6
Мы еще немного пообсуждали мое творчество, начало творческого пути, как я докатилась (зачеркнуто) – дошла до эротических любовных романов. Но на это у меня имелся проверенный ответ о том, как я всю жизнь только и мечтала, что эротику писать, но не решалась. А потом как решилась – и понеслось!
В реальности ведь почти так и произошло.
Дальше следовала раздача автографов, вручение и без того поправившемуся автору конфет (эх, плакала моя талия, но эльфийский шоколад сильнее моей воли).
Когда основная часть публики разошлась, ко мне обратились две девушки. Блондинка со страшной сумкой и сидевшая рядом с ней брюнетка.
– Я Розанна, можно просто Розэ. Я шью нижнее белье, у меня есть целая коллекция, на которую вдохновили ваши книги. Это комплектик из нее, – и с этими словами брюнетка протянула мне красивый пакетик и заговорщицки зашептала: – Миён такое помогло выйти замуж, так что считайте, что мое белье приносит удачу и заговорено на брак.
Я едва удержалась, чтобы не закинуть подарок подальше в кусты. Мужчинам я давно не верила и о замужестве не мечтала. Как говорится, хорошее дело браком не назовут.
– Кстати, на обложке тоже модель из моей коллекции, – окончательно добила меня девушка. – Чимин попросил для книги что-нибудь особенное.
– Ах вот кто придумал поставить обнаженку на обложку! – развернулась я к переводчику.
– Она одета! – раздался голос из-под пальмы.
– В нижнее белье?
– А разве это не одежда? – выглянул из-за листа Чимин. – Розэ, ты же швея, скажи свое веское слово!
– Ох, Лили, не обращайте на него внимания, – посоветовала Розэ. – Мы с ним уже почти год женаты, а я до сих пор не привыкну. И про перевод можете не переживать: оказывается, половина эльфов отлично знает всеобщий, так что они читали историю в оригинале. А вторая половина все равно не узнает, как было на самом деле.
– Мне, кстати, вариант Чимина тоже понравился. Ваш более чувственный, а его, скажем так, ближе к реальности, – заявил повелитель, прислушивавшийся к нашему разговору.
– И почему же он ближе к реальности? – обиделась я. – Тем, что эротических сцен больше?
– Ну смотри, – вышел из-за пальмы мой переводчик. – Возьмем героиню и ее влюбленность в начальника. У тебя она по нему сколько страдала? Больше ста страниц! Я просто пожалел бедняжку, ей там и без того нелегко пришлось.
– В этом был конфликт истории! Эльф для Элинии недоступен, и она разрывается между чувствами и здравым смыслом!
– Да ну брось! Весь твой конфликт решался одним разговором по душам, а не хождением две трети книги вокруг да около. Я вообще заметил, что у мужчин-авторов героинь никогда особенно не мучают. Зато вы, женщины, отрываетесь по полной! И из дома выгнали, и коллеги козни строят, и денег нет, еще и любовь неразделенная, – перечислил все невзгоды, выпавшие на долю Элинии, Чимин. – Только женщина может так издеваться над другой женщиной.
– Ни над кем я не издеваюсь!
– Еще как издеваешься! И над мужчинами тоже! Главный герой ведь тоже две трети книги страдал. Разве можно столько динамить бедолагу? Конечно, тот эльф будет злой и раздраженный – такое долгое воздержание кому хочешь характер испортит.
И бросил при этом взгляд на Чонгука, стоявшего с кипой бумаг (откуда только их достал?) возле повелителя и что-то ему объяснявшего.
– Пиши свои книги, раз такой умный!
– А вот и напишу!
– Только мои больше не исправляй!
– Не буду, – неожиданно согласился эльф. – Это был ход для привлечения внимания и заметь – сработало! Остальные обещаю перевести нормально. Жена проконтролирует!
Я хотела усомниться в такой неожиданной перемене, но тут над оранжереей пронесся сигнал тревоги, а следом за ним влетели охранники.
– Повелитель! – они синхронно поклонились. – Кто-то проник в тронный зал и похитил Сердце Аларии!
Все присутствующие тут же позабыли про спор и посерьезнели.
– Проник в тронный зал? – удивился Тэхён. – А сначала проник на территорию и затем во дворец?
– Следов взлома защиты нет, – признался один из эльфов. – Мы ищем похитителей, но они не оставили никаких следов. Зал был просто открыт, замок не взломан.
– Интересно, – протянул повелитель. – Тогда заканчиваем мероприятие и начинаем масштабный поиск.
Последнее было обращено к нам. Действительно, какая уж тут презентация.
– Ой, а автограф? – встрепенулась Злата.
Пришлось подписывать книги ей и Розэ буквально на ходу. А после почти бегом возвращаться в комнату. Надеюсь, с детьми все в порядке! Страшно подумать, что по дворцу так просто разгуливают злоумышленники!
– А что именно похитили? – спросила я у Чонгука, когда мы спешно возвращались по коридорам.
– Древний артефакт, принадлежавший еще первым правителям Аларии. Большой красный камень с заключенной в нем мощнейшей магией, – отозвался эльф, шедший чуть позади меня.
Кажется, вид сзади ему нравился не меньше, чем спереди.
Дверь в свою комнату я распахивала с замиранием сердца, но мелкие оказались внутри. Они чинно сидели на стульчиках и внимательно слушали рассказ мэтра Киваля. Ничего себе! Как ему удалось их так увлечь?
– Мама! – дети бросились ко мне, наверное, тоже испугались.
– Давно вернулись? – я чмокнула обоих и потрепала по и без того взъерошенным макушкам.
– Только что, когда раздался сигнал тревоги, – отчитался сын.
– Все прошло нормально? – спросила я у почтенного мэтра.
– Да, мы замечательно погуляли по дворцу. Если бы не тревога, то успели бы посетить больше интересных мест. Я бы еще рассказал о ротонде и северном крыле, – несколько расстроенно покачал седой головой мэтр. – Надеюсь, нам еще удастся восполнить эти пробелы.
Дети активно закивали. И откуда у них такая похвальная тяга к эльфийской архитектуре и истории?
Мэтр Киваль ушел, Чонгук немного помялся и после третьего намека тоже ушел, а я еще раз обняла мелких, успокаиваясь сама. Они тоже выглядели серьезными, видимо, на них произвел неизгладимое впечатление эльфийский дворец, а может, сирена напугала.
– Точно все в порядке? – на всякий случай переспросила я.
Дети переглянулись, и сын, шагнув вперед, выдал:
– Мама, пообещай, что не будешь ругаться!
Так-так-так. После подобных просьб всегда следуют признания, за которые обязательно нужно ругать. Даже интересно, что они вытворили в этот раз.
– Ничего обещать не буду, – заявила я, упирая руки в боки. – Выкладывайте!
– Мам, мы не нарочно! – присоединилась к сыну дочь.
Ох, если это еще и совместная шалость... так сказать, группой лиц по предварительному сговору...
– Выкладывайте! Я жду.
Дети переглянулись, и Винс, чуть помедлив, вытащил из-за пазухи...
Большой светящийся камень красного цвета. О нет! Только не говорите...
– Из тронного зала? – севшим голосом спросила я.
– Да, – подтвердили мелкие.
– Сердце Аларии?
– Да, – сознались они.
– Вот дерьмо!
– Мама! Так нельзя говорить! – укорила меня дочь.
– Нельзя. Это очень плохо. Вы так не говорите.
А сама судорожно соображала, что делать? Не выдавать же родных детей?! Мало ли что за это полагается?
От пронесшегося в голове видения самых страшных кар захотелось выругаться снова. Но я сдержалась.
– Так. Так. Садитесь, – я указала на стулья, на которых они слушали мэтра. – И рассказывайте все по порядку.