Между суровой и мечетью

Вторник был серым. Не дождливым, не ветреным — просто серым. Таким, когда небо сливается с асфальтом и кажется, что город стоит под огромным мокрым одеялом.

Автобус пришёл вовремя. Флоран пил кофе из картонного стаканчика и зевал так громко, что водитель обернулся. Селеста сидела рядом с ним, но отдельно — на расстоянии ладони, которую он не протягивал.

— Ты вчера рано лёг? — спросил я.

— В четыре, — ответил Флоран. — Играли.

— Во что?

— Не помню. Победили.

Селеста закатила глаза, но промолчала.

В колледже первая пара была французская литература. Господин Леклерк рассказывал о Мольере, и весь класс клевал носом. Я писал конспект по инерции, не вникая в смысл. Флоран на соседнем ряду рисовал что-то в телефоне. Селеста через два ряда подперела голову рукой и смотрела в одну точку.

На перемене я вышел в коридор. Флоран куда-то пропал. Я стоял у окна, разглядывая пустой двор, когда мимо пробежал Люк — сгорбленный, с вечно съезжающим рюкзаком. Он свернул к лестнице.

Через минуту оттуда донёсся глухой звук.

Я не пошёл проверять.

На второй паре — истории — Флоран появился с довольным лицом. Сел рядом, положил ноги на соседний стул.

— Ты чего такой? — спросил я.

— Так, — сказал он. — Настроение хорошее.

У него на рукаве была пыль — серая, известковая. С пожарной лестницы. Я ничего не спросил.

После третьей пары мы пошли в буфет. Я взял сок и сэндвич. Флоран — только сок. Сели за столик у стены.

Люк стоял в очереди за кофе. Позади него — Лоран и Кевин. Они не трогали его. Пока.

— Смотри, — сказал Флоран.

Он достал из кармана мятую бумажку — обёртку от жвачки — и зажёг её зажигалкой. Даже не зажёг, просто подпалил край. Обёртка занялась огнём, тлела, дымила.

— Ты что делаешь? — спросил я.

— Эксперимент.

Флоран прицелился и кинул. Дымящийся комок пролетел через полбуфета и приземлился на плечо Люку — тот как раз взял стаканчик и повернулся.

Обёртка упала на пол, догорела до пальцев Флорана — он стряхнул пепел на пол.

Люк дёрнулся. Обернулся. Увидел Флорана. Увидел меня. Ничего не сказал. Просто прижал стаканчик к груди и быстро вышел из буфета.

Флоран засмеялся.

— В десятку, — сказал он.

— Руку не обжёг? — спросил я.

— Нормально.

Я откусил сэндвич. Жевал. Вкуса не чувствовал.

На выходе из буфета толпа была плотной — второкурсники, третьекурсники, все куда-то спешили. Я проталкивался вперёд, Флоран за мной.

И в этом шуме, в этой толкотне, кто-то рядом сказал:

— И это смешно?

Голос тихий. Женский. Без злобы, без улыбки — просто вопрос, который не требует ответа.

Я мельком увидел голубой платок. Кто-то из девчонок, стоящих у стены. Она смотрела не на меня — на дверь, куда вышел Люк. Или на Флорана. Или просто в пустоту.

Я отвернулся и пошёл дальше.

Четвёртая пара — биология. Я сидел и смотрел на доску, где мадам Фурнье рисовала какую-то схему. Моя тетрадь была чистой. Я не писал.

Селеста перебралась на соседний ряд — поближе к Флорану. Он даже не поднял голову. Она что-то написала на полях его тетради. Он прочитал, усмехнулся и ничего не ответил.

После пятой пары я собрал вещи. Флоран уже ждал у двери.

— Пойдём курить? — спросил он.

— Пошли.

За спортзалом мы закурили. Кевин и Лоран уже были там, сидели на бетонных блоках. Обсуждали кого-то с параллели.

— Люк сегодня рюкзак свой в раздевалке забыл, — сказал Кевин. — Мы посмотрели. Там только учебники. И дневник.

— Дневник? — Флоран оживился. — У него есть дневник?

— Обычный. Школьный.

— Жалко, — сказал Флоран. — Я думал, там что-то личное.

Он затянулся. Выдохнул дым в небо.

— Может, в следующий раз, — сказал я.

Флоран посмотрел на меня и улыбнулся.

— Ты безжалостный, Ник. Мне это нравится.

Я пожал плечами. Ничего безжалостного в этом не было. Просто так работают вещи.

После шестой пары мы вышли на площадь. Селеста не пошла с нами — осталась внутри, разговаривала с Лорой. Флоран позвал её, она махнула рукой: «Идите, я потом».

— Вечно у неё дела, — буркнул Флоран, но уточнять не стал.

Мы прошли до метро вместе. Флоран рассказывал, какой фильм посмотрел вчера — про грабителей банков. Я кивал, иногда вставлял «ага», «нормально», «круто».

У турникета он остановился.

— Завтра увидимся?

— Увидимся.

— Не спи на парах, — сказал он и ушёл вниз по лестнице.

Я повернул на Вилла дю Роз.

Дома мама оставила записку на холодильнике: «Я у тёти. Ужин в микроволновке». Я разогрел тарелку, съел стоя, глядя в окно на мигающий фонарь.