Против правил

Бейкерсфилд — это настолько маленький и нищий город, что о нём мало кто знает. Здесь каждая семья является неблагополучной. Дети растут в среде абьюза и вовсе не знакомы ни с чем иным. Маленькая площадь города позволяет всем жителям так или иначе быть знакомыми друг с другом. Здесь тебя никто не осудит за грязные или рваные вещи, потому что в таких ходят почти все.

И да, если твоя мать будет кричать на тебя на всю улицу, вряд ли кто-то обратит внимание. Это просто часть здешней жизни — жестокой, грязной и безнадёжной.

Вивьен успевает выставить руки вперёд, перед тем как упасть на асфальт, который раздирает нежную кожу ладоней. Кровавые следы остаются на них, начиная больно щипать. Она не успевает опомниться, как женская рука грубо хватает её чёрные волосы, с силой дёргая их.

— Дрянь! Потаскуха! — противно верещит Айла Флорес, вовсе не волнуясь, что это слышно на всю улицу.

Мать с силой отпускает Вивьен, отчего та ударяется лицом об асфальт. Девушка быстро переворачивается, упираясь бёдрами в землю. Она проводит тыльной стороной ладони по щеке, пытаясь стереть грязь. Женщина стоит над ней, её тело трясётся от ярости, которая пронизывает каждую клеточку её существа.

— Ты больная! Этот ублюдок сам ко мне лез! — хрипло кричит Вивьен в ответ, поднимаясь на ноги и отряхивая руки.

Женщина тяжело дышит, будто ещё секунда — и она кинется на дочь вновь, желая задушить её голыми руками. Но вдруг сзади раздаётся шум двигателя. Вивьен оборачивается, пока мать продолжает прожигать её взглядом.

Серая легковая машина останавливается рядом с ними, и водитель явно не из этих краёв, ведь машина слишком чистая для Бейкерсфилда. Из неё выходит невысокая женщина в сапогах на низком каблуке. Тёмные волосы с лёгкой сединой туго собраны на макушке. В руках она крепко держит несколько папок, прижимая их к груди. Каблуки стучат по асфальту, когда незнакомка медленно приближается. Она останавливается напротив Айлы, внимательно осматривает Вивьен с ног до головы и тихо прокашливается в кулак.

— Добрый день, мисс Флорес. Меня зовут Оливия Гриффин, я социальный работник, — медленно начинает женщина, но Айла не даёт ей договорить, резко вскинув руку в воздух.

— Мне плевать. Забирайте эту дрянь, пока я не задушила её.

Из губ Вивьен вырывается горькая усмешка. Она скрещивает руки на груди, внимательно изучая социального работника. Подобные ситуации в квартире Флорес происходили и раньше. Мужчины, что приходили к мисс Флорес, часто смотрели на её дочь с нескрываемым интересом. Они фокусировали внимание на её уже сформировавшихся формах, а после нескольких стаканов алкоголя позволяли себе слишком много. Потому что они – жители Бейкерсфилда, у них нет моральных качеств. Айла кричала, хватала дочь за волосы от ярости. И в итоге Вивьен ночами бродила по району, возвращаясь домой лишь к рассвету, когда все уже спали.

Но службу опеки никто не вызывал, потому что здесь всем было плевать. Похоже, мисс Флорес никогда и не собиралась отдавать Вивьен, ведь получала пособия от государства, благодаря которым могла ни о чём не думать. Что же произошло на этот раз?

Миссис Гриффин лишь опускает взгляд на Вивьен и мягко кивает, словно успокаивая её.

— Хорошо, тогда собирай свои вещи. Я буду ждать в машине.

Вивьен пожимает плечами и направляется к подъезду, чтобы забрать с собой небольшое количество своих вещей. Она поднимается по грязной лестнице, заходит в квартиру, которая никогда не была домом, и молча собирает рюкзак. Фотографий, памятных безделушек или дорогих сердцу вещей у неё нет. Только пара футболок, потёртые джинсы и старая толстовка – всё, что она может назвать своим.

Через десять минут Вивьен уже сидит на заднем сиденье легковой машины и наблюдает за мелькающими за окном знакомые пейзажи. Серые дома, обшарпанные заборы, пустыри с ржавыми качелями – всё это остаётся позади.

— Вивьен, — прерывает тишину миссис Гриффин, глядя на неё через зеркало заднего вида.

Вивьен лениво поднимает глаза, но молчит. Женщина мягко улыбается и переводит взгляд вновь на дорогу.

— Я знаю, что твоя жизнь с матерью была нелёгкой. Но поверь, в нашем Хаусе тебе будет спокойнее. Там живут девочки твоего возраста, которые тоже оказались в сложной ситуации. Наш Хаус – это место для тех, кто вот-вот вступит во взрослую жизнь, но сейчас нуждается в поддержке и защите.

Вивьен цокает языком и наклоняет голову набок.

— Миссис Гриффин, поверьте, я не куплюсь на эту розовую лапшу, которую вы пытаетесь мне повесить на уши. Конечно, в вашем Хаусе, где живут психологически больные подростки, гарантирован покой и уют. Я верю.

Миссис Гриффин сжимает губы в тонкую линию.

— Возможно, ты и права, Вивьен, но по крайней мере хуже, чем здесь, тебе точно не будет.

Женщина кривит губы, не скрывая своего пренебрежения к этому месту. Вивьен усмехается.

— Я выросла в этой среде и привыкла. Новое не всегда лучше, чем привычное.

Миссис Гриффин вздыхает, сворачивая направо.

— Чем меньше ты будешь показывать свой характер, тем тебе будет легче.

— Чем меньше я буду показывать свой характер, тем быстрее об меня начнут вытирать ноги.

Женщина ничего не отвечает, видимо, считая попытки завести диалог глупой тратой времени. И, пожалуй, она права. Вивьен вовсе не заинтересована в том, чтобы с ней разговаривать.

***

Хаус, в который спустя час с лишним привезли Вивьен, представляет собой двухэтажный дом из красного кирпича. Территория вокруг засыпана ярко-зелёной травой, которая переливается от солнечных осенних лучей. Напротив находится точно такой же дом, только для парней.

На первом этаже расположены прачечная, ванная с двумя душевыми, гостиная, кухня и спальня воспитательницы Мардж Миньярд. На втором этаже – шесть небольших комнат, в которых живут девочки-подростки вроде самой Вивьен. Не более трёх девочек в каждой комнате. И выглядит здесь всё очень даже неплохо, на первый взгляд.

Мисс Мардж, как она разрешает себя называть, является старушкой преклонных лет. Волосы её седые и всегда убраны в подобие причёски, лицо покрыто морщинами, а глаза светло-серого оттенка. Выглядит она очень доброй, даже как-то слишком. Мардж, словно читая новую воспитанницу, не задаёт ей никаких лишних вопросов. Только показывает дом, а после ведёт на второй этаж. Вивьен проходит вслед за ней по коридору, мисс Мардж открывает одну из одинаковых в ряд коричневых дверей.

Светлые обои создают ощущение простора, перед окном стоит большой стол, две двухъярусные кровати расположены по разным сторонам комнаты, около каждой стоит свой шкаф такого же дубового цвета. На полу лежит мягкий, чуть потёртый ковёр.

Над одной из двухъярусных кроватей висит множество ярких плакатов с изображениями популярных рок-групп. На рабочем столе стоит стопка учебников и тетрадей. А из приоткрытого шкафа видны разноцветные вещи, висящие на плечиках.

— Это твоя комната, Вивьен. Ты будешь делить её с Амелией Дарт, — улыбнулась мисс Мардж.

— Хорошо, — кивает Вивьен в ответ. Воспитательница кажется ей настолько ненавязчивой и приятной, что даже не вызывает желания съязвить.

— Школа, в которой ты будешь учиться, находится всего в пятнадцати минутах ходьбы, — продолжила Мардж. — Или же можно доехать на автобусе, остановка за домом.

Вивьен прошла вглубь комнаты, бросила сумку на нижнюю кровать, которая стояла напротив той, что, по всей в идимости, занимает Амелия, и кивнула Мардж.

— Что ж, располагайся, дитя, — улыбнулась старушка и тут же покинула комнату, закрыв за собой дверь.

Вивьен рухнула на мягкий матрас. Он был значительно удобнее, чем прежний, на котором она спала. Её белая майка немного задралась, открывая плоский живот с татуировкой в виде веточки, но её это совершенно не беспокоило. Она просто смотрела в потолок, пытаясь найти в этом пространстве что-то интересное. Сегодня утром Флорес и не подумала бы, что окажется в приюте для сложных подростков.

Прошло около получаса, пока Вивьен так лежала, мысли её слепились в одну мутную кашу. Но когда дверь тихо скрипнула, она сразу же обернулась.

В комнату вошла высокая девушка с короткими каштановыми волосами, зелёные глаза были подчёркнуты чёрным карандашом. На ней были мешковатые джинсы и обтягивающий топ. На шее висели большие наушники. Она жевала жвачку. Незнакомка внимательно осмотрела Вивьен с любопытством.

— Ку, — наконец произнесла она, подняв средний и указательный пальцы в приветственном жесте.

Флорес усмехнулась и ответила тем же жестом.

— Я Амелия, — представилась она. — Впрочем, ты, наверное, уже слышала. Не могу сказать, что рада жить с тобой, ведь жить одной в комнате куда лучше, поверь.

Амелия подошла к столу, вытащила жвачку изо рта и приклеила её к столешнице. Затем, упав на нижний ярус кровати, поджала ноги под себя, скидывая кроссовки на пол.

— Вивьен, — твёрдо сказала Флорес. — И знай: мне плевать, что ты чувствуешь из-за моего присутствия здесь.

Амелия усмехнулась, качая головой.

— Заметано. Расскажешь что-нибудь о себе?

— Не люблю рассказывать о себе. Что нужно, люди узнают сами.

— Пусть будет по-твоему, — Амелия решила дальше не продолжать диалог и просто надела наушники, увлекаясь музыкой.

А Вивьен решила, что после такого нелёгкого дня самое время уснуть. Возможно, это не самое безопасное место, но по крайней мере она не проснётся от того, что её лапает какой-то мужик.

***

Утром Вивьен умывает лицо холодной водой. Она всё ещё не осознаёт, что в её жизни начинается новая глава.

Вивьен обладательница от природы чёрных прямых волос, которые она сейчас расчёсывает, наблюдая, как Амелия наносит чёрный карандаш на слизистую глаза, покачивая бёдрами в такт музыке, которая звучит у неё в наушниках. Худые руки Флорес забиты множеством татуировок, несколько есть ещё на других частях тела, но руки забрали на себя больше всего рисунков. Далеко не каждая татуировка на её теле ровная, ведь их набивал неопытный друг, для которого Вивьен стала своего рода моделью. Но Флорес любит каждую свою татуировку, считая их своим шармом, который даже немного прибавляет ей возраста со стороны.

Вивьен усмехается, глядя на свою немного чудаковатую соседку, и надевает короткие серые джинсовые шорты, которые едва прикрывают её округлые ягодицы, чёрную майку и высокие потёртые конверсы. Вивьен первой выходит из комнаты, спускается по лестнице. И в коридоре сталкивается с одной из девочек, которые живут здесь.

— Эй, ты Вивьен? — спросила она писклявым голосом, который парни обычно называют приятным. — Я Лара.

Вивьен окинула её взглядом. Светло-русые волосы были заплетены в высокую косу на макушке. На ней серая толстовка с капюшоном и короткая юбка, едва скрытая толстовкой. На ногах старые красные кеды, на плече клетчатый рюкзак.

— Да, верно.

— Пойдём в школу вместе? Я расскажу тебе, как тут всё устроено.

Вивьен лишь кивнула и вышла вслед за ней на передний двор. Честно признаться, не сильно её и интересует, как здесь всё устроено, но Лара проявила вежливость. Да и тем более ей здесь ещё всё-таки жить. Первые минуты они шли по асфальтовой дороге молча. Вокруг спешили другие подростки, такие же, как они, направляющиеся в местную школу.

— Эта школа не похожа на те, где ты, вероятно, училась раньше, — наконец нарушила тишину Лара. — Это старшая школа Вальсон, где учатся дети из богатых семей. Но для таких, как мы, тоже выделены места, потому что Чарльз Вальсон содержит наш Хаус и эту школу тоже.

— Он директор школы?

— Нет. Он хозяин этой части города.

Вивьен не понимает, что означает «эта часть города», но решает не спрашивать. Раньше она училась в школе, которая была старым развалом с бедняками, готовыми перегрызть друг другу горло за кусок хлеба.

— Если не хочешь, чтобы богатые отморозки превратили тебя в пыль, поджимай хвост и не суй нос куда не надо. Они не очень любят подобных нам, — предупредила Лара, поглядывая на свои кеды.

Вивьен перевела взгляд голубых глаз с неба на неё. Лара замолчала, давая ей слово.

— В пыль превращают только тех, кто боится стать сильнее. Мне плевать, и я не позволю, чтобы меня нагибали те, кто гордится деньгами родителей.

Лара приподняла брови, но тут же звонко рассмеялась.

— Чёрт, ты прямо как героиня из фильмов, но мы же не в кино, Вивьен. — голос Лары стал звучать резко, но с нотками отчаяния. — Ты будешь, как и все, подчиняться указаниям некоторых красавчиков, на которых держится вся эта школа. И, поверь, скоро ты сама поймёшь, насколько была не права.

Вивьен не успевает ничего ответить. Лара, словно тень, скользит мимо неё, ныряя в кованые ворота школы. Флорес проходит за ней, рассматривая здание.

Это огромное строение из светлого камня, окна которого отражают утреннее солнце. Высокие колонны у входа придают школе вид скорее университета, чем обычного учебного заведения. Школа выглядит как нечто из глянцевых журналов. Слишком хорошо, чтобы здесь учились отбросы вроде неё. Несколько этажей, фасад усажен ухоженными деревьями и кустарниками, вдалеке виднеется новая спортивная площадка. Вивьен усмехается своим мыслям и проходит за Ларой к главному входу.

У подножия широкой лестницы, ведущей к дверям, уже собралась кучка тех самых «богатеньких отморозков» — парней и девиц в дорогой брендовой одежде, с наглыми, самодовольными лицами. Они выглядят так, словно им принадлежит весь мир, а не только эта школа. Вивьен поднимается по нескольким широким ступеням и уже хватается за массивную дверь, которую придерживает Лара, как вдруг за её спиной раздаётся свист. Вивьен закатывает глаза, на секунду остановившись, но не оборачиваясь.

— Зачётный зад, киска! — слышит она растянутый, самодовольный голос.

Вивьен медленно поворачивает голову набок, встречаясь взглядом со светловолосым парнем, чья смазливая физиономия явно принадлежала к высшему слою школьной иерархии. На нём был безупречный дорогой костюм, который, казалось, кричал о его статусе. На коленях, обхватив его за шею, сидела эффектная крашеная блондинка. Её короткая красная юбка предательски задралась, открывая стройные ноги, облегающий белый топ подчёркивал фигуру, а золотистые, идеально уложенные волосы рассыпались по плечам. Однако выражение её лица было явно недовольным из-за слов, слетевших с губ её спутника. Она метнула на Вивьен раздражённый взгляд карих глаз.

— В курсе, — спокойно отвечает Флорес. — Каждый день в зеркале вижу.

Её слова повисают в воздухе, прежде чем его друзья-отморозки взрываются хохотом и улюлюканьем. Сам парень лишь едко усмехается, пытаясь сохранить лицо. Пользуясь этим моментом, Вивьен проскальзывает внутрь школы, не удостоив их больше ни единым взглядом. Дверь захлопывается за её спиной, отрезая её от их насмешек и взглядов.

Внутри школа оказывается ещё более впечатляющей. Широкий холл с мраморным полом, высокие потолки, аккуратно выкрашенные стены. По обеим сторонам тянутся длинные коридоры, уставленные шкафчиками. В воздухе пахнет дорогим парфюмом и свежей выпечкой – где-то неподалёку, судя по всему, находится столовая.

Вивьен оглядывается по сторонам, пытаясь запомнить расположение кабинетов, но взгляды, которые бросают на неё проходящие мимо ученики, не сулят ничего хорошего. Она чувствует себя чужой среди этого блеска и роскоши, но виду не подаёт. Лара уже куда-то исчезла в толпе, оставив Вивьен одну посреди этого чужого мира. Флорес направляется к расписанию, висящему на стене. Первый урок литература. Кабинет номер двадцать четыре.

Добро пожаловать в школу Вальсон, Вивьен. И это, кажется, только начало.