Наследники. Хранитель легенд 2

Воздух в эльфийском доме был тяжёлым — не от жары или духоты, а от напряжения, которое окутывало каждую книгу, каждый свиток, каждую страницу, которую Мия и Мэл перелистывали в поисках ответа. Солнце уже поднялось высоко, пробиваясь сквозь листву вековых деревьев, но внутри царил полумрак — только магические светлячки, зажжённые феями, мягко освещали комнату, где сёстры просиживали уже несколько часов.

Мия сидела за столом, заваленным старыми фолиантами, её крылья были сложены за спиной, но кончики перьев вздрагивали каждый раз, когда она натыкалась на очередной тупик. Книги Асфоделия — древние, с пожелтевшими страницами и витиеватыми эльфийскими рунами — лежали перед ней стопками, и она перебирала их с той же тщательностью, с какой когда-то изучала их в Академии.

— Здесь ничего, — сказала она, захлопывая очередную книгу и отодвигая её в сторону. — Пусто. Просто описания корня ночи, его происхождение, но никаких инструкций о том, как его ослабить.

Мэл, сидевшая напротив с чашкой травяного чая, которая давно остыла, подняла на неё усталый взгляд. Её зелёные глаза, обычно яркие и живые, сейчас были тусклыми от усталости, но в них горела решимость.

— Бабушка и дедушка говорили, что есть способ, — сказала она, отставляя чашку в сторону. — Они сказали, что мы можем связаться с мамой, если проведём ритуал. Но сначала нам нужно найти, как временно снять действие корня ночи. Иначе она просто уснёт, и мы ничего не узнаем.

— Я помню, — кивнула Мия, проводя рукой по уставшим глазам. — Но я уже перерыла половину этих книг. Здесь только история, легенды, описание того, как корень ночи действует на душу. Но ничего о том, как его подавить. Даже временно.

Она встала, подошла к большому окну и посмотрела на лес. Ветви деревьев мягко колыхались на ветру, и солнечные лучи пробивались сквозь листву, рисуя на полу световые узоры. Тишина была почти осязаемой.

— Может быть, мы ищем не там? — спросила Мэл, подходя ближе. — Ты говорила, что в Академии у вас были уроки по ритуалам. Может, есть какой-то особый раздел, который мы пропустили?

Мия обернулась, и в её глазах мелькнула искра надежды.

— Были, — сказала она. — Мы изучали ритуалы очищения и подавления тёмной магии. Но это были общие курсы. Никто не думал, что корень ночи когда-нибудь понадобится снимать. Это считалось запретным знанием.

— А если не общие курсы? — настаивала Мэл. — Что если есть старые записи, которые не входят в основную программу?

Мия задумалась. Она провела пальцами по корешкам книг, стоявших на полках, и вдруг остановилась. Её взгляд упал на один из томов — почти незаметный, в тёмно-коричневом кожаном переплёте, с серебряными буквами на корешке, которые стёрлись от времени.

— Что это? — спросила Мэл, заметив её взгляд.

Мия взяла книгу, провела пальцами по пыльной обложке и открыла её. Страницы были тонкими, почти прозрачными, и на них были записаны эльфийские руны, которые она узнала с трудом — это был древний диалект, который изучали только в старших классах Академии.

— Это... — начала она, и её голос дрогнул. — Это «Книга подавления». Её не было в основной программе. Её давали только тем, кто проходил специальное обучение.

— И что там? — Мэл подошла ближе, вглядываясь в страницы.

Мия перелистнула несколько страниц и замерла. Её глаза расширились.

— Здесь есть ритуал, — сказала она, и её голос стал тише. — Описано, как временно подавить действие корня ночи. Нужно использовать воду из источника жизни и кровь того, кто связан с носителем корня.

— Кровь? — переспросила Мэл, и в её голосе послышалось напряжение. — Чья кровь?

— Наша, — ответила Мия, поднимая глаза на сестру. — Мы — её дочери. Наша кровь связана с ней кровью. Если мы используем её в ритуале, магия корня ночи временно ослабнет.

В этот момент в дом вошли Ума, Гарри, Гил, Иви, Равена, Си Джей, Уна, Джей и Карлос. А следом за ними — Кейт, Сэм, Уэйт и Дайрон. Увидев горы книг, разбросанных по столу и полу, Ума ошарашено замерла на пороге.

— Что вы делаете? — спросила она, обводя взглядом комнату, заваленную древними фолиантами и свитками.

Мэл подняла голову от очередной книги и коротко ответила:

— Ищем способ поговорить с мамой. Пока Мия читает эту книгу, — она кивнула в сторону сестры, которая всё ещё держала в руках «Книгу подавления».

Все присутствующие в шоке смотрели на девушек. Иви сделала шаг вперёд, её глаза были широко раскрыты.

— Вы серьёзно? Вы нашли способ связаться с Малефисентой?

Мия подняла взгляд от книги, и в её голосе послышалась тихая уверенность:

— Мы можем поговорить с мамой. Временно снять действие корня ночи — и связаться с ней через ритуал. Это сложно, но возможно.

Джей вышел вперёд, его лицо было серьёзным. Он перевёл взгляд с Мии на Мэл, а затем спросил:

— А можно ли и нам поговорить с нашими родителями? Они тоже под действием корня ночи.

Мия задумалась на мгновение. Она перелистнула несколько страниц, пробегая глазами по строкам, и нахмурилась.

— Для этого нужно, чтобы заклинание прошло через каждого из нас, — сказала она, поднимая глаза на ребят. — Ритуал требует связи через кровь. Если каждый из вас согласится стать частью этого, то мы сможем временно ослабить действие корня ночи для всех. Но это значит, что мы все должны быть готовы к тому, что увидим — и к тому, что услышим.

Ребята переглянулись. В воздухе повисла тревога, но в то же время — надежда.

Карлос сделал шаг вперёд, его руки слегка дрожали, но голос звучал твёрдо:

— Я готов. Если это даст мне шанс увидеть мою мать...

Гарри шагнул рядом с ним:

— Я тоже.

Ума, Равена, Си Джей, Уна, Дайрон, Уэйт, Кейт, Сэм и Иви — все они, один за другим, кивнули. Никто не хотел упускать этот шанс.

Джей подошёл к Мии, взял её за руку и тихо спросил, сжимая её ладонь чуть крепче:

— Мия, ты уверена, что сможешь?

Мия открыла рот, чтобы ответить, но Мэл шагнула вперёд, уперев руки в бока:

— Мы сможем. Вдвоём.

Мия резко обернулась к сестре, и в её голосе послышалась твёрдость, которая не терпела возражений:

— Колдовать буду только я.

Мэл возмущённо выдохнула:

— Это ещё почему?!

Мия подняла на неё взгляд — усталый, но твёрдый, с лёгкой искрой раздражения, которая боролась с желанием просто всё объяснить.

— Мэл, этот ритуал опасен. Он потребует огромной силы. А ты сейчас не совсем... в форме. К тому же меня готовили к этим заклинаниям и ритуалам много лет в Академии. Это не магия дракона, это тонкая работа с тёмными энергиями. Ты не знаешь, что может пойти не так.

Мэл хотела возразить, но Мия уже отвернулась и перевела взгляд на Дайрона, Уэйта и Кейт.

— Мне нужны будут ваши силы, ребята. Я не справлюсь одна. Вы должны будете держать пространство, чтобы магия не вышла туда, куда не надо. Это не просто защита — это создание барьера, который не пропустит корень ночи обратно в момент ритуала.

Кейт кивнула, расправляя крылья:

— Я сделаю всё, что нужно.

Дайрон и Уэйт переглянулись, затем синхронно кивнули.

— Мы готовы, — сказал Уэйт, и в его голосе звучала твёрдая уверенность. Дайрон усмехнулся, но серьёзно добавил:

— Просто скажи, куда встать.

Мия обвела взглядом всех, кто стоял в комнате, и сделала глубокий вдох.

— Тогда у нас есть три дня до полнолуния, — сказала Мия, обводя взглядом собравшихся. — Готовьтесь. Это будет тяжело...

Она не договорила, потому что в этот момент Сэм, до этого стоявший чуть поодаль, шагнул вперёд. Его лицо было сосредоточенным, а в глазах читалась тревога. Он подошёл к Мии и мягко, но настойчиво попросил:

— Мия, дай взглянуть на книгу.

Она удивлённо приподняла бровь, но протянула ему «Книгу подавления». Сэм быстро перелистнул несколько страниц, пробегая глазами по тексту, и вдруг его лицо побледнело. Глаза расширились от шока.

— Боги, — выдохнул он, поднимая взгляд на Мию. — Ты права. Если Мэл попытается провести этот ритуал... ей обеспечена кома. Да и для тебя это небезопасно. Ритуал требует не просто силы — он требует выдержки, контроля и полного погружения в магию. Одна ошибка — и последствия могут быть катастрофическими.

Иви выступила вперёд, её лицо было напряжённым.

— Может, есть другой способ? — спросила она, и в её голосе послышалась надежда. — Мы не можем рисковать вами обеими.

Мия подняла на неё твёрдый, почти непроницаемый взгляд.

— Другого нет, — сказала она, и её голос звучал жёстко, без тени сомнения. — Либо мы делаем это через три дня, либо не делаем вовсе. Я не позволю этому шансу ускользнуть.

В комнате повисла тишина. Все смотрели на неё, и в их взглядах смешивались тревога, уважение и решимость.

Джей шагнул ближе и взял её за руку.

— Тогда мы будем рядом, — сказал он, и в его голосе слышалась твёрдая поддержка. — Что бы ни случилось.

Мия кивнула, и в её глазах мелькнула искра благодарности.

— Я знаю, — ответила она. — Поэтому мы справимся.

Спустя полчаса уборки, когда книги были аккуратно сложены, а свитки свернуты, ребята отправились в Аурадон. Город был полностью заполнен людьми и полубогами — повсюду слышались смех, музыка и оживлённые разговоры. Улицы пестрели яркими красками, воздух был наполнен ароматами свежей выпечки и цветов. Но Мия, идя рядом с Джеем, который держал её за талию, почти не замечала этой суеты. Она чувствовала его руку на своей талии, но в то же время ощущала, как напряжение сковало каждую мышцу её тела.

Кейт и Сэм шли чуть впереди, держась за руки. Сэм, наклонившись, поцеловал Кейт в висок, и она улыбнулась, прижимаясь к нему. Их лёгкость и счастье контрастировали с тем, что чувствовала Мия. Судя по лицам эльфов, они прекрасно знали, что теперь им делать, но ответственность стала ещё тяжелее.

Джей остановился, отпуская руку Мии, и жестом сказал ребятам, чтобы они шли вперёд.

— Мы вас догоним, — сказал он, и когда они отошли на несколько шагов, он повернулся к Мии.

Его взгляд был серьёзным, в нём не было привычной игривости.

— Мия, всё хорошо? — спросил он, и его голос звучал мягко, но настойчиво. — Ты как в воду опущенная... Что случилось?

Мия помолчала, её взгляд был устремлён куда-то вдаль, на толпу, которая шумела вокруг. Её крылья слегка дрогнули, словно она пыталась сбросить с себя тяжесть, которая давила на плечи. Она подняла на него глаза, и Джей увидел в них то, что редко показывалось другим — уязвимость.

— У меня плохое предчувствие, — сказала она тихо, и в её голосе послышалась тревога. — Я не знаю, что именно, но... что-то не так. Я чувствую это. Как будто мы стоим на краю чего-то, и я не могу понять, что нас ждёт внизу.

Джей взял её лицо в ладони, заставляя посмотреть на себя.

— Мы справимся, — сказал он, и в его голосе звучала уверенность, которую он хотел передать ей. — Мы все вместе. И что бы ни случилось, ты не одна.

Мия посмотрела на него, и в её глазах мелькнула слабая улыбка.

— Я знаю, — ответила она. — Но это чувство... оно не уходит.

Мия сделала шаг вперёд, пытаясь стряхнуть с себя тревогу, но вдруг остановилась. Холод, который она почувствовала, не имел ничего общего с погодой. Это было что-то иное — дыхание смерти, которое она узнала бы из тысячи других. Её взгляд метнулся к толпе, и она увидела её.

Она стояла в тени старого дуба, у самого края площади, и смотрела прямо на Мию. Высокая, стройная, в идеально сидящем чёрном костюме, с длинными тёмными волосами, струящимися по плечам, и пронзительными глазами, в которых не было ни капли тепла. Её лицо было красивым — слишком красивым, чтобы быть человеческим, — но в её взгляде чувствовалась та самая пустота, которую Мия знала слишком хорошо. Азраил. Ангел смерти. Женщина, чьё имя шептали в легендах, чей образ появлялся в самых тёмных видениях.

Мия замерла, и её дыхание перехватило. Она узнала её. Встречала в видениях, в старых легендах и в тех редких моментах, когда магия предков показывала ей то, что должно было остаться скрытым. Азраил не двигалась, просто стояла и смотрела на неё, и её взгляд был тяжёлым, как надгробная плита.

— Хуже всего, — прошептала Мия, и её голос был едва слышен, — что оно мне знакомо.

Джей обнял её за плечи, притягивая ближе, и его голос звучал мягко, но настойчиво:

— Расслабься. Я понимаю, что ты несёшь ответственность за судьбы мироздания, и ещё эта книга... — он кивнул в сторону её сумки, где лежала Книга Легенд, — но в данный момент ничего плохого не происходит, так?

Мия перевела взгляд на него, затем снова на то место, где стояла Азраил. Но ангел уже исчезла. Только тень от старого дуба напоминала о её присутствии.

— Так, — ответила она, но голос её звучал неуверенно.

— Тогда пойдём к ребятам, — сказал Джей, беря её за руку и увлекая за собой. — Постарайся расслабиться. Хотя бы на пару часов.

Мия позволила ему вести себя, но в её голове всё ещё кружился образ ангела смерти. Она знала, что её появление не было случайностью. И это предчувствие, которое она пыталась игнорировать, становилось всё более отчётливым.

Когда Джей и Мия дошли до Аурадонского сада у школы, Мэл и Кейт уже начали колдовать. Золотистые и голубоватые искры кружились вокруг них, создавая причудливые узоры в воздухе. Мия увидела магию сестры и с лёгкой, тёплой улыбкой сказала:

— Молодец. Хоть что-то уже пробовать начала.

Мэл обернулась к ней, и на её лице появилась довольная, но слегка уставшая улыбка:

— Есть на кого ровняться.

На полянку уже пришли Фрэди, Элли, Джордан и Джейн, которая быстро подбежала к Карлосу и обеспокоенно спросила:

— Что со всеми вами? Вы выглядите так, будто готовитесь к войне.

Мэл коротко объяснила ей, что они ищут способ связаться с родителями, и что ритуал будет сложным. Джейн слушала, её глаза расширялись от удивления, но она кивнула, понимая важность момента.

Тем временем Мия поежилась — холод, который она почувствовала ещё на площади, снова коснулся её. Она подняла взгляд и заметила, что Сэм смотрит на мужчину, стоящего на краю поляны. Мужчина выглядел лет на сорок, измождённый, с серой кожей и глазами, которые, казалось, видели что-то за гранью реальности. Лицо Сэма стало серьёзным, и он быстро перевёл взгляд на Мию, их глаза встретились.

Джей, заметив это, нахмурился и спросил:

— Сэм, всё нормально?

Сэм ничего не сказал, но Мия всё поняла. Он слегка кивнул в сторону мужчины, и Кейт, обернувшись, тоже заметила странного гостя.

Сэм подошёл ближе к Мие и тихо сказал, так, чтобы слышала только она:

— Кажется, это твой клиент.

Ума, стоявшая рядом с Гарри, заметила мужчину и спросила громче, обращаясь к нему:

— Вы кого-то ищете?

Мужчина сделал шаг вперёд, его движения были медленными, будто каждое усилие давалось ему с трудом. Он выглядел так, словно был на грани смерти — бледный, с тёмными кругами под глазами, почти призрачный в золотистом свете сада.

— Я ищу принцессу Амилию, — сказал он, и его голос был тихим, с хрипотцой. — Дочь Аида. Слухи разнеслись, и мне нужна её помощь.

Карлос, стоявший рядом с Джейн, посмотрел на него с любопытством и тревогой.

— Что с вами? — спросил он.

Мия закрыла глаза на мгновение, сжав губы, и едва слышно прошептала себе:

— Чёрт, только этого не хватало...

Но Мэл, стоявшая рядом, услышала и повернулась к сестре. Её взгляд стал вопросительным, но Мия уже открыла глаза. В них была пустота — та самая, которая появлялась, когда она принимала то, что должно было случиться. Она посмотрела на мужчину и ответила спокойно, почти безэмоционально:

— Он умирает.

Все ребята, стоявшие вокруг, замерли, уставившись на неё с шоком. Тишина повисла в воздухе, нарушаемая лишь ветром и редкими звуками города.

Мэл замерла, и вдруг в её голове всплыли слова, которые Мия говорила ей когда-то. Тогда, в первые дни их знакомства, Мия обмолвилась, что иногда к ней приходят люди, которым нужна не магия, а избавление. Проводник между мирами. Тогда Мэл не придала этому значения, но теперь всё встало на свои места. Она посмотрела на сестру с новым пониманием, смешанным с тревогой.

Мия медленно встала, расправив крылья. По её плечам, волосам и крыльям пробежало синее адское пламя, заливая всё вокруг призрачным, холодным светом. Человек, стоявший перед ней, опустился на колени, его голос дрожал:

— Госпожа... Я...

Но он не успел договорить. Мия шагнула к нему, протянула руку и, коснувшись его плеча, мягко, но настойчиво подняла его.

— Эдборд из Говалдона, — сказала она, и в её голосе звучала ровная, почти безжизненная сила.

Человек встал, опустив голову в знак уважения, его плечи дрожали от напряжения.

— Зачем ты пришёл ко мне? — спросила Мия, и её голос был холодным, но в нём чувствовалась усталость.

Кейт тоже поднялась, её выражение лица стало таким же сосредоточенным и серьёзным, как у Мии. Сэм отхлебнул чая и тихо пробормотал:

— Лишь бы только не было как в прошлый раз...

Мия не обернулась, её взгляд был прикован к человеку. Он сделал шаг вперёд, его голос сорвался:

— Госпожа, прошу вас... Освободите меня.

Она коснулась его плеча, и в этот момент всё вокруг исчезло. Перед её глазами пронеслись образы — его жизнь, его боль, его потери. Она увидела, как он держал на руках умирающих родных, как хоронил друзей, как оставался один в пустом доме, где когда-то звучал смех. Он прошёл через войну, через голод, через смерть, которая забрала всех, кого он любил. И теперь он остался один, с пустотой внутри, которая была тяжелее любой боли.

Мия почувствовала, как слеза скатилась по её щеке, но её лицо осталось неподвижным, как каменная маска. Она знала эту боль. Она видела её тысячи раз. И каждый раз она заставляла её чувствовать.

— Ты уверен? — спросила она, и её голос был тихим, почти шёпотом. — То, о чём ты просишь, будет необратимо. Ты понимаешь это?

Человек поднял на неё глаза, и в них не было страха — только усталость и покой.

— Я понимаю, — сказал он. — Я готов. Прошу тебя, Госпожа.

Мия кивнула, и в её глазах мелькнула тень, которая говорила о том, что она делает это не впервые. Она закрыла глаза, положив обе руки на плечи мужчины, и начала читать на древнегреческом. Её голос был ровным, почти напевным, слова лились одно за другим, наполняя воздух магией. Затем она провела рукой сверху вниз вдоль его тела, и в тот же миг оно рассыпалось в прах, оставляя перед ней полупрозрачную фигуру — его душу, освобождённую от боли и страданий.

— Освобождаю тебя, — сказала Мия, и её голос был тихим, но твёрдым.

Она повернулась к Кейт, которая стояла рядом, и спросила:

— Проводишь его до Подземного царства?

Кейт кивнула, её лицо было спокойным и сосредоточенным. Она подошла к духу, взяла его за руку, и они исчезли в вихре чёрной магии, оставляя после себя лишь лёгкое дуновение ветра.

Мия посмотрела на прах у своих ног, и по её щеке скатилась слеза, но лицо осталось каменным — застывшим, словно маска. Она подняла руку и одним взмахом наколдовала погребальную урну. Прах поднялся в воздух и бесшумно переместился внутрь.

Мэл подошла к сестре, и на её лице смешались шок, боль и сочувствие. Ребята стояли вокруг, молча наблюдая за происходящим. Джей смотрел на Мию с таким шоком, что словами нельзя было описать. Он видел её сильной, видел её уязвимой, но никогда — такой отстранённой и одновременно наполненной болью.

Мия не дала сестре сказать ни слова. Она подняла урну и сказала, глядя прямо перед собой:

— Теперь вы хоть знаете, чем я занимаюсь.

Она повернулась и направилась в сторону леса, держа урну в руках. Мэл схватила её за плечо и остановила:

— Куда это ты?

Мия обернулась, показывая на урну:

— Проводить похоронную процессию. К сожалению, мою работу мне никто не отменял.

Когда Мия собралась уходить, Мэл резко потянула её за руку и, глядя прямо в глаза, сказала твёрдо:

— Я иду с тобой. И это не обсуждается.

Мия хотела возразить, но увидела в глазах сестры ту же решимость, которая была у неё самой. Она молча кивнула, и они вдвоём направились в сторону леса, оставляя остальных на поляне.

Сэм усадил ребят за столики, которые тут же появились благодаря магии, и разлил чай. Все молчали, глаза были широко раскрыты, шок от увиденного всё ещё не отпускал их. Тишину нарушал только звон чашек.

— Слава богу, хотя бы один... — начал Сэм, но не договорил.

Джей резко дёрнул его за руку и, придвинувшись ближе, сказал голосом, в котором звучала сталь:

— Рассказывай давай. Я вижу, что ты знаешь больше, чем говоришь.

Сэм вздохнул, отпил чай и, оглядев ребят, начал:

— Мия не просто дочь Аида и Малефисенты. Она — проводник между мирами. Это не просто слова. Она видит тех, кто на грани, и помогает им перейти. Но это не даётся просто так. Каждый раз, когда она освобождает душу, она забирает часть её боли и даже воспоминания. А иногда чувствует, что чувствовала душа в момент смерти, если к ней приходят призраки. Я видел это раньше.

Сэм поджал губы, и по его лицу было видно, что он не хочет продолжать. Он замолчал, уставившись в свою чашку, словно надеялся, что разговор сам собой сойдёт на нет. Но Джей не собирался отступать. Он сжал руку Сэма и, глядя ему прямо в глаза, сказал:

— Ты сказал, что хорошо, что это был один. И что надеешься, что не будет как в прошлый раз. Рассказывай давай. Что за «прошлый раз»?

Сэм тяжело вздохнул и убрал руку. Он явно колебался.

— Если я скажу, мне Мия яйца оторвёт, — пробормотал он, но в его голосе не было шутки.

Ума, сидевшая рядом, наклонилась вперёд и спокойно, но с металлическими нотками в голосе сказала:

— А если не скажешь, то я тебе их оторву.

Сэм посмотрел на неё, потом на Джея, потом на остальных. Он понял, что выхода нет. Он сделал глоток и начал:

— В прошлый раз через Мию прошёл целый ковен мёртвых ведьм. Их души были заперты в одном месте, и она взялась их освободить. Всех. Сразу.

Ребята замерли. Джей, не веря своим ушам, переспросил:

— В смысле прошёл ковен?

Сэм достал свою фляжку с виски и, не стесняясь, плеснул немного в чай.

— Если к Мие приходят души без тела, она пропускает их через свою суть, чтобы они перешли на ту сторону. Она чувствует их эмоции, их воспоминания, а иногда — весь момент их смерти. Каждую секунду. Каждую боль. Каждый страх.

Он сделал паузу, и его голос стал тише:

— В тот раз пол Лагеря проснулось от криков Мии. Я её такой никогда не видел. Она кричала так, будто умирала сама. А на следующий день...

Сэм сделал паузу, отпил прямо из фляжки, и его голос стал глубже, словно он сам переживал этот момент заново:

— После каждого раза у Мии случались нервные срывы. Но в тот раз... он был слишком сильным. Даже она не выдержала.

Он замолчал, и тишина стала почти осязаемой. Все сидели неподвижно, боясь дышать.

— Когда я пришёл проведать её, — продолжил Сэм, и его голос дрогнул, — она лежала в ванной. С порезанными руками. На полу была вода, и она просто сидела там, глядя в стену. Я не знаю, сколько она так просидела, но крови было много.

Ребята буквально ахнули от шока. Джей побледнел, и его руки, которые лежали на столе, начали дрожать. Он молча взял фляжку у Сэма и сделал большой глоток, не чувствуя вкуса. Только жжение в горле напомнило ему, что он всё ещё жив.

— И что было потом? — спросил он, и его голос был едва слышен.

— Потом я остался с ней, — сказал Сэм. — Не задавал вопросов. Просто сидел рядом и ждал, пока она сама заговорит. Это заняло несколько часов. Но она не сказала ни слова. Только смотрела на свои руки, словно видела их впервые. Она просто сказала: «Я не могу больше...» Но она всё равно продолжает. Каждый раз, когда кто-то приходит, она встаёт и делает это. И никто не знает, что это стоит ей таких сил.

Джей сжал фляжку в руке, глядя на неё, и в его голове пронеслась мысль, от которой у него перехватило дыхание. Мия была сильнее, чем он думал. Но эта сила имела свою цену. И он не знал, сможет ли он когда-нибудь увидеть её такой же уязвимой, как в тот момент, и не сломаться сам. Он не знал, как помочь ей, но знал одно: он будет рядом. Что бы ни случилось.

Сиджей сидела неподвижно, глядя на свою чашку, которая давно остыла. По её лицу текли слёзы, но она даже не пыталась их вытереть. Её глаза были широко раскрыты, а дыхание — прерывистым. Она слушала Сэма, и каждое его слово вонзалось в неё как нож. Она знала, что Мия сильная, но услышанное сейчас было за гранью её понимания. Наконец она утёрла слёзы тыльной стороной ладони и, сделав глубокий вдох, тихо спросила:

— А что Аид?

Её голос дрожал, но в нём слышалась настойчивость.

Сэм посмотрел на неё, и его лицо стало чуть мягче. Он понял, что она не просто спрашивает — ей нужно знать, что хоть кто-то пытался защитить Мию.

— После того случая Аид перекрыл доступ к Мие, — сказал он, и его голос стал спокойнее. — Он использовал свою силу, чтобы души больше не донимали её напрямую. Теперь к ней приходят только те, кто на грани, кто сам ищет помощи. Но даже так... она всё равно чувствует их боль. Просто теперь это не бьёт по ней с такой силой.

Сиджей закрыла глаза и выдохнула, словно сбрасывая с себя тяжесть. Она знала, что это не конец, но хотя бы осознание того, что Мия не одна в этом, давало ей немного сил. Она открыла глаза и посмотрела на лес, куда ушли Мия и Мэл.

— Хорошо, — сказала она, и в её голосе появилась та самая сталь, которая была свойственна ей. — Хорошо. Значит, мы будем рядом. Все. Она не будет одна. Что бы ни случилось.

В это время в лесу.

Мия и Мэл шли по лесу в тишине. Вокруг них шелестели листья, и солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, создавая причудливый узор на земле. Мэл, не выдержав тишины, начала расспрашивать сестру.

— Мия, как ты это делаешь? — спросила она, и в её голосе слышалась смесь любопытства и тревоги. — Как ты можешь... принимать их боль?

Мия продолжала идти, не оборачиваясь. Её голос был тихим, но ровным:

— Это не просто боль. Это их жизнь. Их воспоминания. Их последние мгновения. Я вижу их так, как будто проживаю это сама. Но я не могу отказаться. Если я не сделаю это, они останутся здесь, застряв между мирами. И это хуже смерти.

Мэл сжала кулаки, стараясь сдержать слёзы.

— Почему ты не сказала мне раньше? Мы бы могли...

— Не могли, — перебила Мия, и в её голосе послышалась усталость. — Никто не мог. Это мой путь. Я должна пройти его одна. Но... — она остановилась и повернулась к сестре, и в её глазах мелькнула слабая улыбка, — я рада, что ты здесь. Что ты рядом.

Мэл шагнула вперёд и обняла её, чувствуя, как Мия дрожит в её руках, но не плачет. Она просто стояла, принимая тепло сестры.

— Я всегда буду рядом, — сказала Мэл. — Что бы ни случилось.

Они пошли дальше, и вскоре впереди показался каменный круг — древнее место, покрытое мхом и поросшее травой. Мия подошла к нему и остановилась. Она протянула руку, провела пальцами по одному из камней, и в воздухе замерцала магия. Часть земли ушла вниз, открывая вход в подземелье.

— Что это? — спросила Мэл, и в её голосе послышалось удивление.

— Склеп, — ответила Мия. — Место, где похоронен весь род этого человека. Он был последним из своей семьи. Теперь они все вместе.

Она шагнула вперёд, и Мэл последовала за ней. Внутри было сумрачно и тихо. Каменные стены были покрыты древними рунами, а вдоль коридора стояли урны с прахом. Мия подошла к пустому месту на каменной плите и поставила урну. В тот же миг на ней появилось имя: «Эдборд из Говалдона».

— Теперь он дома, — сказала Мия, и в её голосе послышалось облегчение. — Он вернулся к своей семье.

— Может, это цинично, — сказала Мия, глядя на урну с именем, которое только что появилось на камне, — но я рада, что у него не было живых родственников.

Мэл с недоумением посмотрела на сестру, не понимая, как можно радоваться такому одиночеству.

— Я не понимаю, — сказала Мэл, и в её голосе послышалось сомнение. — Разве не лучше, когда есть те, кто помнит?

Мия повернулась к ней, и в её глазах мелькнула тень той боли, которую она редко показывала.

— Однажды, — начала она, и её голос стал тише, — мне пришлось сообщать родным о тех, кого я освободила. И я видела столько разных реакций... От благодарности до ненависти. Некоторые благодарили меня за то, что я помогла их близким найти покой. А другие... — она замолчала на мгновение, собираясь с мыслями, — другие смотрели на меня так, будто я убила их родных. Я выслушивала в свой адрес столько злых слов... столько обвинений. И я поняла, что иногда лучше, если никого не остаётся. Тогда некому страдать. Не с кем прощаться.

Она опустила голову и, помолчав, добавила:

— Это тяжело. Всегда тяжело. Но когда никого нет, я хотя бы знаю, что они уже не чувствуют боли. И мне не нужно объяснять им, почему я не могу вернуть их близких.

Мэл подошла к сестре и взяла её за руку. Она не знала, что сказать, но знала, что сейчас важно просто быть рядом.

— Ты делаешь то, что должна, — сказала Мэл, и её голос был тёплым. — И я горжусь тобой.

Мия подняла на неё глаза, и в них блеснула слабая улыбка.

— Спасибо, — прошептала она. — Пойдём. Нас ждут.

На обратном пути, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая лес в золотистые и багряные тона, Мэл вдруг остановилась и положила руку на плечо сестры, заставляя её замедлить шаг.

— Мия, — сказала она, и в её голосе звучала твёрдая решимость, — научи меня этому.

Мия замерла, и её крылья слегка дрогнули от удивления. Она повернулась к сестре, и в её глазах мелькнула смесь шока и тревоги.

— Что?! — переспросила она, и её голос был резче, чем она ожидала. — Ты серьёзно?

— Абсолютно, — ответила Мэл, и её взгляд был твёрдым, как сталь. — Я не могу спокойно смотреть, как ты проходишь через это одна. Я знаю, что это тяжело. Я видела, что это с тобой делает. Но я хочу помочь тебе. Я могу взять часть этой боли на себя.

Мия покачала головой, и её голос стал тише, но в нём слышалась сталь:

— Даже не проси меня об этом. Это не то, чему можно научиться. Это не просто магия. Это... это проклятие, Мэл. Ты не представляешь, что это значит — чувствовать чужую смерть. Видеть её глазами. Чувствовать её страхи, её последние мысли. Это разрывает тебя изнутри.

— Тогда позволь мне разделить это с тобой, — настаивала Мэл, и её голос дрогнул, но она не отвела взгляда. — Я не хочу, чтобы ты продолжала это одна. Мы сёстры. Мы должны быть вместе, даже в этом.

Мия закрыла глаза на мгновение, и в её голосе послышалась усталость:

— Мэл, ты не понимаешь. Это не просто «разделить». Это значит взять на себя часть боли, которая никогда не уйдёт. Она остаётся с тобой навсегда. Ты будешь помнить каждую смерть, каждое лицо, каждую слезу. Я не хочу, чтобы ты проходила через это. Я хочу, чтобы хотя бы у тебя была нормальная жизнь.

Мэл на мгновение замерла, и её глаза расширились от удивления.

— Нормальная жизнь? — переспросила она, и в её голосе послышалось неверие. — Мия, мы — дочери Аида и Малефисенты. У нас никогда не будет «нормальной» жизни. И я не хочу её, если это значит, что ты будешь страдать одна.

Мия покачала головой, и её голос стал тише, но твёрже:

— Ты не понимаешь. Я видела, как эта ноша разрушает людей. Я не хочу, чтобы ты пошла по тому же пути. Ты заслуживаешь счастья, Мэл. Ты заслуживаешь жить, не чувствуя чужой боли каждый день.

— А ты? — спросила Мэл, и её голос дрогнул. — Ты тоже заслуживаешь счастья. И я не позволю тебе нести это одной. Мы сёстры. Мы должны быть вместе, даже в этом.

Мия открыла глаза и посмотрела на сестру. В её взгляде смешались усталость, страх и какая-то тёплая искра, которую она редко показывала.

— Ты упрямая, — сказала она, и в её голосе послышалась слабая усмешка.

— Это семейное, — ответила Мэл с лёгкой улыбкой.

Мия вздохнула, и её плечи опустились, словно она принимала что-то неизбежное.

— Ладно, — сказала она. — Но не сейчас. Сначала мы должны провести ритуал с мамой. А потом... потом я подумаю.....

Мия и Мэл вышли из леса, когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, оставляя на небе лишь багряные отсветы. Ребята, которые ждали их на поляне, мгновенно поднялись и подбежали к ним. Джей оказался рядом первым. Он схватил Мию за руку и, заглядывая ей в глаза, спросил:

— Ты в порядке?

Мия устало посмотрела на него и выдавила из себя слабую улыбку:

— Да.

Она отвела взгляд от Джея и обвела глазами остальных. Все они смотрели на неё с таким выражением, которое она знала слишком хорошо. Это был не просто страх или тревога — это было что-то другое. Что-то, что Мия ненавидела больше всего: жалость.

— Что вы на меня так смотрите? — спросила она, и её голос прозвучал резче, чем она хотела.

Никто не ответил. Они просто стояли и смотрели на неё, и тишина была красноречивее любых слов. Мия перевела взгляд на Сэма, который сидел в стороне с чашкой чая и делал вид, что его здесь нет. Её глаза сузились, и она медленно произнесла:

— Аааа, Сэм проболтался.

Сэм поднял руки в примирительном жесте и виновато улыбнулся:

— Я просто переживал за тебя. И они имели право знать.

Мия закрыла глаза на мгновение, глубоко вздохнула, а затем открыла их. В её взгляде не было злости — только усталость и принятие.

— Ладно, — сказала она, и её голос стал мягче. — Вы хотели знать? Теперь вы знаете. Теперь вы знаете, что я делаю, когда никто не смотрит. И теперь вы знаете, что это не просто «работа».

Мия обвела взглядом ребят, и в её голосе послышалась та самая усталость, которую она так долго скрывала.

— Я не жду, что вы это примете, — сказала она, и её слова повисли в воздухе. — У меня у самой ушло немало времени, чтобы принять это.

Она сделала паузу, и тишина стала ещё глубже. Все смотрели на неё, и в их глазах смешивались боль, уважение и желание понять.

— Я знаю, что это выглядит странно, — продолжила она, и её голос стал чуть тише. — Я знаю, что это тяжело принять. Но это часть меня. И я не могу от этого отказаться. Я не могу просто сказать «нет», когда кто-то приходит за помощью. Это было бы хуже, чем та боль, которую я чувствую.

Она опустила голову и посмотрела на свои руки, которые всё ещё слегка дрожали.

— Я не прошу вас понимать, — сказала она, поднимая глаза. — Я просто хочу, чтобы вы знали: я не делаю это ради себя. Я делаю это потому, что если не я, то кто? И если это пугает вас... я понимаю.

Джей положил руку ей на плечо и сжал его, чувствуя, как её плечи напряжены.

— Мы не боимся, — сказал он, и в его голосе звучала твёрдая уверенность. — Мы просто хотим быть рядом.

Мия посмотрела на него, и в её глазах мелькнула слабая улыбка. Она не знала, что сказать, но чувствовала, что этот момент стал чем-то важным — не только для неё, но и для всех, кто был рядом.

Джей и Мия, как и остальные, уселись за стол, который Мия наколдовала прямо на поляне. В этот раз на столе появились не только чай и выпечка, но и тарелка с гранатом — ярко-красным, сочным, словно напоминающим о крови, которая текла в венах дочерей Аида. Джей притянул Мию ближе, обнимая её за плечи, и она, наконец, позволила себе расслабиться, хотя напряжение в её теле всё ещё чувствовалось.

Тут вернулась Кейт. Она бесшумно опустилась на свободное место за столом, и на её лице была лёгкая, загадочная улыбка. Она взяла чашку с чаем и, отпив глоток, небрежно обронила:

— Я видела Лайлу.

Ребята, которые как раз подносили чашки к губам, замерли. Некоторые поперхнулись, закашлялись, уставившись на Кейт с выражением полного шока.

— Кто такая Лайла? — спросил Гарри, вытирая губы и переводя взгляд с Кейт на Мию.

Мия ухмыльнулась, но ничего не сказала, отломив кусочек граната и отправив его в рот, наслаждаясь кисло-сладким вкусом.

— А, вы же не знаете, — сказала Кейт, переводя взгляд на ошеломлённые лица. — Мэл просто уже знает. Люцифер — их с Мией крёстный. А Лайла — его дочь. Она сейчас в Подземном царстве, у папы, но собирается навестить нас.

На мгновение повисла тишина. А затем стол взорвался голосами.

— Крёстный?! — выпалил Карлос, чуть не уронив чашку. — Люцифер — крёстный Мии и Мэл?!

— И у него есть дочь?! — добавила Иви, её глаза были широко раскрыты.

— Лайла, — кивнула Кейт. — Наполовину ангел, наполовину демоница. Она живёт с отцом в Подземном царстве, но, судя по тому, что я слышала, она скоро появится здесь.

Ума покачала головой, переводя взгляд с Мии на Мэл и обратно.

— Вы, двое, никогда не перестанете нас удивлять, — сказала она с лёгким смехом. — Дочь Аида, крёстный — Люцифер, а теперь ещё и его дочь... Что дальше? Вы ещё и с ангелами родственники?

Мия ухмыльнулась, откусывая ещё один кусочек граната.

— Почти, — ответила она, и её глаза хитро блеснули. — Хотя это уже другая история. Может быть, как-нибудь расскажу.

Джей сжал Мию в объятиях, чувствуя, как она понемногу расслабляется, и прошептал ей на ухо:

— Твоя семья определённо умеет удивлять.

Мия улыбнулась и, прижавшись к нему, тихо ответила:

— Это ещё цветочки. Подожди, пока ты встретишься с Лайлой. Она — отдельная история.

Мия отхлебнула чая, и в тот же миг лёгкий ветер коснулся её лица — не тёплый, а холодный, словно дыхание зимы. Это был не просто ветер. Это был знакомый звук — взмах крыльев, которых она не видела, но узнала бы из тысячи других. Она почувствовала его за спиной и не повернулась. Только сделала ещё один спокойный глоток, поставила чашку на стол и сказала, не повышая голоса:

— Рада тебя снова увидеть.

Ребята замерли. Они переглянулись, и только тогда Мия медленно повернулась, встречаясь взглядом с фигурой, стоящей в тени старого дуба. Высокая, стройная, в чёрном костюме, с длинными тёмными волосами, которые струились по плечам, и глазами, в которых не было ни капли тепла. Азраил. Ангел смерти.

— Азраил, — сказала Мия, и её голос звучал ровно, без страха, но с уважением.

Азраил сделала шаг вперёд, и воздух вокруг стал плотнее. Её крылья, которые были скрыты за спиной, слегка дрогнули, словно она проверяла, готова ли она к разговору. На её лице, обычно холодном и непроницаемом, появилось что-то вроде лёгкой усмешки.

— Ты уже не хочешь называть меня тётя Рэйрей? — спросила она, и её голос был тихим, но в нём слышалась та особая теплота, которую она позволяла себе только с близкими.

Мия подняла на неё взгляд, и в её глазах мелькнула улыбка, которая была редкостью в последние дни. Она поставила чашку на стол и чуть наклонила голову.

— Ласковые прозвища для друзей и родных, которые тебя не бросают, — ответила она, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка.

Азраил сложила крылья и сделала ещё один шаг вперёд, её лицо стало чуть мягче.

— Я тебя не бросала, — сказала она. — Я была занята.

Мия встала, и её крылья расправились за спиной, словно она готовилась к спору. Она посмотрела на тётю с лёгкой, почти игривой ухмылкой.

— Да ты что? — сказала она, и её голос прозвучал с долей иронии.

Азраил на мгновение задержала на ней взгляд, и на её губах появилась едва заметная улыбка.

— А ты попробуй быть ангелом смерти, — ответила она, и в её голосе послышалась та же лёгкая ирония.

Мия ухмыльнулась и сделала удивлённый взгляд, слегка приподняв бровь.

— Серьёзно? Ты это мне рассказываешь? — спросила она, и в её голосе послышался вызов. — Я проводник между мирами. Я вижу смерть чуть ли не каждый день. И я делаю это одна.

Азраил посмотрела на неё долгим взглядом, и в её глазах мелькнуло уважение.

Азраил посмотрела на Мию долгим взглядом, и в её глазах мелькнуло уважение, смешанное с лёгким смущением. Она сложила крылья и сделала шаг ближе.

— Да ладно тебе, Мия, — сказала она, и в её голосе послышалась знакомая, почти родственная теплота. — Когда в Цитаделии узнали, что тебя теперь двое, все были в шоке. Особенно я.

Мия хмыкнула, отхлебнула ещё чая и приподняла бровь.

— С чего бы?

Азраил вздохнула и провела рукой по волосам — жест, который выдавал её редко показываемую усталость.

— Ну, потому что с твоей семьёй случилось такое, а я узнала только месяц назад. И да, я знаю, надо было прилететь тебя проведать, но... сначала был трудный день, потом прошла неделя, потом две, иии... потом уже было неудобно.

Мия покрутила головой, но на её губах появилась лёгкая улыбка.

— Ладно, ты мне лучше вот что скажи: откуда в Аурадоне эти создания из Говалдона? — спросила она, и её голос стал серьёзнее.

Азраил опустила глаза в сторону, и на её лице появилось виноватое выражение.

— А, этот...

Мия взяла фляжку из руки Сэма, который сидел с таким же выражением лица, как и Кейт, и отпила глоток, не сводя глаз с тёти.

— Слушай, я не папа, — сказала она, и в её голосе послышалась лёгкая насмешка. — Я не собираюсь высказывать тебе, что ты якшаешься со смертными. На меня хоть посмотри.

Азраил сделала шаг вперёд, её лицо стало чуть мягче.

— Короче, несколько месяцев назад у Эдборда случилось несчастье, и я прилетела сделать свою обычную работу. Но он выжил...

Мия прищурилась и отставила фляжку.

— Так что? Был ложный вызов?

— Да, такое иногда бывает, — сказала Азраил, и в её голосе послышалась лёгкая неловкость. — Но... в этот раз было что-то другое.

Мия задержала на ней взгляд и медленно спросила:

— И?

Азраил начала жестикулировать руками, что было для неё необычно — обычно она держалась сдержанно.

— Ну, ты его видела. Он такой несчастный был. Просил меня отправить его к его родным, но... — она сделала паузу, и её голос стал тише. — Я сказала ему, что призрак. Лучше не стало. Ну и, в конечном итоге, я отправила его к тебе.

Мия, услышав последние слова Азраил, чуть не выпала. Она отставила фляжку и посмотрела на тётю с лёгким раздражением, но в глазах уже мелькала усмешка.

— Ну, спасибо, — сказала она, и в её голосе послышалась ироничная нота. — А я-то как дура думала, что хоть в Аурадоне отдохну.

Азраил пожала плечами, и на её лице появилось выражение, которое можно было назвать виноватым, если бы она вообще умела выглядеть виноватой.

— Я не знала, куда его уже девать, — сказала она, и в её голосе послышалась лёгкая усталость. — Он был настолько потерянным, что я просто... не могла оставить его там.

Мия взяла фляжку и сделала ещё один глоток, затем, с шутливой ухмылкой, посмотрела на тётю.

— Это только если ты ко мне всех их отправлять будешь, — сказала она, и в её голосе послышался смех. — Я повешусь.

Азраил слегка улыбнулась, и её глаза на мгновение стали мягче.

— Не буду, — ответила она, и в её голосе слышалась твёрдая уверенность. — Ты и так делаешь достаточно. Я просто... хотела, чтобы ты знала: я доверяю тебе. Даже в таких вещах.

Мия посмотрела на неё, и на её лице появилась усталая, но тёплая улыбка.

— Ладно, тётя Рэйрей, — сказала она. — Заметано. Но в следующий раз просто предупреждай меня заранее.

Азраил кивнула и, развернувшись, исчезла в тени, оставляя после себя лишь холодный воздух и тишину. Мия допила чай и, глядя на опустевшее место, где стояла её тётя, тихо добавила:

— Она всегда умела появляться в самый неподходящий момент...

Ребята после того как Азраил ушла, уставились на Мию с шокированными глазами. Тишина повисла над столом, и даже ветер, казалось, замер, слушая их молчание. Мия допила чай, поставила чашку на стол и, заметив их взгляды, усмехнулась.

— Что? — спросила она, оглядывая их с лёгкой насмешкой. — Никогда не видели ангела смерти?

Гарри первым нарушил тишину, покачав головой и переведя взгляд с Мии на то место, где только что стояла Азраил.

— Я не знаю, что меня больше шокировало, — сказал он, и в его голосе послышалось искреннее замешательство. — То, что мы только что видели Ангела смерти, или то, что Азраил — девушка.

Мия хмыкнула и, подняв чашку, сделала глоток уже остывшего чая.

— Ангелы бывают разные, — сказала она спокойно. — Не все они выглядят как крылатые мужчины с мечами. Некоторые предпочитают костюмы и быть женщинами.

Она перевела взгляд на Мэл, которая сидела с приоткрытым ртом, глядя на сестру с выражением, в котором смешивались шок и любопытство.

— Что? — спросила Мия, слегка наклонив голову. — Я тебе говорила, что ангелы периодически меня достают. Просто ты, видимо, думала, что я шучу.

Мэл закрыла рот и покачала головой, пытаясь переварить услышанное.

— Я думала, ты говоришь о чём-то другом, — сказала она, и в её голосе послышалось удивление. — Например, о светящихся крылатых существах, которые появляются в твоих снах. Но не о... — она указала рукой на место, где стояла Азраил, — об этом.

Мия ухмыльнулась и отломила ещё один кусочек граната.

— Добро пожаловать в мою жизнь, сестра, — сказала она. — Здесь всегда есть место для сюрпризов.