19 Глава
Вы вышли из «Твилфитт и Таттинг» — и будто из тишины шагнули в шумную, тёплую жизнь Косого переулка. Солнце уже садилось, и витрины отбрасывали длинные золотистые блики, а воздух пах свежей выпечкой, корицей и чем‑то уютным, почти домашним.
Пэнси шла впереди, всё ещё немного взвинченная, но теперь уже не от напряжения, а от предвкушения.
Пэнси (взмахивая руками, будто рисовала в воздухе финальную картину):
— Ну вот. Теперь мы не просто банда, которая боится бала. Теперь мы банда, которая выглядит так, будто она его устраивает.
Драко (делая вид, что поправляет манжет, хотя сидел он идеально):
— Главное, чтобы никто не начал хлопать нам при виде. Я не готов к овациям.
Блейз (подмигивая):
— А я готов. Я даже поклонюсь. Если мне за это дадут кружку сливочного пива.
Тео, как всегда, сверился с часами.
Тео:
— У нас есть полтора часа до отбоя. И если мы хотим посидеть спокойно, без того чтобы мадам Розмерта смотрела на нас как на стихийное бедствие, лучше зайти сейчас, пока поток туристов из Шармбатона ещё не добрался до Хогсмида.
Ты (глубоко вдыхая, будто хотела запомнить этот вечер целиком):
— «Три метлы»… Я там бывала очень редко
Том (чуть замедляя шаг, чтобы идти ровно с тобой):
— Иногда самое важное происходит не на сцене и не в центре зала. А вот так: когда все устали спорить о пуговицах, сели за один стол и просто выдохнули.
«Три метлы» встретила вас знакомым гулом голосов, запахом тёплого хлеба и хмеля, и тем особенным уютом, который бывает только в старых пабах: деревянные балки потемнели от времени, на стенах висели потёртые таблички и портреты прежних хозяев, а над стойкой всё так же гордо красовалась огромная вывеска с тремя метлами, будто напоминание: здесь можно ненадолго забыть, что ты волшебник, и просто быть собой.
Мадам Розмерта подняла голову от кружки, которую протирала, и улыбнулась — не широкой, дежурной улыбкой, а той, что достаётся своим.
Мадам Розмерта:
— О, делегация Хогвартса! Вижу, вы сегодня не за зельем, а за передышкой. Садитесь к окну — там как раз освободился стол, и света больше, чтобы рассмотреть, кто из вас опять перепутал правый и левый ботинок.
Вы расселись кто где: Пэнси тут же заняла место у окна, чтобы видеть всех входящих; Драко сел так, чтобы держать в поле зрения и дверь, и стойку — привычка быть начеку; Том устроился у стены, где было меньше сквозняка и легче следить за временем; близнецы уселись рядом, будто специально занимая чуть больше места, чем положено; Рон и Гарри сели напротив, будто так им было спокойнее; Блейз развалился на скамье с видом человека, который наконец‑то добрался до заслуженного отдыха; а Тео сел рядом с тобой — не вплотную, но так, что ты чувствовала его спокойное присутствие.
Мадам Розмерта подошла сама, не дожидаясь, пока кто‑то поднимет руку.
Мадам Розмерта:
— Что будете? Сливочное пиво? Горячий сидр? Или, может, пирог с патокой, чтобы подкрепить силы перед всеми этими поклонами и реверансами?
Рон (не задумываясь):
— Пирог. Большой. И сливочное пиво. Я сегодня столько ходил, что, кажется, стёр подошву.
Гарри (улыбаясь):
— То же самое. Только… можно без корицы? Я её не очень.
Пэнси:
— Мне сидр. Тёплый. И… может, кусочек шоколадного торта? После всех этих тканей и образцов мне нужно что‑то, что скажет: «Ты справилась».
Драко (чуть поморщившись, будто сам себе не верил):
— Ладно. Сливочное пиво. Но без пены.
Блейз:
— А мне всё. Ну, или хотя бы пирог и сидр. Я заслужил.
Тео:
— Чай. Чёрный. Без сахара. И, пожалуйста, стакан воды. На всякий случай.
Фред:
— Нам с Джорджем по сливочному пиву… и по кусочку пирога, который можно поделить.
Джордж:
— И чтобы в нём было много патоки. Мы заслужили сладкую жизнь.
Ты:
— Я тоже буду сидр. Тёплый. Спасибо.
Том (спокойно):
— Чай. Как у Теодора. Только с одной ложкой сахара.
Мадам Розмерта кивнула, будто всё это она уже знала заранее, и ушла, оставив после себя лёгкий запах лаванды и ванили.
На минуту стало тихо — не напряжённо, а так, как бывает, когда после долгого дня наконец‑то можно просто посидеть. Ты посмотрела на ребят: Седрик ушел, потому что его срочно вызвали в Хогвартс, Пэнси уже что‑то чертила пальцем на запотевшем стекле окна; Драко незаметно поправлял воротник; Тео делал пометки в блокноте, но теперь не про маршруты, а про что‑то своё; близнецы тихо спорили, кто из них больше нравится тебе; Рон и Гарри о чём‑то перешёптывались, и в их голосах не было тревоги, только усталость и лёгкое веселье; Блейз откинулся на спинку скамьи и закрыл глаза, будто впитывал этот момент; а Том просто смотрел на тебя и чуть улыбался — так, будто знал, что сейчас самое главное уже случилось.
Когда мадам Розмерта принесла заказ, кружки и чашки звякнули о стол, и этот звук будто поставил точку в суматошном дне.
Рон (обхватывая кружку обеими руками, будто хотел согреться изнутри):
— Знаете, я думал, что самое сложное будет — это выучить все эти шаги. А оказалось, самое сложное — это выбрать цвет, который не будет «спорить» с твоим лицом.
Пэнси (фыркая, но без обиды):
— Цвет не спорит. Он либо работает на тебя, либо против. И я просто хотела, чтобы ты выглядел достойно.
Рон:
— Ну, теперь я буду выглядеть достойно. Осталось только не наступить никому на ногу.
Гарри:
— Мы все будем наступать. Это неизбежно.
Блейз (открывая глаза и улыбаясь):
— Зато мы будем наступать красиво. В отличных костюмах.
Фред поднял кружку, и все невольно затихли.
Фред:
— За то, что мы не разбежались после первого же спора о длине рукава.
Джордж (поднимая свою):
— За то, что у нас есть план. Даже если он меняется каждые пять минут.
Драко (неожиданно мягко):
— За команду. Которая, кажется, всё‑таки собирается.
Ты подняла свою кружку с тёплым сидром, и пар коснулся лица, будто шепнул: «Всё хорошо».
Ты:
— За нас. За то, что мы идём туда, где нам не очень комфортно, просто потому что мы должны быть вместе.
Том (тихо, только для тебя, но так, что услышала вся компания):
— И за то, что в конце дня мы можем просто сесть, выдохнуть и сказать: «Сегодня мы сделали всё, что могли».
Все чокнулись — кто кружками, кто чашками, кто даже стаканом воды, — и этот тихий звон прозвучал как маленькое заклинание: не для защиты, не для победы, а для того, чтобы удержать этот вечер, эту усталость, это чувство, что ты не одна.
За окном медленно опускались сумерки, и Хогсмид зажигал первые фонари. А внутри «Трёх мётел» было тепло, шумно и спокойно — потому что рядом были те, кто теперь шёл с тобой на бал не как случайные попутчики, а как настоящая команда.
Когда кружки опустели, а пирог с патокой исчез так стремительно, будто его унесло заклинанием, в «Трёх мётлах» стало чуть тише: поток новых гостей схлынул, и гул голосов превратился в ровный, уютный фон. Пэнси отодвинула пустую тарелку и вдруг, будто между делом, сказала:
Пенси: Ребят, а вот меня до сих пор не отпускает мысль о том, что брат Тома проявляет ко всем нам, Слизеринцам, такой интерес
Драко: Согласен, а особенно он проявляет интерес к Т/и
Ты невольно посмотрела на Тома. Он не вздрогнул, не напрягся, но в его осанке что‑то едва заметно изменилось: будто он на долю секунды прикрыл ставни, за которыми прятал всё, что не хотел показывать миру.
Тео: И то, что он хочет что бы мы были в его рядах
Пэнси нахмурилась, будто пыталась сложить в голове кусочки головоломки, которые никак не хотели сходиться. Блейз, до этого молчавший дольше обычного, наконец заговорил, и в его голосе не было привычной лёгкости.
Блейз: Но я не понимаю до конца.. Почему мы?
Пенси: Да потому что. Он сам сказал что мы показываем себя с той стороны, которая им подходит. Да и факт того, что у нас, а особенно у Т/и редкие дары, тоже говорит о том, что мы подходим для пожирателей и по этому он ждет когда мы скажем "Да"
Тео: Но мы уже думали над этим и пока что приняли решение, что мы не готовы. Но с тем что происходит сейчас в Хогвартсе, травли, нападения и т.п. Меня немного подталкивает сказать "Я готов присоединиться"
Том: Он следит. Не открыто. Не так, чтобы все видели. Но достаточно, чтобы ты чувствовала этот взгляд.
Ты: Я и правда иногда чувствую. Будто кто‑то смотрит из темноты. Просто… оценивающе. Как будто мы— загадки, которые он обязан разгадать.
Драко откинулся на спинку скамьи, скрестив руки, и его лицо стало непроницаемым — таким, каким оно бывало, когда он готовился к нападению, а не к защите.
Драко: Я согласен со словами Тео. В последнее время люди стали эгоистами и так и хочется их прикончить, вы же помните того незнакомца? Эгоист полноценный, Снейп говорил, что когда проводил опрос он говорил "За что вы так со мной? Это же обычная студентка" но ему преподали урок, потому что слизеринцы не терпят такого ужасного отношения к себе.
Блейз: Да, но...
Ты: Что но?
Блейз: Что будет если мы к нему присоединимся?
Ты: Если мы присоединимся то надо будет убивать, приносить несчастья и прочее.
Тео: Но зато можно будет отомстить тем, кто нас использовал, унижал, высмеивал
Драко: Там есть свои минусы и свои плюсы
Ты, Пенси: Давайте обсудим плюсы и минусы у нас в комнате.
Том: Хорошая идея, да и тем более там не будет лишних ушей
Том после слов "Лишних ушей" посмотрел на Гриффиндорцев и сказал
Том: Кстати уже поздно, идем обратно в Хогвартс
Тео: Идем