22-час расплаты
шестой курс
Весной Гарри Поттер стал моей личной головной болью.
Он следил за Драко. За мной. За Тео. Прятался за углами, подслушивал, таращился своими зелёными глазами так, будто мы собирались убить Дамблдора прямо в Большом зале.
— Он нас сдаст, — процедил Драко, когда мы в очередной раз заметили Поттера в конце коридора.
— Он ничего не докажет, — ответил Тео. — Мы не делаем ничего явного.
— Он чувствует, — сказала я. — Как собака.
— Астрея, не оскорбляй собак.
Мы рассмеялись, но нервно. Шестой курс был тяжелее всех. Метка на руке иногда горела — когда Волдеморт призывал Пожирателей. Нас, троих, ещё не звали на большие собрания, но мы знали: это только вопрос времени.
Гарри Поттер не отставал. Он подкараулил меня в библиотеке и загородил выход.
— Что тебе нужно, Поттер? — спросила я устало.
— Где Малфой? Что он замышляет?
— Откуда мне знать?
— Вы трое неразлучны. Ты, Малфой и Нотт. И вы все получили метки. Я видел.
Я похолодела. Он не мог видеть — я всегда носила длинные рукава.
— Ты ничего не видел, Поттер. У тебя галлюцинации.
— Я знаю, что вы замышляете что-то. И я это докажу.
— Доказывай, — сказала я холодно. — Только не мешай нам учиться.
Я обошла его и ушла. Сердце колотилось. Если Поттер докопается до правды — мне конец. И не только мне.
---
Драко был сам не свой последние месяцы.
Он похудел, побледнел, перестал спать. Я знала, что ему поручили задание — убить Дамблдора. Но он не говорил подробностей, а я не спрашивала.
— Ты справишься? — спросила я однажды.
— Нет, — ответил он честно. — Но у меня нет выбора.
— Выбор есть всегда.
— Не для меня. Лорд убьёт мою мать.
Я замолчала. Нарцисса была в опасности, и это перекрывало всё.
— Что я могу сделать? — спросила я.
— Будь рядом. Если я не смогу... ты должна будешь.
— Что?
— Добить его.
Я не хотела понимать, о ком он. Но поняла.
— Драко, я не смогу.
— Сможешь. Ради мамы.
Этот разговор мы больше не повторяли.
---
В день, когда всё случилось, я чувствовала неладное с утра.
Метка горела, но не так, как при призыве — медленно, будто предупреждая. Драко был бледнее обычного. Тео молчал.
— Что происходит? — спросила я.
— Сегодня, — сказал Драко. — Шкаф готов.
Я знала про шкаф. Драко чинил его полгода — тот самый, что в Выручай-комнате, соединённый с парой в «Упивающемся горгульей». Через него Пожиратели могли проникнуть в Хогвартс.
— Когда? — спросил Тео.
— Ночью. Вы со мной?
— Мы с тобой, — сказала я.
— Тогда идите за мной.
---
Мы поднялись в Выручай-комнату, когда все уже спали. Драко дрожащими руками открыл дверь шкафа. Оттуда повалил чёрный дым, и один за другим начали выходить Пожиратели в масках.
Беллатриса вышла первой.
— Племянница, — кивнула она мне, потом перевела взгляд на Драко. — Ты готов, мальчик?
Драко сглотнул.
— Да.
Они двинулись к Астрономической башне. Я шла последней, сжимая палочку.
---
Дамблдор стоял на башне. Ослабленный, больной, но всё ещё внушающий страх.
— Драко, — тихо сказал он. — Ты не убийца.
— Я знаю, — прошептал Драко. Палочка дрожала в его руке.
— Не делай этого.
— Я должен.
Я стояла сзади. Видела, как Драко пытается поднять палочку, и не может. Как его лицо искажается от отвращения к себе. Беллатриса рядом шипела:
— Давай! Убей его!
Но Драко не мог. Он опустил палочку.
Беллатриса повернулась ко мне.
— Астрея! Делай сама!
Я замерла. Передо мной стоял Дамблдор — старик, который верил в меня. Который знал, что я шпион. И я должна была его убить?
Дамблдор смотрел на меня. Спокойно.
— Астрея, — сказал он. — Ты тоже не убийца.
— Я знаю, — прошептала я.
Беллатриса взревела. Но тут из тени шагнул Северус Снейп.
— Северус, — выдохнул Дамблдор. — Прошу...
Снейп поднял палочку.
— Авада Кедавра!
Зелёная вспышка. Тело Дамблдора перелетело через парапет и упало вниз.
Я не видела, как оно упало. Я смотрела на Снейпа. Он не выглядел победителем. Он выглядел так, будто умер сам.
Беллатриса засмеялась — дико, торжествующе.
— Великий день! Лорд будет доволен!
Пожиратели начали исчезать — через шкаф, через метлы, кто как. Беллатриса похлопала меня по плечу:
— В другой раз, племянница. Ты должна быть готова.
Она ушла. Остались мы трое — я, Драко, Тео. И труп Дамблдора внизу.
---
Мы спустились в пустой коридор. Никто нас не видел. Но мы шли, как во сне.
Драко молчал. Тео сжимал палочку так, что костяшки побелели.
Я остановилась.
— Мы только что... мы были с ними. Мы смотрели, как убивают Дамблдора.
— Мы не убивали, — сказал Тео.
— Мы стояли рядом. Мы позволили.
— Что нам оставалось? — прошептал Драко. — Убить его самим? Или умереть?
— Я не знаю, — ответила я. — Но теперь я знаю одно: эта метка — не привилегия. Это ошейник.
Мы посмотрели на свои левые руки. Метки пульсировали — тускло, будто напились кровью.
— Мы в дерьме, — сказал Тео.
— В глубоком дерьме, — согласился Драко.
Я взяла их за руки.
— Но мы вместе. Это единственное, что осталось.
Мы стояли в пустом коридоре, пока не начали слышать крики. Хогвартс просыпался. Дамблдор был мёртв. А мы — мы были живы. Пока.