Глава 68: Скрытый приют
Машина Артура с резким визгом сорвалась с места, оставляя позади мигающие огни полицейских машин и разъяренного Марка, который всё еще что-то кричал им вслед, но его голос уже тонул в гуле мотора. Артур вел машину агрессивно, его руки на руле побелели от напряжения. Он то и дело бросал быстрые, почти нервные взгляды на пассажирское сиденье.
Алёна сидела неподвижно, закутанная в его огромную, пропахшую порохом и мужским парфюмом куртку. В салоне стояла тяжелая тишина, нарушаемая лишь прерывистым дыханием двигателя.
- Алёна? - Артур нарушил молчание, его голос прозвучал хрипло. - Ты как? Тебе холодно?
Она медленно повернула голову. Её запястья, перетянутые стяжками, всё еще ныли от боли, кожа вокруг них воспалилась и покраснела. Она смотрела на профиль Артура - на его сжатую челюсть, на напряженную линию плеч.
- Я... я не знаю, - тихо произнесла она, голос дрожал. - Артур, это ведь правда произошло? Мы правда уехали?
Артур резко свернул на обочину и заглушил мотор. Внезапная тишина была оглушительной. Он повернулся к ней, и в его взгляде, который только что был холодным, как лед, сейчас плескалось столько боли и нерастраченной нежности, что Алёне стало трудно дышать.
Он осторожно потянулся к ней, убрал прядь спутанных волос с её лица и провел тыльной стороной ладони по её щеке.
- Это произошло, - сказал он, глядя ей прямо в глаза. - Но всё закончилось. Теперь я рядом.
Он аккуратно взял её руки в свои, стараясь не задеть раны. Его пальцы мягко гладили её тыльную сторону ладоней, и Алёна почувствовала, как её медленно отпускает липкий ужас прошедшей ночи. Она подалась вперед, ища защиты, и уткнулась лбом в его плечо. Артур притянул её к себе, зарываясь носом в её волосы, вдыхая её запах, смешанный с запахом пыли и страха.
- Они не оставят нас в покое, да? - прошептала она в его куртку.
Артур напрягся, его мышцы стали твердыми, как сталь.
- Пусть попробуют, - холодно ответил он. - В эту ночь они заставили меня увидеть то, чего я никогда не хотел видеть. Теперь они узнают, на что способен человек, которому больше нечего терять. Я заставлю их пожалеть, что они вообще когда-либо произнесли твоё имя.
Он отстранился, чтобы посмотреть на неё, и в его глазах она увидела то самое «безумие», о котором шептали в школе. Но это было не безумие врага - это была преданность, граничащая с одержимостью.
- Домой сейчас нельзя, - твердо сказал он, снова заводя двигатель. - Нас будут искать. Я отвезу тебя в место, где никто не догадается нас искать. Пока всё не утихнет, ты будешь под моей защитой. 24 на 7.
Алёна смотрела на дорогу, уходящую в темноту, и понимала: её жизнь изменилась навсегда. Она больше не была той девочкой, которой была утром. Но с Артуром, даже в этой темноте, она чувствовала себя в большей безопасности, чем когда-либо в своей жизни.
Дорога к загородному дому казалась бесконечной. Артур вел машину плавно, стараясь объезжать каждую кочку, чтобы лишний раз не тревожить Алёну. Она дремала у него на коленях, лишь изредка вздрагивая, когда сильный спазм пронзал её тело.
Наконец, впереди показались очертания двухэтажного коттеджа, утопающего в густой зелени сада. Артур заглушил мотор. Тишина загородной ночи была абсолютной, лишь где-то вдалеке стрекотали сверчки. Он не стал будить её сразу - просто сидел несколько минут, вглядываясь в темноту дома, проверяя, нет ли чужих следов. Убедившись, что здесь безопасно, он осторожно погладил её по волосам.
- Алёна, мы приехали, - тихо позвал он.
Она открыла глаза, с трудом фокусируясь. Её лицо всё еще было бледным, а движения - скованными от боли и слабости. Артур вышел из машины, обошел её и помог Алёне выбраться. Она неуверенно ступила на землю, опираясь на него всей тяжестью.
Они дошли до двери, и Артур, всё еще находясь под влиянием адреналина и беспокойства, машинально схватил её за руку, чтобы помочь подняться на крыльцо. Его пальцы плотно обхватили её запястье - именно то место, где стяжки глубоко врезались в кожу, оставив рваные, воспаленные порезы.
- Ай! - вскрикнула Алёна, резко дернувшись назад. Лицо её исказилось от внезапной острой боли, и она непроизвольно прижала руку к груди.
Артур замер. Его рука зависла в воздухе, словно он ударился о невидимую стену. Он медленно, с каким-то пугающим спокойствием, обернулся к ней. В его глазах, которые еще секунду назад светились заботой, сейчас плескалась целая буря эмоций: от осознания собственной неосторожности до ледяной ярости на самого себя.
Он увидел её запястья. Ткань куртки задралась, обнажая кровавые, распухшие следы от пластиковых хомутов.
- Господи... - выдохнул он, и его голос сорвался на хрип.
Артур медленно опустился перед ней на одно колено прямо на холодные ступени крыльца. Он не осмелился коснуться её снова - он боялся даже дышать рядом с её поврежденными руками.
- Я... я забыл, - прошептал он, и в этом признании было столько боли, что Алёна почувствовала, как её собственное сердце начинает ныть. - Прости меня. Я такой идиот... Я должен был помнить о каждой царапине на тебе.
Он поднял на неё глаза, и Алёна увидела в них отражение своего кошмара. Артур медленно прижался лбом к её руке, не задевая рану, и глубоко вздохнул. В этот момент она поняла: он не просто злится на Марка. Он винит себя за каждую секунду, когда не был рядом, чтобы предотвратить эту боль.