If You Fall, I Fall

От лица Минджон.

Еда закончилась на девятый день.

Не "почти закончилась".

Не "осталось немного".

Закончилась.

Последняя бутылка воды стояла на учительском столе.

Последняя упаковка крекеров исчезла ещё утром.

И никто больше не делал вид, что всё нормально.

В кабинете стояла тяжёлая тишина.

Каждый понимал, что дальше сидеть здесь невозможно.

Рано или поздно придётся выходить.

Я сидела у окна и смотрела на двор школы.

На забор.

На улицы за ним.

На мир, который теперь принадлежал заражённым.

Потом поднялась.

Нога всё ещё болела.

Но уже не так.

Я могла ходить.

Могла бегать.

Недолго.

Но могла.

— Я пойду.

Сразу стало тихо.

Все посмотрели на меня.

Особенно Джимин.

— Нет.

Я даже не удивилась.

— Да.

— Нет.

— Да.

— Минджон.

— Джимин.

Она уже начинала злиться.

Я видела это по глазам.

— Ты неделю назад не могла стоять.

— А сейчас могу.

— Ты ещё не восстановилась.

— Никто из нас не восстановился.

Тишина.

Неприятная.

Тяжёлая.

Потом я продолжила:

— Если не выйти сейчас, через два дня мы будем слишком голодными, чтобы выйти вообще.

Возразить на это было сложно.

Потому что все понимали — я права.

Парень возле стены нервно выдохнул.

— Тогда пойдём вместе.

Я покачала головой.

— Нет.

— Почему?

— Потому что если что-то случится, потеряем одного человека, а не всех.

Джимин резко поднялась.

— Вообще-то мы не обсуждали, идёшь ты или нет.

— Обсуждаем.

— Нет.

— Да.

— Минджон!

— Что?!

Мы уставились друг на друга.

Как раньше.

Почти как раньше.

Только теперь за этим стояло не раздражение.

Совсем другое.

Наконец она отвернулась.

Провела рукой по волосам.

Тяжело выдохнула.

Я знала этот вздох.

Она уже понимала, что не переубедит меня.

И от этого злилась ещё сильнее.

— Во сколько вернёшься?

Я замерла.

Потом ответила:

— Вечером.

Джимин ничего не сказала.

Только смотрела.

Долго.

Слишком долго.

Будто пыталась запомнить.

Меня это раздражало.

И одновременно...

не раздражало.

Я подошла к двери.

Проверила топор.

Рюкзак.

Верёвку.

Пустые бутылки.

Всё необходимое.

Потом обернулась.

— Вернусь.

Тихо сказала я.

Не всем.

Ей.

Джимин стояла посреди кабинета.

Сжав челюсть.

— Ты обещала в прошлый раз тоже вернуться.

Я усмехнулась.

— И вернулась же.

— Через неделю.

— Технически это всё ещё считается.

— Ужасный человек.

— Спасибо.

На секунду мне показалось, что она сейчас улыбнётся.

Но не улыбнулась.

Только подошла ближе.

Очень близко.

И неожиданно поправила воротник моей куртки.

Словно это было важно.

Словно без этого я не смогу выйти.

— Вечером, — тихо сказала она.

— Вечером.

— Без геройств.

— Постараюсь.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Несколько секунд никто не двигался.

Потом я открыла дверь кабинета химии.

Коридор встретил меня тишиной.

Пугающей.

Мёртвой.

Я сделала первый шаг.

Потом второй.

И вскоре скрылась за поворотом.

Не заметив, что Джимин ещё долго стояла возле двери.

Смотрела вслед.

Пока меня окончательно не поглотила темнота школьного коридора.