Часть 5
Вечер наступил быстрее, чем я успела моргнуть. Подруги выудили из моего шкафа платье, которое я купила когда-то и ни разу не надела.
Волосы я оставила распущенными, макияж сделала минимальный - тональник, тушь, помаду чуть ярче обычного.
- Выглядишь так, будто идешь на собственные похороны, - заметила Райли, поправляя мне волосы.
- Так и есть, - ответила я.
Несса подошла сзади и положила руки мне на плечи. В зеркале отражались мы трое - черноволосая, блондинка и я, брюнетка с кислой миной.
- Слушай, - сказала Несса тихо. - Ты сильная. Ты справишься. А если он начнет выёбываться - просто позвони, и мы приедем и превратим его дорогой пентхаус в руины.
- Обещаешь?
- Клянусь, - усмехнулась она.
Авани сидела на моей кровати и листала что-то в телефоне.
- Я нашла его инстаграм, - сказала она.
- И?
- Он выкладывает только фото своих машин и еды. Ни одной девушки. Странно для бабника.
- Значит, умный бабник, - ответила я. - Прячет концы в воду.
- Или ты просто начиталась сплетен, - пожала плечами Авани.
Я не стала спорить. Потому что, возможно, она была права. Но признавать это перед подругами? Ну уж нет.
Ровно в семь я спустилась вниз. Папа уже ждал у двери, в костюме и при галстуке. Выглядел он нервно - все время поправлял манжеты и смотрел на часы.
- Ты красивая, - сказал он, когда увидел меня.
- Ты меня продаешь, - ответила я.
- Я спасаю нашу семью.
- Одно другому не мешает.
Мы вышли из дома. На улице ждал черный джип с тонированными стеклами. За рулем сидел водитель, которого я никогда раньше не видела.
- Поехали, - сказал папа.
Я села на заднее сиденье и уставилась в окно. Нью-Йорк проплывал мимо - огни, вывески, люди, которые не знали, что через неделю я стану женой миллионера.
Ресторан оказался дорогим. Очень. Таким, где официанты кланяются, а одно блюдо стоит как моя месячная зарплата со съемок. Папа сказал, что Мурмаеры арендовали отдельный зал наверху, чтобы никто не мешал.
Когда мы вошли, они уже сидели за круглым столом. Крис Мурмаер - отец Пэйтона, сухой мужчина с сединой на висках и цепким взглядом. И Пэйтон.
Он был в темно-синем пиджаке, белой рубашке без галстука и черных брюках. Волосы чуть влажные, будто он только что вышел из душа. Карие глаза скользнули по мне с ног до головы, и он чуть прищурился.
Ни слова. Ни улыбки. Просто кивок.
Я кивнула в ответ.
- Т/и, - Крис поднялся и протянул руку. - Рад видеть. Твой отец много о тебе рассказывал.
- Надеюсь, только хорошее, - ответила я, пожимая его ладонь.
- Не без этого, - усмехнулся он.
Папа сел справа от Криса. Я оказалась слева от Пэйтона. Близко. Слишком.
- Ну что, дети, - Крис поднял бокал. - За успешное сотрудничество.
- За сотрудничество, - повторил мой папа.
Пэйтон поднял бокал и чокнулся со мной. Я сделала то же самое. Шампанское было холодным и горьким.
- Вы уже обсудили детали? - спросил Крис, отставляя бокал.
- Какие детали? - спросила я.
- Свадьбы. Пресс-релиза. Совместных выходов. Журналисты любят такие истории - брак по расчету, за которым якобы стоит любовь.
Я посмотрела на Пэйтона. Он смотрел на меня.
- Мы еще не успели, - сказал он спокойно. - Вчера только узнали.
- Тогда сейчас самое время, - мой папа потер руки. - У нас неделя. Нужно всё продумать.
- Церемония будет скромной, - добавил Крис. - Только свои. Никаких журналистов внутри. Но снаружи они будут. Обязательно.
Я слушала и чувствовала, как во рту появляется металлический привкус. Они обсуждали мою свадьбу как бизнес-проект. План действий.
- Т/и, - Пэйтон вдруг повернулся ко мне. - Ты как?
Я моргнула.
- В каком смысле?
- Не хочешь выйти? Подышать?
Я посмотрела на отцов. Оба смотрели на нас с надеждой. Как будто мы уже влюбленная парочка, которой нужно побыть наедине.
- Хочу, - сказала я.
Мы вышли из зала. Коридор был пустым и тихим. Пэйтон закрыл за собой дверь и прислонился к стене.
- Ты как? - повторил он.
- А ты как думаешь?
- Думаю, что ты хочешь послать всех нахуй.
Я усмехнулась. Первый раз за вечер.
- Почти угадал.
Он достал из кармана пачку сигарет. Предложил мне.
- Курю редко.
- Сегодня можно, - сказал он.
Я взяла одну. Он прикурил. Мы стояли в коридоре дорогого ресторана и молча курили. Странно. Неловко. Но почему-то легче.
- Слушай, - сказал он выдыхая дым. - Я знаю, что это все выглядит как пиздец.
- Это и есть пиздец, - поправила я.
- Согласен. Но если мы будем делать вид, что нам это нравится, станет только хуже.
- И что ты предлагаешь?
- Не делать вид, - сказал он. - Просто сыграть свои роли на публике, а наедине быть честными. Я не буду лезть к тебе. Ты не будешь лезть ко мне. Договорились?
Я посмотрела на него. Дым поднимался к потолку. Его лицо в полумраке казалось почти красивым. Почти.
- Договорились, - сказала я.
Он кивнул. Затушил сигарету.
- Пойдем обратно. А то наши папаши решат, что мы уже целуемся.
- Фу, - сказала я.
- Фу, - повторил он, и в его голосе впервые прозвучало что-то похожее на улыбку.
Мы вернулись в зал. Отцы облегченно выдохнули.
- Вот и отлично, - сказал мой. - Видите, как они ладят.
Я села на свое место. Пэйтон сел рядом. Под столом его колено случайно коснулось моего. Он не убрал. Я тоже.
Не потому что хотела близости. А потому что не хотела показывать, что меня это задевает.
Но внутри всё равно кольнуло.