8 глава:
трясина под ногами хлюпала, засасывая ботинки, а густой туман лип к лицу, как холодная паутина. Мира едва передвигала ноги. сознание потихоньку плыло, края реальности размывались, и только черная спина Кая, маячившая впереди, служила единственным ориентиром. он шел так, будто под ним был не вязкий мох, а паркет бального зала - ни одного лишнего движения, ни одной испачканной детали.
- твой темп - это личное оскорбление для моей выдержки, - бросил он через плечо, даже не замедляясь. - если хочешь упасть в обморок, сделай это на твердой почве. я не буду выуживать твоё тело из этой жижи. это испортит мои перчатки, а они сделаны на заказ.
- если ты… еще раз… откроешь рот, - прохрипела Мира, прижимая локоть к горящему боку, - я потрачу последнюю пулю на то, чтобы испортить твою безупречную прическу. прямо посередине.
Кай резко остановился и обернулся. в этом сером ничто, окруженном туманом, он выглядел как призрак - бледный, смертоносный и пугающе красивый.
- твои угрозы так же жалки, как и твоя походка, - он сделал шаг к ней, и Мира невольно отшатнулась, но нога скользнула в яму, заполненную ледяной водой.
она вскрикнула, теряя равновесие, но Кай перехватил её. он не подхватил её на руки, как в дешевых романах. он просто грубо схватил её за воротник куртки и рывком выдернул вверх, прижимая к стволу гнилого дерева.
- смотри на меня, - приказал он. его голос вибрировал от сдерживаемой ярости. - твои глаза закатываются. если ты сейчас отключишься, я просто заберу кейс и уйду. ты это знаешь. я не герой, Мира. я - твоё самое худшее решение в жизни.
- ты… мразь, — она смотрела в его стальные глаза, чувствуя, как ненависть новой волной приливает к сердцу, вытесняя слабость. - самая… красивая… и холодная мразь на планете.
- рад, что мы наконец пришли к согласию, - он наклонился так близко, что его острый нос коснулся её щеки. от него всё еще пахло тем самым горьким парфюмом, который теперь ассоциировался у неё со смертью. - а теперь слушай, до точки эвакуации триста метров. там лодка. если ты дойдешь - я позволю тебе прожить еще один день, чтобы ты могла ненавидеть меня дальше. если нет - туман скроет твоё отсутствие. решай. сейчас.
он отпустил её воротник, и она едва не сползла по стволу. Кай развернулся и пошел дальше, даже не оглядываясь, уверенный в том, что его яд подействует лучше любого стимулятора.
и она пошла. она спотыкалась, захлебывалась кашлем, чувствовала, как повязка на боку окончательно пропиталась кровью, но она шла, впиваясь взглядом в его затылок. она мечтала дожить до момента, когда увидит его побежденным. когда его ледяной голос сорвется. когда он наконец почувствует хоть каплю той боли, которую он так щедро раздавал всем вокруг.
когда они наконец выбрались к реке, у пирса действительно ждал катер. Кай запрыгнул в него первым, небрежно бросив кейс на сиденье, и протянул руку Мире. не для того, чтобы помочь, а просто чтобы ускорить процесс.
- живее, балласт, - бросил он, когда она с трудом перелезла через борт. - мы опаздываем на десять минут. из-за тебя я пропустил свой идеальный график.
Мира рухнула на дно лодки, тяжело дыша.
- я… всё еще… жива, Кай. к твоему… сожалению.
он завел мотор, и катер сорвался с места, разрезая туманную гладь реки. Кай стоял у руля, глядя вперед, и ветер развевал его темные волосы.
- к моему сожалению? - произнес он так тихо, что звук едва перекрыл шум мотора, но Мира услышала. - о нет, Мира. ты ошибаешься. если бы ты умерла, мне стало бы невыносимо скучно. а я ненавижу скуку почти так же сильно, как твою некомпетентность.