - прошептала я, прижимаясь к нему ещё крепче. - Просто вези меня, куда собирался.

- Какая послушная, - он усмехнулся, и я чувствовала вибрацию его смеха через спину. - Мне нравится, когда ты такая покладистая, Сюзанна.

- Я не покладистая, - ответила я, кусая губу, чтобы не закричать от страха, который всё ещё бился где-то в груди. - Ты просто заставил меня, дебил.

- И ты подчинилась, - он повернул голову, и я увидела его профиль - чёткий, опасный, с довольной усмешкой на губах. - Ты всегда будешь подчиняться мне. Даже когда пытаешься бороться.

- Это всё, что тебе нужно? - я дёрнула его за куртку, заставляя повернуться. - Чтобы я тебя боялась? Чтобы я была у твоих ног?

- Мне нужно, чтобы ты была рядом, - его голос стал тише, почти интимным. - Всё остальное - просто детали.

Мотоцикл нёсся по шоссе, и я чувствовала, как бешено бьётся моё сердце - от страха, от скорости, от его близости. Я ненавидела его и я хотела убить его. Но в этот момент, прижавшись к его спине, я чувствовала что-то ещё. Что-то неправильное, что не имело права появляться. Его тепло. Его запах и вибрацию его голоса, которая проходила через мои руки и застревала где-то в груди.

Этот ублюдок делает это специально, я сжала пальцы на его куртке сильнее. Он хочет, чтобы я привыкла, чтобы я перестала бороться и я стала его.

Я ударила лбом о его спину - не сильно, но достаточно, чтобы он заметил. Моя голова гудела от напряжения.

Я хотела сказать ему, что думаю о нём. Что он - псих, и что у него нет никаких чувств. Но слова застряли в горле, и я просто сильнее прижалась к нему, чувствуя, как ветер вырывает слёзы из глаз.

- Мы едем в больницу, - сказал он. - Твоё плечо перевяжем. А потом - на гонки.

- Зачем? - спросила я.

Он не ответил сразу. Только чуть повернул голову, чтобы я видела его улыбку.

- Я хочу, чтобы ты почувствовала себя живой, Сюзанна. Чтобы ты запомнила, каково это - чувствовать ветер, скорость, опасность. И чтобы ты знала - со мной ты всегда будешь это чувствовать.

Я хотела сказать, что ненавижу его. Что лучше бы он меня убил, но вместо этого я просто прижалась к его спине и закрыла глаза, чувствуя, как бешено колотится моё сердце. Когда он резко нажал на газ, я невольно вскрикнула от страха, и в тот же миг он накрыл мою руку своей ладонью, сжал её.

- Я здесь, малышка, - сказал он. - Не бойся, я не дам тебе упасть.

Какая же я идиотка, что позволила ему это сделать, - пронеслось в голове. - Я ненавижу его, я должна ненавидеть его. Но почему-то сейчас, в этой темноте, я чувствую себя... живой?

Я тряхнула головой, прогоняя эту мысль. Это ловушка. Всё это - ловушка. Его тепло, его голос, его забота о моей ране. Он не добрый и он просто хочет, чтобы я доверилась ему. Чтобы я перестала сопротивляться.

Мотоцикл взревел, и мир снова превратился в размытое пятно. Я вцепилась в Тома, прижимаясь к его спине с такой силой, что ногти впились в ткань куртки. Ветер хлестал по лицу, вырывал слёзы из глаз, и я чувствовала, как бешено колотится сердце - где-то в горле, в висках, в кончиках пальцев.

- Твою мать, придурок! - заорала я, когда он резко вильнул влево, и мотоцикл накренился так, что я едва не соскользнула с сиденья. - Ты что, решил нас убить?!

- Доверься мне, малышка - крикнул он в ответ, и я услышала в его голосе улыбку. - Я знаю, что делаю.

- Ты ничего не знаешь, псих ненормальный!

Он нажал на газ, и мотоцикл рванул вперёд с такой силой, что я закричала - по-настоящему, от страха, от этого безумного адреналина, который заполнял каждую клетку моего тела. Мои пальцы вцепились в его куртку, я прижалась к нему так тесно, что чувствовала каждое движение его мышц под тканью.

- Держись крепче, - крикнул он, и я почувствовала, как он чуть наклоняется вперёд, принимая более агрессивную позу. - Сейчас будет весело!

- Нет! - закричала я. - Остановись, пожалуйста!

Он не остановился. Наоборот - он нажал на газ до упора, и мотоцикл взревел, как разъярённый зверь. Стрелка спидометра поползла вверх, и я чувствовала, как воздух становится плотным, как ветер превращается в стену, которая давит на меня со всех сторон.

- Отпусти, ублюдок! - кричала я, мои руки дрожали, я вцепилась в него, как в единственную опору. - Я сейчас вырву!

- Попробуй - он чуть обернулся, и я увидела его довольную улыбку. - Только упадёшь - и я тебя даже не буду собирать по кускам, дорогуша.

Я зажмурилась, когда он снова вильнул, и мотоцикл едва не задел обочину. Ветер выл в ушах, сердце колотилось так быстро, что я чувствовала его удары в горле. И в какой-то момент, когда он резко затормозил, я буквально влетела в него, обхватив руками его талию с такой силой, что он охнул.

- Вот так, - усмехнулся он. - Я знал, что ты не сможешь устоять, Сюзанна.

Через несколько минут он сбросил скорость, и мы въехали в освещённый двор больницы. Я выдохнула с облегчением, мои руки всё ещё дрожали, и я не могла разжать пальцы на его куртке.

- Приехали, - сказал он, глуша двигатель.

Я сидела на мотоцикле, чувствуя, как ноги не слушаются. Том уже встал, и я увидела его в свете фонарей. Он был в чёрной кепке, надвинутой низко на глаза, и лицо его было почти скрыто - только твёрдая линия челюсти и тонкая усмешка на губах. Он посмотрел на меня сверху вниз, оценивающе, как зверь, который наблюдает за своей добычей.

- Слезай, - сказал он.

Я попыталась снять шлем, но мои пальцы дрожали, и я не могла справиться с застёжкой.

- Чёрт, - прошептала я, дёргая её. - Не открывается...

- Давай сюда, - сказал он, подходя ко мне.

Он сорвал шлем с моей головы грубо, рывком, и я вскрикнула, когда волосы запутались в ремешке и дёрнулись от резкого движения.

- Аккуратнее, дебил! - закричала я, прижимая руку к голове.

- Меньше ныть, больше двигаться, - сказал он и схватил меня за локоть.

Он потащил меня внутрь, и я спотыкалась, пытаясь поспеть за ним. Пальцы его впивались в кожу, оставляя синяки, и я чувствовала, как он сжимает руку с каждой моей заминкой.

- Ты тянешь время, Сюзанна, - процедил он. - Будет хуже.

- Отпусти! - крикнула я, дёргаясь. - Ты делаешь мне больно!

Том шёл впереди, его пальцы сжимали мой локоть, и я спотыкалась, пытаясь поспеть за ним. Мои босые ноги ступали по холодному линолеуму, и каждый шаг отдавался в плече новой волной боли. Я старалась не смотреть по сторонам, но краем глаза видела, как люди в холле оборачиваются на нас. На Тома и на лохушку - босую, в чужой чёрной кофте, с грязными волосами и синяками на руках.

Он подошёл к главной стойке регистрации, и я остановилась рядом, чувствуя, как его пальцы сжимают мой локоть всё сильнее. Женщина за стойкой подняла голову, её глаза скользнули по нам, задержавшись на моих босых ступнях.

- Добрый день. Чем могу помочь? - спросила она, стараясь держать голос ровным.

- У моей девушки раненое плечо, - сказал Том. - Огнестрельное. Ей нужна перевязка.

Женщина за стойкой перевела взгляд на меня, и я увидела, как она заметила мои синяки, грязные волосы, испуганный взгляд. Она явно видела что-то, что не было нормальным. Но она просто кивнула.

- Сейчас вызову врача. Присядьте пока.

Но Том даже не пошевелился. Он стоял, уверенный и спокойный, и я чувствовала, как его пальцы слегка поглаживают мою кожу - странное, почти интимное движение, от которого у меня по спине пробежали мурашки.

Через минуту подошёл главный врач - мужчина лет пятидесяти, с сединой на висках и усталыми, но внимательными глазами. Он был в белом халате, в руках держал медицинскую карту и стетоскоп на шее. Он посмотрел на нас, и его взгляд тоже задержался на мне, оценивающий и настороженный.

- Я доктор Харрисон, - представился он. - Что случилось?

- Её плечо, - сказал Том, кивая в мою сторону. - Огнестрельное. Нужно перевязать.

Доктор Харрисон перевёл взгляд на меня, вглядываясь в моё лицо. Я не знала, что он видел там - страх? Отчаяние? Мольбу? Но его глаза стали чуть мягче.

- Пройдёмте в кабинет, - сказал он, жестом указывая в сторону коридора.

Том шагнул следом, и я почувствовала, как он толкает меня вперёд, заставляя идти. Доктор Харрисон обернулся и поднял руку:

- Только девушка.

Том остановился. Я ждала, что он начнёт спорить, что он схватит меня сильнее, притянет к себе. Но он просто посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то опасное, о чём знала только я.

- Я подожду здесь, - сказал он ровно. Он отпустил мой локоть, и я чуть не пошатнулась - так сильно он сжимал меня. Но когда он отпустил, я почувствовала, как кожа горит, как на ней проступают красные следы от его пальцев. - Не заставляй меня ждать слишком долго, Сюзанна.

Я не ответила. Просто пошла за доктором Харрисоном, чувствуя его взгляд на своей спине. Каждый шаг давался с трудом - ноги дрожали, плечо пульсировало болью, а внутри всё сжималось от страха. Кабинет был в конце коридора. Доктор Харрисон открыл дверь и жестом пригласил меня войти. Я шагнула внутрь, и он закрыл дверь за мной. Я услышала, как защёлкнулся замок, и выдохнула.

- Садитесь, - сказал доктор Харрисон, указывая на койку. - Давайте посмотрим, что у вас с плечом.

Я села на край, чувствуя, как матрас прогибается подо мной. Врач подошёл ближе, его движения были спокойными, осторожными.

- Меня зовут доктор Харрисон, - сказал он мягко. - Вы мне доверяете?

Я подняла на него глаза и кивнула. Я хотела закричать, попросить о помощи, но слова застряли в горле. Я не знала, можно ли ему доверять, но он был единственным шансом.

- Покажите, - сказал он.

Я подняла руку, и он аккуратно отвёл край чёрной кофты, которую Том на меня надел. Ткань прилипла к ране, и когда он отодрал её, я зашипела сквозь зубы.

- Чёрт... - прошептала я.

Врач нахмурился. Его пальцы - тёплые, сухие - осторожно коснулись края раны, и я вздрогнула.

- Это огнестрельное, - сказал он ровно. - И довольно свежее. Пуля прошла навылет? Или осталась внутри?

- Я не знаю, - ответила я. - Меня уже перевязывали в другой больнице, но потом... меня забрали.

- Забрали? - врач поднял бровь. - Что значит - забрали?

Я промолчала. Я смотрела на его лицо - усталое и профессиональное, но в глазах было что-то человеческое. Что-то, что давало мне надежду, я хотела сказать ему правду. Всю правду. Что тот парень, который стоит за дверью, - серийный убийца. Что он похитил меня и мою сестру и что он убил людей на моих глазах. Но слова застряли в горле, что если он не поверит? Что, если он просто вызовет охрану, и Том убьёт его?

- Я... - начала я.

Врач ждал. Его руки всё ещё касались моей раны, но он смотрел мне в глаза. И я поняла - это мой шанс. Единственный шанс, который может представиться.

- Я не могу говорить громко, - сказала я шёпотом. - Пожалуйста, выслушайте меня. Этот парень... тот, который меня привёз... он похитил меня. Это он стрелял в меня. Он убивает людей. Серийный убийца. Я знаю, это звучит безумно, но это правда. Пожалуйста, вызовите полицию. Он не оставит меня в покое, пока я жива. Он...

Я замолчала, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Я хотела рассказать всё - про Лили, про Келвина, про клуб, про подвал. Но слова путались, и я говорила быстро, сбивчиво, почти не дыша.

Доктор Харрисон замер. Его руки перестали двигаться, и он поднял на меня глаза. В них не было страха - только сосредоточенность и настороженность.

- Что вы сказали? - спросил он тихо.

- Его зовут Том Каулитц, - выпалила я. - Он убил десять девочек, может, больше. Мою сестру держат в плену и мой друг сидит в тюрьме из за него. Вы должны вызвать полицию. Он убийца, он похитил меня и убивает людей. Пожалуйста, поверьте мне...

Доктор Харрисон смотрел на меня. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах я увидела что-то - понимание. Он верил мне, или хотя бы не отвергал мои слова.

- Я позвоню, - сказал он тихо. - Но вы должны сидеть тихо и не шуметь. Если он услышит что-то, он может уйти, и мы упустим его.

- Я буду сидеть тихо, - пообещала я. - Только пожалуйста, побыстрее.

Доктор Харрисон кивнул и отошёл к столу. Он взял трубку, но его пальцы дрожали. Я смотрела на него и чувствовала, как надежда просыпается внутри меня. Звонок, я слышу, как он говорит.

- Это больница Святого Креста, приёмный покой, - сказал он. - Мне нужно поговорить с полицией. Здесь женщина с огнестрельным ранением... Да, я знаю... Нет, она говорит, что это сделал человек, который привёз её сюда... Да, он в холле... Код «красный»? Да, вызывайте наряд...

Доктор Харрисон смотрел в окно и говорил в трубку тихо, почти шёпотом. Я видела, как его плечи напрягаются, как он прижимает трубку к уху, чтобы голос не проникал за дверь. Я чувствовала, как сердце бьётся где-то в горле, как каждая секунда тянется вечность. Я знаю - сейчас всё решится, сейчас или никогда.