зависима от тебя || Влад Куертов

Вечером тринадцатого августа такси остановилось у двухэтажного здания с неоновой вывеской. Из распахнутых дверей доносилась музыка — негромкая пока, но уже обещающая, что к ночи здесь будет жарко.

Габи вышла из машины первой, поправила платье. Она выбрала тёмно-зелёное, длинное, с открытой спиной — такое, чтобы скрыть живот, которого ещё не было видно, но чтобы чувствовать себя красивой. Волосы распущены, лёгкий макияж, туфли на низком каблуке — «вдруг придётся много стоять», объяснила она Владу. На самом деле просто побоялась, что устанет.

Влад вышел следом, поправил пиджак. Чёрные брюки, белая рубашка с закатанными рукавами, часы на запястье — те самые, которые подарила Габи. Он поймал её взгляд и усмехнулся.

— Что?

— Ничего. Просто ты красивый.

— Ты тоже.

Он подал ей руку, и они вошли внутрь.

Первый этаж уже преобразился. Вчера здесь были голые стены и мебель, сдвинутая к стенам. Сегодня — воздушные шары, гирлянды, столики со свечами и неоновая вывеска над барной стойкой: «С днем рождения,Влад!». Фото-зона, которую Габи с Каей собирали вчера, сияла огоньками: фон из золотой ткани, коробка с надписью «25», табличка «Love, Vlad & Gabi» и куча реквизита — усы на палочке, огромные очки, бумажные шляпы.

— Ни хрена себе, — выдохнул Влад, осматриваясь. — Вы это всё сделали? За один день?

— Мы с Каей.

— Вы волшебницы.

Габи улыбнулась, но промолчала.

Первыми пришли Илья с Каролиной. Каролина — в серебристом коротком платье, блестящем, как ёлочная игрушка, и с камерой в руках, конечно. Илья — в тёмно-синей рубашке и джинсах, но при параде.

— С днём рождения, бро! — Илья хлопнул Влада по плечу. — Двадцать пять — это серьёзно. Четверть века.

— Спасибо, что напомнил, — усмехнулся Влад.

Каролина тут же навела камеру на Габи.

— Ты сегодня шикарно выглядишь! Это платье новое?

— Да, специально к вечеру купила.

— Огонь. Влог будет бомбическим.

Каролина убежала снимать фото-зону, а Илья утащил Влада к бару — проверять, всё ли заказано.

Следом пришли Даня с Настей. Даня — в льняном костюме, который выглядел так же помято, как в Грузии, но на нём это почему-то смотрелось стильно. Настя — в красном облегающем платье, с туфлями на таких каблуках, что она стала выше Дани.

— Владыч, с днём варенья! — Даня обнял именинника так, что тот крякнул. — Двадцать пять — это когда уже нельзя говорить, что ты молодой, но ещё можно говорить, что тебе всего двадцать пять!

— Ты в курсе, что в этой фразе нет смысла? — спросил Влад.

— А она и не должна иметь смысл. Это тост. Я его сегодня скажу.

— Не надо.

— Надо. Я уже выучил.

Настя чмокнула Влада в щёку, потом обняла Габи.

— Ты какая-то светящаяся сегодня, — заметила она.

— Просто рада, — ответила Габи.

Кира с Сашей пришли почти следом. Кира выбрала нежно-розовый брючный костюм — элегантно и удобно. Саша — классические чёрные брюки и серый свитер, в котором, по словам Киры, он выглядел «как профессор, которого все хотят».

— Габи, фото-зона — это шедевр, — сказала Кира, осматриваясь. — Мы с Сашей уже хотим себе такую на годовщину.

— Я помогу, — пообещала Габи.

Саша пожал Владу руку и тихо добавил:

— Держись. Даня сегодня явно в ударе.

— Я заметил.

Артём с Линой приехали через десять минут. Лина — в длинном чёрном платье с разрезом до бедра и с такой укладкой, будто только что из салона. Артём — в джинсах и пиджаке, что смотрелось неожиданно гармонично.

— Подруга! — Лина обняла Габи так крепко, что та чуть не охнула. — Ты просто сияешь. У тебя всё хорошо?

— Всё отлично, — ответила Габи, чувствуя, как теплеет внутри. — Очень отлично.

Лина посмотрела на неё внимательно, но ничего не сказала. Только улыбнулась и потащила к фото-зоне.

Лёша с Аней пришли последними из основных. Лёша — в белой рубашке и брюках, Аня — в лёгком сарафане в цветочек. Скромно, но со вкусом.

— Простите, мы застряли в пробке, — виновато сказала Аня.

— Ничего страшного, — ответил Влад. — Главное, что вы здесь.

Когда все собрались, оказалось, что их больше двадцати. Двадцать пять человек, если быть точным. Кто-то пришёл с плюсами, кого-то Влад позвал из старых друзей по институту, кого-то — с работы. Габи не всех знала, но все были свои.

Бар наполнился голосами, смехом, звоном бокалов. Официанты разносили закуски, бармен смешивал коктейли, музыка стала громче, но не оглушающей.

Габи стояла в стороне, наблюдая за Владом. Он переходил от группы к группе, обнимался, шутил, благодарил за подарки. Выглядел счастливым. Расслабленным. Настоящим.

А потом Влад поймал её взгляд, подмигнул и поднял бокал.

— Друзья! — крикнул он, и все замолчали. — Спасибо, что пришли. Я тут подумал... У меня есть всё. У меня есть Габи. Есть вы. Есть часы, которые она мне подарила... — Он поднял руку, показывая запястье, и все засмеялись. — И мне больше ничего не нужно. Кроме того, чтобы вы сегодня хорошо отдохнули. Бар оплачен на два дня, так что не стесняйтесь. Пейте, танцуйте, падайте — тут мягко.

— За Влада! — крикнул Даня, и все подхватили.

Габи поднесла к губам бокал с соком — и никто не заметил.

Первым тост сказал Артём. Встал, откашлялся, поднял бокал.

— Влад. Мы знакомы... сколько? Лет десять? И за это время я видел тебя разным. Пьяным, злым, счастливым, влюблённым по уши... — Он кивнул в сторону Габи. — Но таким, как сегодня, я тебя ещё не видел. Ты сегодня какой-то... светишься, что ли. Я не знаю, с чем это связано. Может, с возрастом. Может, с любовью. Но я хочу выпить за то, чтобы этот свет никогда не гас. С днём рождения, брат.

Все выпили. Кто-то вытер слезу — кажется, Каролина.

Потом говорила Лина. Встала, поправила платье.

— Я знаю Влада меньше всех здесь, наверное. Но даже за это время я поняла: он — лучший вариант для моей подруги. — Она посмотрела на Габи. — Габ, ты с ним счастлива. Это видно по глазам. А ты, Влад... Спасибо, что делаешь её счастливой. И с днём рождения.

— А давайте все вместе споём! — не выдержал Даня. — Есть тут караоке?

Оказалось, есть. Илья подключил микрофон, Каролина нашла плейлист, и началось.

Сначала спели «С днём рождения» — хором, фальшиво, но душевно. Потом Даня потребовал что-то из «Руки Вверх», и к нему присоединилась вся компания. Габи не пела — просто стояла у стены, улыбалась и смотрела.

Влад пел. Плохо. Очень плохо. Но так отчаянно, что все хлопали.

Потом Артём с Сашей Параевичем исполнили дуэтом что-то из «Ленинграда», и это было настолько ужасно, что даже бармен отвернулся. Зато смеялись до слёз.

Кая спела «I Will Always Love You» — и все замолчали. У неё оказался отличный голос, о котором никто не знал. После песни аплодировали стоя.

— А теперь тост от меня! — объявила Каролина, выключая микрофон. — Я хочу выпить за то, чтобы через десять лет мы так же собирались. С такими же лицами. Может, с другими причёсками. Но чтобы все были здесь. За нас!

— За нас! — подхватили все.

После третьего тоста народ потянулся к фото-зоне. Она и правда удалась — Габи с Каей постарались на славу.

Первыми полезли Даня с Настей. Даня нацепил огромные розовые очки и усы, Настя — бумажную шляпу в виде торта. Они кривлялись перед камерой так, что даже серьёзная Кира засмеялась.

— Даня, не строй рожу! — крикнула Каролина, снимая на телефон.

— А что мне ещё строить? У меня лицо такое!

Потом подошли Илья с Каролиной. Каролина вручила камеру кому-то из гостей и забралась на колени к Илье. Получилось очень пафосно — как фотосессия для глянца.

— Слабо так же? — спросил Артём у Лины.

— Не вопрос.

Они изобразили что-то в стиле «Криминального чтива» — Лина легла на пол, Артём навис сверху с хлопушкой в руке. Получилось так смешно, что все заржали.

Кира с Сашей сфотографировались скромно — просто обнялись на фоне огоньков. Но получилось очень красиво.

Лёша с Аней нарядились в ковбойские шляпы, которые Габи нашла в реквизите, и устроили дуэль на указательных пальцах.

Габи и Влад фотографировались последними. Она прижалась к нему, он обнял её за талию — осторожно, не сильно, но рука задержалась на животе на секунду дольше, чем обычно.

Никто не заметил.

Кроме Каи. Которая стояла в стороне, улыбалась и сжимала кулачки за них.

Ближе к одиннадцати музыка стала громче, и народ переместился на танцпол.

Даня отжигал в центре — он танцевал так, будто никто не видит, хотя смотрели все. Настя пыталась его сдерживать, но он вырывался и ускорялся.

— Это не танец! Это эпилепсия! — крикнул кто-то.

— Это стиль! — отбивался Даня.

Илья и Каролина танцевали медленный танец — хотя музыка была быстрой, им было всё равно. Кружились, смотрели друг другу в глаза и не замечали никого вокруг.

Артём и Лина устроили баттл с Даней и Настей — кто кого перетанцует. В итоге объявили ничью, потому что у всех кончилось дыхание.

Кира и Саша сидели за столиком, но Саша вдруг встал, протянул Кире руку.

— Идём.

— Куда?

— Танцевать.

— Ты серьёзно?

— Никогда не был серьёзнее.

Кира засмеялась и пошла. Они танцевали нелепо, но счастливо.

Габи стояла у барной стойки с бокалом сока — ей подливали его уже в третий раз, потому что он заканчивался, а спрашивать «почему ты не пьёшь» не перестали.

Влад подошёл к ней, взял за руку.

— Ты чего не танцуешь?

— Смотрю на вас.

— А давай я посмотрю на тебя? — Он потянул её за руку. — Идём.

Она не сопротивлялась. Они вышли в центр зала — мимо танцующего Дани, мимо кружащихся Ильи с Каролиной, мимо целующихся Артёма и Лины. Влад обнял её за талию, Габи положила руки ему на плечи.

Музыка сменилась на что-то медленное, тягучее.

— Сегодня был лучший день, — сказал он.

— Ещё не закончился.

— Всё равно лучший.

Он притянул её ближе, положил голову ей на плечо, и они замерли — не танцевали, просто стояли, обнявшись, в центре шумного, пьяного, счастливого зала.

— Ты даже не представляешь, — прошептала Габи.

— Что?

— Насколько лучший.

Он не понял, но улыбнулся и поцеловал её в висок.

К часу ночи бар опустел наполовину. Те, кто был в состоянии добраться домой, начали вызывать такси. Каролина с Ильёй уехали первыми — Илья был почти трезв, Каролина устала и мечтала о своей кровати. Кира с Сашей поймали машину следом, Саша ещё успел крикнуть: «Влад, с днём рождения, мы тебя любим!»

Кая обняла Габи на прощание так крепко, что та охнула.

— Ты справишься, — шепнула Кая на ухо. — Вы справитесь. Я вас люблю.

— И мы тебя, — ответила Габи.

Кая уехала с каким-то общим знакомым, который жил в её районе.

А в баре остались только те, кто был уже в хлам.

Даня сидел на полу, прислонившись к стене, и смотрел в одну точку. Настя сидела рядом, пыталась напоить его водой, но он мотал головой и бормотал: «Я в порядке, я в порядке, я абсолютно нормален».

— Ты не нормален, — вздохнула Настя. — Ты пьян в стельку.

— Это синонимы.

Артём и Лина устроились на диване на втором этаже. Лина спала, положив голову на колени Артёму, а он гладил её по волосам и тихо напевал что-то себе под нос. Сам он был в таком состоянии, что встать уже не мог — ноги не слушались, а голова кружилась.

— Мы остаёмся здесь, — объявил он, когда Габи поднялась наверх проверить, все ли живы. — Не довезите. Не увезите. Мы уже часть этого дивана.

Габи усмехнулась, накрыла Лину пледом, который нашла в шкафу, и спустилась вниз.

Влад сидел за барной стойкой, пил воду и разговаривал с барменом о чём-то серьёзном — кажется, о смысле жизни. Бармен кивал, хотя было заметно, что он еле сдерживает улыбку.

— Владик, — позвала Габи. — Идём. Тоже уже пора.

— Я не пьян, — сказал он, поворачиваясь к ней. Глаза блестели, но взгляд был осмысленным.

— Я знаю. Но устал?

— Устал, — признался он.

Они уложили Даню на диван в углу первого этажа. Настя поправила подушку, поцеловала его в лоб и осталась сидеть рядом, держа его за руку.

— Вы как? — спросила Габи.

— Нормально, — ответила Настя. — Переночуем здесь. Вы же оплатили два дня?

— Да. Диваны нормальные. На втором этаже ещё есть места.

— Спасибо, Габ. Ты лучшая.

— Это Влад оплатил.

— Тогда Влад лучший. Но ты тоже.

Габи улыбнулась, пожелала спокойной ночи и подхватила Влада под руку.

— Поехали домой.

Они вышли на улицу. Ночной воздух был прохладным, свежим, не похожим на душный бар. Габи глубоко вдохнула, чувствуя, как усталость разливается по телу.

— Ты как? — спросил Влад, глядя на неё.

— Хорошо. Устала, но хорошо.

— Ты сегодня вообще не пила.

— Я за руль.

— Ты не за руль. Мы на такси.

Габи промолчала. Влад посмотрел на неё внимательно, но ничего не сказал. Просто взял за руку и повёл к парковке, где уже ждало заказанное такси.

В машине он прижался к ней, положил голову на плечо и закрыл глаза. Габи погладила его по волосам, перебирая кудряшки, и улыбнулась.

— Влад?

— Мм?

— Ты счастлив?

— Очень, — ответил он, не открывая глаз. — Сегодня был лучший день в моей жизни.

— Правда?

— Правда. Утром ты сделала мне подарок, от которого у меня до сих пор сердце не на месте. А вечером мы собрали всех, кого я люблю. Что может быть лучше?

Габи промолчала. Только поцеловала его в макушку.

За окном проплывал ночной город. Где-то за углом, в баре, остались их друзья — кто спал на диванах, кто пил воду, кто пытался вспомнить, как зовут бармена. А они ехали домой. Вдвоём. С маленькой тайной, которая уже не была тайной, но от этого не стала менее важной.

— Ты завтра будешь меня помнить? — спросила она шёпотом.

— Я тебя всегда помню, — ответил Влад, уже засыпая. — Даже если не хочу.

Габи тихо засмеялась.

Она смотрела на него — уставшего, счастливого, с лёгкой улыбкой на губах — и думала о том, что когда они приедут домой, она просто ляжет рядом, обнимет и ничего больше не скажет. Утром он уже всё знает. Вечером они отпраздновали. А ночью — просто будут вместе.

— Я тебя люблю, Влад, — прошептала она.

Он не ответил. Уснул в такси.

Габи улыбнулась и закрыла глаза.