Один день | минсоны. (заброшен).

Минхо был чуть поражён. На макушке осталось ощущение и теплота рук Джисона, которые только что там его трепали. Ли захотелось ещё. Такого же мягкого и нежного прикосновения. Он давно не ощущал их, хотя невыносимо хотелось. Внутри всё перевернулось, и парень сжал тощий живот. Джисон посмотрел на него, сделал затяжку и чуть улыбнулся, пока Минхо теребил собственные сухие ладони.

Джисон смотрел в окно. Ему хотелось оказаться там. Он уловил крики. Родное "Джисон!" щекотало ушную раковину, Хан без раздумий понял, кто это.

Внизу прыгал Чонин. Прям под окном, где курил Джисон. Ян вызвал улыбку у парня, и тот приоткрыл окно.

— Чего тебе? — со смешком крикнул Джисон.

— Гулять пойдём? — кричал в ответ Чонин.

— Не пустят, ты чего? — улыбнулся Хан.

— Так я это, типа сопровождение! — чуть подумав ответил Ян.

Джисон рассмеялся, кивнул головой, мол, дуй сюда. Тот сразу бросился к больнице, забежал внутрь здания и без разрешения (хотя его никто и не остановил), понёсся к палате, где покоился Джисон.

— Жди меня, — шептал себе под нос Чонин, улыбаясь.

Он с визгом залетел в палату, накинулся на курящего Хана и крепко-крепко его обнял. Он соскучился по другу.

— Джисон-ииии, я скуча-а-ал, — заныл парень, только крепче вцепившись в Джисона.

Хан обнял его в ответ, улыбнулся совсем по детски, на уровне Чонина и указал на Минхо.

— Потише, он спит, — прошептал Джисон, — Хотя, ты итак его уже разбудил.

Хо пошевелился, после чего поднял голову, которая была явно тяжелее самого хрупкого тельца, которое держалось буквально за счёт окна и сигарет, к которым Ли притрагиваться было нельзя.

Ян быстро покопался в кармашке, достал пачку родных сигарет мальборо, что всегда имелась у него при себе и протянул одну из вещиц содержимого коробочки Джисону. Тот её принял, хотя в руке оставалась ещё недокуренная сигарета, которую он курил пару минут назад. Хан потушил её о подоконник, после наклонился к Яну, чтобы тот поджёг новое чудо. Тот, не особо думая или заморачиваясь воспроизвёл нужное действие и закурил вместе с другом.

Это замечательное чувство смешалось с больничным запахом, а дым вновь прожёг лёгкие до корня.

Джисон прикусил губу, наслаждаясь вкусом сигарет. Он его обожал, и был готов говорить об этом вечно. Тот дым, что застревал в лёгких, а потом выходил наружу сам по себе и улетучевался на веки.

Чонин окинул взглядом палату, глаза уставились на Минхо.

— Эй, — произнёс он, не думая, что вообще пытается заговорить с потенциальным незнакомцем, которому до него собственно то и дела нет.

— Чего тебе? — Хо понял, что слова адресованны ему. Он приподнял голову и вгляделся в Чонина.

Взрослый, а как ребёнок. Для Ли это было удивительно.

— А? Мне? Ничего, я проверял, жив ли ты, — с серьёзным лицом сказал Чонин, будто до этого совсем не видел спину парня, которая то опускалась, то поднималась от почти убитого процесса дыхания.

Хо пожал плечами, уселся на койке и посмотрел в ноги. Джисон зашагал в его сторону, вновь потрепал по макушке. Так же быстро и нежно. То самое "ещё", которого желал Ли. Парень вздрогнул, сглотнул и промолчал, хотя опять хотел огрызнуться.

— Мы прогуляться. Не умри без нас, нам будет грустно, — чуть посмеялся Джисон.

Минхо не ответил, просто отвернулся в стену и замолк. Он снова ощутил это прикосновение, шуточное, но прятное. Он задумался.

"А получить ещё, оказывается, и не так сложно." Он был прав. С этой задачей парень справился замечательно. Душа Хо запрыгала от счастья. Парень заулыбался в подушку, но тут же подавил самого себя, будто испугался собственного счастья, которого раньше безумно хотелось.

На улице было замечательно. Солнце, которое работало без отдыху уже миллиарды лет продолжало радовать всё и всех своим бесконечно ярким светом всё так же было рядышком. Оно видело весь мир насквозь. И освещало самые тёмные стороны мира, куда не доберутся даже люди.

Джисон смотрел на те самые деревья, которым был благодарен, за то что они когда-то цвели. Это были те самые больные яблони в саду клиники, вокруг которых гуляли Хан и Чонин.

Чонин нарезал круги вокруг деревьев, потом из-за неосторожности падал в траву и смеялся. Так же чисто и невинно, как и всегда. А Джисон наблюдал за ним. На уголках губ играла улыбка, а вечное солнце светило ему в глаза, от чего тот морщился.

Но Джисон был благодарен, что он видит друга. И Минхо. Он сидел на подоконнике, прислонив усталую ладошку к окну.

Джисон на секунду прикусил губу, а после как обычно, по родному для Минхо поднял ладонь и помахал ему. Улыбка вновь заиграла на губах парня.

А Ли улыбнулся в ответ, молча, будто немой. Но его слова Джисон всё равно не услышал бы.

Парень обернулся на Чонина, тот спрятался в траве, будучи полностью в росе и давил улыбку. Хан подошёл к нему, легонько пнул в бок и сел рядом.

Внутри было всё смешанно. Вкус сигарет, улыбка Минхо, мелодия в голове, красота местностей.

Всё наполняло изнутри. Хотелось ещё, видеть и видеть. Видеть росу, как чьи-то слёзы счастья, дальше видеть бесконечное солнце. И дальше думать, о чём-то таком, своём. Чтобы по спине пробирались мурашки, сначала противные, а потом до жути приятные.