7
Ты судорожно хватала ртом воздух, утыкаясь лбом в его плечо. Внутренний волк метался в клетке, а посиневшие у корней и багровые на кончиках волосы никак не хотели возвращаться в нормальное состояние. Драко чувствовал, как сильно тебя трясёт, и понимал, что обычные слова утешения больше не помогают сбить это бешеное пламя адреналина.
Он резко отстранил тебя от себя за плечи, заставляя поднять голову. Секунду он всматривался в твои дикие, светящиеся янтарём глаза, а затем, словно окончательно потеряв контроль над собственными чувствами, подался вперёд.
Драко резко и властно вовлёк тебя в глубокий, головокружительный поцелуй с языком.
Это было так неожиданно, горячо и напористо, что из твоей груди вырвался тихий, удивлённый вздох, который он тут же поймал своими губами. Его язык уверенно переплетался с твоим, задавая рваный, собственнический ритм. Одной рукой Драко намертво зафиксировал твой затылок, запуская пальцы в разноцветные пряди, а второй крепко прижал тебя к себе за талию, практически лишая возможности дышать и думать о чём-либо, кроме него.
От этого яростного, но в то же время невероятно желанного натиска весь твой мир сузился до одного человека. Твой обострённый нюх заполнил только его запах, а в ушах стучал лишь его ускоренный пульс. Поцелуй действовал сильнее любого заклинания: дикий, неуправляемый жар внутри тебя мгновенно сменился совсем другим, сладостным теплом.
Когда Драко наконец неохотно отстранился, тяжело и прерывисто дыша, он уткнулся своим лобом в твой. Его серые глаза потемнели от нахлынувшей страсти. Ты моргнула, и янтарная пелена бесследно исчезла — твои глаза снова стали абсолютно человеческими, когти плавно втянулись обратно, а волосы мгновенно приняли свой естественный, первоначальный цвет.
— Кажется... я нашёл идеальный способ успокаивать твою волчью натуру, — тихо, с хриплой ухмылкой прошептал Драко прямо в твои припухшие от поцелуя губы, бережно поглаживая большим пальцем твою щеку. Ты слегка отстранилась и, уперевшись ладонями в его грудь, у лукаво приподняла бровь, хотя твои щёки всё ещё горели от смущения.
— Ого, Малфой. Не знала, что у старост Хогвартса такие радикальные методы первой медицинской помощи, — шутливо протянула ты, стараясь вернуть голосу прежнюю уверенность. — Смотри не увлекайся, а то я начну злиться специально ради таких процедур.
Драко тихо, хрипло рассмеялся, и в его серых глазах вспыхнул опасный огонёк.
— А я и не против, Люпин, — шепнул он.
Он не дал тебе договорить и снова поцеловал тебя — на этот раз ещё более жадно и глубоко. Его ладонь переместилась с твоей талии на затылок, притягивая тебя к себе вплотную. От этой внезапной лавины чувств и собственнического напора у тебя подкосились ноги. Из твоей груди невольно вырвался тихий, томный стон прямо в его губы. В этот момент твой обострённый волчий слух уловил резкий щелчок за дверью, но было уже поздно.
Раздался громкий треск. Заклинание «Коллопортус» не выдержало, и в комнату, шумно дыша от злости, ворвалась Пэнси Паркинсон. За её спиной маячили испуганные Дафна Гринграсс и Миллисента Булстроуд, которых она, очевидно, притащила в качестве свидетельниц «безумия» новенькой.
Пэнси замерла на пороге, и её челюсть буквально отвисла. Вместо растерзанного трупа или беснующегося монстра она увидела Драко, который крепко прижимал тебя к себе, и ваши припухшие губы.
— Драко?! — потрясённо взвизгнула Пэнси, переходя на ультразвук. — Ты... ты целуешь эту ненормальную?! Я же говорила, у неё когти! Она психопатка! Да она тебя заколдовала!
Малфой медленно, нехотя отстранился от твоих губ, но твою талию так и не выпустил, надёжно закрывая тебя своим плечом. Его лицо за секунду превратилось в ледяную маску, а взгляд, устремлённый на Паркинсон, обещал ей долгую и мучительную смерть.