Лето, Интрижки и Ласковый зверь.

Лони проснулась тяжело, от колокола, возвещавшего, что пора вставать и идти на завтрак. Быстро переодевшись в чистую одежду, она пошла в ванную.

Тяжело облокотившись о раковину и разглядывая себя в зеркало, девушка поняла, всё куда хуже, чем она думала. Раны и синяки в принципе скрывала одежда. Не зря она натянула джинсовый комбинезон и красную футболку, они прикрывали плечо, живот и колени. Но вот лицо спрятать было никак нельзя.

Разбитая бровь и скула, заклеенные пластырем, слишком бросались в глаза.

— Не густо... — Лони тяжело вздохнула и потёрла лицо.

Долго стоять перед зеркалом не пришлось. Решив, что сейчас уже ничего не исправить, она направилась в столовую.

— Вы заметили, что волки стали вести себя очень странно? — спросил Брэндон.

Парень передавал орешек прямо в лапки белке, сидящей у него на плече.

— Ещё бы, но меня сейчас волнует другое, — Лу неохотно ковырялась вилкой в тарелке. — Я вчера соврала Заку про Лони, а теперь на душе так тошно.

— Вот жуть.. Кстати о Заке. Вы вообще в курсе, что он сказал зубастым? Чтобы те вообще не рассказывали ей о том, что было в прошлом году.

Дориан нахмурился, глядя на белку, но больше его удивила реакция Лу и Брэндона, они кивнули и явно были в курсе.

— То есть нам ей совсем ничего нельзя говорить?

Караг резко пнул кота ногой. Тот поморщился и зашипел.

— О чём говорить? И кому?

Лони поставила свой поднос на стол, садясь где-то между ребятами. Все быстро натянули улыбки, кроме Дориана, конечно, и начали отговариваться, на ходу придумывая историю.

— Слушайте, — Лони уже особо не вслушивалась в их разговор, её отвлекли чужие взгляды из-за соседних столов. — Почему все на меня так глазеют?

— Это ведь не потому, что ты похожа на боксёрскую грушу. — Дориан вскрикнул, когда его в очередной раз пнули под столом, но в этот раз это сделала Лу.

— Балл тебе за остроумие. Я серьёзно, это немного жутко.

Лу и Караг переглянулись, после чего девушка поспешила объясниться.

— Ты вчера залезла в старый дом, а про него много всякого говорят. Люди думают... думают, что ты проклята.

Лони растерянно посмотрела на соседку, а потом расплылась в улыбке и захохотала во весь голос. Сидящие смотрели на неё со всей серьёзностью, кто-то просто с удивлением. Её искреннее веселье вызывало странные эмоции.

Пару ребят, проходивших мимо стола, обернулось, в том числе Мартин, который косился на неё как на полудурошную.

— Ладно, — Лони вытерла пальцем набежавшую от смеха слезу. — Это всё очень весело.

— Ага, обхохочешься, — Брэндон не стал ничего добавлять, лишь вытащил из кармана её телефон, забытый вчера и положил прямо перед ней.

Ребята никак не комментировали её реакцию, вернувшись к своим делам. Лони сначала посмотрела на мобильник, взяла его в руки, а затем перевела подозрительный взгляд на парня, видя у того на плече Холли в обличии белки.

Быстро разблокировав экран, она начала смотреть, что пропустила, звонки от брата, от парня, а так вроде больше ничего. К тому моменту, пока она залипала в телефоне, директор уже вовсю желала всем доброго утра и давала наставления. Лони подняла голову только тогда, когда заметила Саймона и Фанни, стоящих рядом с ней.

— А вот ребята вчера вызвались помочь проводить мероприятия и адаптировать новеньких, — директор указала на довольную парочку и откуда-то с задних рядов послышался свист.

Когда вдохновляющая речь закончилась, поевшие уже собирались расходиться, но тут Саймон, дождавшись, пока директор уйдёт, запрыгнул на скамейку и громко хлопнул в ладоши, привлекая внимание.

— Дорогие ученики, учащиеся... и Фанни, — он демонстративно сделал вид, что снимает шляпу в знак уважения к девушке. — Сегодня я хочу сделать публичное извинение для Лони.

Брэндон поперхнулся, от чего Холли запрыгала на его согнувшейся спине.

Лони, которая уже поднималась вместе с остальными, удивлённо уставилась на Саймона, пока другие пытались найти её взглядом или уже смотрели.

— Я прошу прощения за то, что усомнился в ней, назвал трусихой и городской неженкой. Я был неправ!

Говорил он весело, даже как-то иронично. Ребята особо не удивились, все знали, что такой, как Саймон, если признает поражение, а его действительно мог переубедить или обыграть кто угодно, выполнит свои обещания. Любые.

— Браво, Раннен, — со входа послышались хлопки в ладоши. — Твоя искренность наверняка произвела фурор на остальных, но будь так добр слезь и вытри за собой скамейку.

— Мистер Элвуд, — улыбнулся Саймон, совсем не беспокоясь о том, что его отчитывают, но покорно спрыгнул вниз.

Ученики посмеялись над этой сценой, ничуть не удивляясь поведению учителя и начали расходиться, понимая, что сейчас Элвуд точно нагрузит кого-нибудь дополнительными заданиями.

— Лони, задержись на минуту, — сказал преподаватель, когда зал почти опустел.

Девушка, столкнувшаяся в дверях с Бо, подозрительно кивнула и подошла к учителю.

— Что с вашим внешним видом? — поднял бровь Элвуд, когда они остались одни.

— Упала.

— Где?

— С крыльца. Знаете, у вас там такие плохие гвозди...

— Не заговаривайте мне зубы. Я в курсе того, что происходит. В вас слишком много энергии, лучше деть её куда-нибудь да поскорее. Я уже проходил то же самое с вашим братом, но он хотя бы попытался исправиться, а вы уже на второй день умудрились ухудшить своё положение после того, как радушно встретили меня вчера.

Лони слушала его внимательно. Отчётливо поняв, что энергию надо куда-то деть (а она заприметила где-то у себя в голове это согласие), девушка постаралась уйти как можно скорее.

Распахнув дверь, она поняла, что стая определённо ждала её. Бо стоял ближе всех к выходу, остальные расположились на перилах.

— Лони!

— Бо, мне надо идти... — она попыталась проскользнуть мимо, но, услышав «ты обещала встретиться сегодня», остановилась. — Ну чего ты хочешь?

Лони посмотрела сначала ему за спину, на ребят, которые вроде как делали вид, что им не интересен разговор, но получалось у них так себе.

— Ты вообще как?

— Пойдёт, — пробубнила она, переминаясь с ноги на ногу.

— Извини за вчера. Я не думал, что всё так выйдет, да и не хотел лезть на рожон... Давай перемирие?

Девушка даже не смогла заставить себя сопротивляться: увидев его сожалеющее лицо, она легонько улыбнулась и позволила себя обнять.

— Ладно-ладно, мир.