Твоя маска треснула [ВРЕМЕННО ЗАМОРОЖЕНО!]

Цирк буквально гудел. Впервые за всё время бесконечный, давящий ор Кейна на главной сцене был безжалостно заглушен хором уставших, злых и доведенных до ручки голосов. Жители взбунтовались. Никто больше не хотел бегать от гигантских плотоядных какаду или собирать летающие шестеренки в кислотных лабиринтах. Все требовали одного — чертового пляжного отдыха. Они никогда не видели здесь нормальной воды, а экзистенциальный ужас и ментальная усталость уже скреблись в черепные коробки каждого.

Кейн, нервно щелкая своими зубами-глазами в воздухе, сдался.

Трость взмахнула — и приторные стены павильона с тихим шуршанием растворились. Под ногами персонажей вместо холодного цифрового паркета мгновенно рассыпался теплый, ослепительно-белый песок. Перед ними раскинулось бескрайнее, лазурное озеро, лениво перекатывающее хрустальные волны под мягким, нереально теплым солнцем.

Воздух пах солью, спелыми арбузами и абсолютной, долгожданной свободой…

Зубл и Гэнгл первыми рванули к воде, как лучшие подруги они бегали по берегу, плескаясь водой и счастливо смеясь. Кейн расщедрился: Гэнгл вместо своих вечных унылых лент получила потрясающий синий топ, легкую милую юбку и соломенную пляжную шляпку, которую она то и дело придерживала рукой, заливисто смеясь. На её лице сияла новенькая, идеально гладкая маска комедии. Зубл тоже преобразилась — пара её угловатых деталей сменилась на яркие пляжные элементы: на голове весело крутилась неоновая вертушка, сбоку красовался забавный рог, а прямо на груди красовалась аккуратная розовая морская звездочка. Они бегали по кромке прибоя, брызгались и радовались жизни так искренне, словно этот мир на секунду перестал быть их вечной тюрьмой.

Рагата шла чуть позади, мягко ступая по теплому песку. На ней был нежно-синий купальник-бикини. Без своего привычного тяжелого платья тряпичная кукла оказалась удивительно изящной, худой, с точеной, по-настоящему красивой фигурой. Она щурилась от яркого света, чувствуя себя невероятно легкой.

Рядом с ней семенила Помни. Джекс, стоявший чуть поодаль у раскидистой цифровой пальмы, прислонившись спиной к стволу, мазнул по ней взглядом и едва сдержал ухмылку. Эта мелкая шутиха выглядела как самый настоящий ребенок. На ней были забавные нежно-синие шортики до колен с болтающимся, развязанным белым шнурком и белый топ в широкую синюю полоску.

Помни и Рагата устроились прямо на песке, вооружившись огромным, сочным куском арбуза. Помни с аппетитом уплетала сладкую мякоть, смешно пачкая нос, пока Рагата что-то весело ей рассказывала.

Джекс лениво наблюдал за ними, засунув руки в карманы своих пляжных шорт — розовых, до колен, как и планировалось. Выглядел он в них максимально нелепо и угарно для своего длинного роста, но кролику было абсолютно плевать. Внутри него разливалось такое непривычное, густое тепло, что ему самому становилось страшно. Накануне он орал в подушку, сходя с ума от осознания своей любви, а сейчас она сидела в трех метрах от него. Живая. Счастливая. Его лучшая подруга. Его бро. Прошлое отпустило его, рана заклеилась, и этот пляж казался ему самым настоящим раем.

Вскоре к ним подошел Королёр, держа в руках пластмассовое ведерко.
— Рагата! Помни! — Торжественно провозгласил он, растопырив свои летающие ладони. — Архитектурные каноны древности требуют возведения песочной цитадели! Тетушка Мерри всегда говорила, что замок из песка защищает от морских чудовищ!
— Ну раз тетушка Мерри говорила, тогда пошли, — со смехом отозвалась Рагата, поднимаясь на ноги и отряхивая песок. — Помни, ты с нами?
— Я чуть позже догоню, сейчас доем! — Пробормотала Помни с набитым ртом.

Рагата и Королёр ушли чуть в сторону, увлеченно копаясь в песке и сооружая огромную башню. Помни осталась одна. Она потянулась за вторым куском, как вдруг над ней выросла огромная, длинная тень.

Она даже пикнуть не успела.

Джекс бесшумно подкрался сзади, ловко подхватил Помни под мышки, словно легкую пушинку, и с диким, триумфальным хохотом вскинул её вверх. В следующее мгновение Помни с коротким испуганным вскриком обнаружила себя сидящей прямо на шее у этого длинного фиолетового придурка. Её ноги в синих шортах повисли у него на груди, а бубенчики на колпаке бешено зазвенели.

— Эй! Урод лопоухий, ты что творишь?! Отпусти меня-а-а! — Завопила Помни, вцепляясь пальцами в его длинные кроличьи уши, чтобы не свалиться.
— Но-но, полегче на поворотах, куколка! Капитан Джекс берет на абордаж эту мелкую гномшу! — Орал Джекс, на полной скорости несясь прямо в набегающие волны.

Вода с грохотом разлетелась в стороны. Джекс с разбегу ворвался на глубину по пояс, поднимая целые тучи хрустальных брызг. Помни сначала зажмурилась, ожидая, что он сейчас со смехом скинет её в воду, но кролик держал её мертвой, надежной хваткой за лодыжки, не давая упасть. Наоборот, он начал кружиться волчком, заставляя её вопить от восторга и страха одновременно.

— Джекс, прекрати, я сейчас упаду! АХАХАХАХА! — Заливисто, бешено рассмеялась Помни, наконец расслабляясь. Солнечные блики прыгали по её лицу, и в этот момент она казалась Джексу самым прекрасным существом во всей вселенной. Его сердце сделало мощный кувырок.

— Ладно, пощада объявляется открытой! — Сжалился Джекс и аккуратно сгрузил её со своей шеи прямо в воду.

Помни с плеском ушла по грудь в прохладную лазурь, отплевываясь и весело щурясь. В этот момент к ним подплыли Рагата и Королёр, которые решили сделать перерыв в строительстве замка и прихватили с собой большой надувной мяч.
— Эй, водоплавающие! Ловите! — Крикнула Рагата, точным пасом отправляя мяч Джексу.

Началось полное, счастливое безумие. Они играли в воде, пасовали друг другу, Королёр кричал «ШАХ И МАТ!» каждый раз, когда мяч пролетал мимо Джекса, а Зубл и Гэнгл с берега подначивали их, кидаясь ракушками. Джекс вовсю дурачился, картинно падал в воду, строил из себя суперзвезду пляжного волейбола, но каждую секунду его взгляд возвращался к Помни. Настоящая, чистая, беззаботная дружба. Они были бандой.

В какой-то момент, когда Джекс на секунду отвернулся, чтобы подколоть Королёра, Помни хитро прищурилась. Она залезла рукой в глубокий карман своих широких шортиков и… с победным, коварным лицом вытащила оттуда огромный, футуристичный водяной пистолет с ярко-синей водой внутри.

Джекс медленно повернулся к ней, вытирая воду с лица, и замер. Его брови взлетели вверх, а на губах заиграла та самая, каноничная, наглая ухмылка эгоиста, но теперь — невероятно теплая.

— Оу, малая… — Протянул он, складывая руки на груди и качая головой. — Решила вспомнить былые времена? Ну, попробуй…

Помни, бешено и победно смеясь, покрепче перехватила рукоятку, навела дуло прямо ему в переносицу и с криком: «Получай, ушастый!» нажала на спусковой крючок.

Мощная струя ярко-синей воды с оглушительным щелчком врезалась Джексу прямо в лоб. Кролик театрально откинул голову назад, словно в него прилетел как минимум снаряд от Кейна, и с глухим всплеском завалился спиной в озеро.

— Прямо в яблочко! Помни побеждает! — Помни победно вскинула пистолет над головой, прыгая в воде и поднимая кучу брызг.

Вода вокруг неё забурлила, и в метре от неё из лазурной глади со свистом вынырнула мокрая фиолетовая голова. Джекс шумно фыркнул, картинно утирая лицо ладонью, а его уши смешно повисли от сырости.

— Ах так, да?! — Джекс сузил желтые глаза, и на его лице расплылась самая наглая ухмылка в его жизни. — Покушение на Капитана? Ну всё, мелкая, ты сама подписала себе приговор! Рагата, Королёр, прикройте меня, у нас тут бунт на корабле!

— Я вне политики, у меня песочный замок без присмотра! — Со смехом крикнула Рагата, отплывая назад и увлекая за собой Королёра.

— Атака с фланга! Королевская гвардия отступает! — Завопил Королёр, нелепо размахивая летающими руками и пытаясь плыть по-собачьи.

Помни обернулась на них, а когда повернулась обратно — Джекса уже не было. Локация опустела.

— Эй, ушастый, ты где?! — Она панически закрутила головой, крепче сжимая пластиковую рукоятку. — Вылезай, я тебя не боюсь!

— Бу! — Раздалось прямо у её правого уха.

Джекс вырос из воды словно из-под земли, резко ухватил её за запястье и поднял руку с пистолетом вверх. Направленная струя воды улетела высоко в ядовито-голубое небо. Помни взвизгнула, пытаясь вырваться, но кролик, пользуясь своим гигантским ростом, просто перехватил оружие второй рукой и победно закрутил его на пальце.

— Оружие конфисковано в пользу фонда голодающих кроликов, — цинично заявил он, сияя всеми зубами. — Что теперь делать будешь без своей пушки, Пом Пом?

— Ах ты эгоист лопоухий! Отдай! — Помни надула губы, смешно сморщив нос, и начала прыгать, пытаясь достать до его высоко поднятой руки. — Это нечестно! Ты длинный, как каланча!

— Зато аэродинамичный! — Расхохотался Джекс, лениво уворачиваясь от её маленьких кулачков. Внутри него всё буквально пело от её искреннего, детского возмущения. Ему хотелось, чтобы этот момент длился вечно. — Ладно, ладно, не дуйся. Хочешь кокосовый коктейль? Кейн там на берегу целую палатку выставил.

Помни мгновенно перестала прыгать и недоверчиво прищурилась, глядя на него снизу вверх.
— Коктейль? С кокосом? Ты сейчас не врешь, чтобы я расслабилась, а потом столкнуть меня на глубину?

— Обижаешь, Пом Пом.— Джекс прижал ладонь к груди с самым честным видом, на какой только был способен. — Я, конечно, сволочь, но портить кондитерские изделия Кейна — это грех даже для меня. Погнали, пока Королёр всю капусту… то есть кокосы не уничтожил.

Они вместе побрели к берегу, шумно шлепая ногами по мелководью.

На сухом песке у деревянной стойки действительно суетился Кейн в фартуке. Зубл и Гэнгл уже сидели на шезлонгах. На голове у Зубл весело крутилась неоновая вертушка, а Гэнгл в своей соломенной шляпке аккуратно потягивала через трубочку розовый напиток.

— О, вылезли, ихтиандры! — Лениво бросила Зубл, поправляя розовую морскую звездочку на груди. — Джекс, твои шорты — это просто преступление против моды. Розовый цвет? Серьезно? Тебе еще страз не хватает.

— Завидуй молча, Зубл, — Джекс вальяжно развалился на соседнем шезлонге, закинув длинные ноги друг на друга. — Мои шорты подчеркивают мою тонкую душевную организацию. Да, Помни?

Помни, которая в этот момент с блаженным видом сделала первый глоток из огромного кокоса, едва не поперхнулась.
— Твою организацию?! Ха-ха! Джекс, у тебя из душевного только уши, и те длинные, чтобы чужие пранки подслушивать!

— Эй! — Джекс сделал вид, что страшно оскорблен, но его уши довольно дернулись. — Я вообще-то тебе жизнь спас от рояля вчера! И пистолет водяной не отобрал насовсем! Где твоя благодарность?

— Спасибо, о великий Капитан Шорты-до-колен! — Рассмеялась Помни, присаживаясь на край его шезлонга и протягивая ему кокос. — На, глотни, а то перегреешься на своем солнце.

Джекс замер. Она сидела так близко, её нежно-синие шортики были мокрыми, а на белом топе в полоску блестели капли воды. Она улыбалась ему — просто так, без страха, без капли той вчерашней боли. Кролик аккуратно взял кокос из её рук, стараясь не коснуться пальцев, чтобы не выдать дикую дрожь, которая внезапно пробила его тело. Он сделал глоток, чувствуя сладкий вкус, и лениво протянул:

— Ну ладно. Так уж и быть, ты прощена, малая. Будем считать, что мы квиты.

— Мы друзья, Джекс, — тихо, но очень тепло сказала Помни, глядя на озеро, где Рагата и Королёр строили уже третью башню замка. — Настоящие друзья.

— Ага, — выдохнул Джекс, смотря исключительно на её профиль и чувствуя, как имя «ПОМНИ» снова начинает заполнять всю его голову. — Куда ж я от тебя денусь…

Помни допила свой кокос и с громким стуком поставила пустую скорлупу на столик.

— Ну всё, ушастый, я плавать! Кто последний до Рагаты — тот Зубл! — крикнула она и со всех ног припустила обратно к воде, забавно шлепая пятками по мокрому песку.

— Эй! — крикнула с шезлонга Зубл, у которой на голове со свистом завертелась неоновая вертушка. — Я вообще-то всё слышу!

Джекс проводил Помни взглядом и лениво откинулся на спинку сиденья. На лице привычно застыла наглая ухмылка, но внутри него прямо сейчас происходил настоящий взрыв. Кожа под розовыми шортами покрылась мурашками, и дело было вообще не в прохладном ветре.

Он влюбился. Окончательно и бесповоротно.

Эта мысль больше не пугала его, она грела. Джекс смотрел, как Помни с разбегу ныряет в лазурную воду, и его лопоухую голову накрыла новая, абсолютно дикая для него мечта. Он захотел её поцеловать. Прямо здесь. По-настоящему. Чтобы её шутовской колпак с бубенчиками свалился в песок, а она перестала болтать и просто замерла в его руках. От этих мыслей кончики его длинных фиолетовых ушей мгновенно окрасились в ярко-розовый цвет, под стать шортам.

— Так, надо остыть, а то я реально сейчас рассеюсь. — пробормотал Джекс сам себе.

Он резко поднялся и вальяжной походкой побрел к озеру. Ему срочно нужно было переключить внимание на привычный сарказм и угар, пока никто не заметил, как его плавит.

Джекс подошел к Помни, которая пыталась плыть на спине, но из-за маленького роста её постоянно переворачивало волнами, как поплавок.

— Так, малая, зрелище жалкое, — цинично протянул Джекс, складывая руки на груди. — Ты плывешь как топор. Давай помогу, так уж и быть. Приму благотворительность.

— Я не топор! Я Помни!—отфыркиваясь от воды, буркнула Помни. — Просто вода слишком… жидкая!

— Ага, конечно. Ну-ка, ложись на воду, я придержу.

Помни недоверчиво хмыкнула, но легла на спину. Джекс аккуратно подставил свои длинные ладони под её поясницу. Ткань её мокрого топа в полоску была прохладной, а сама Помни оказалась такой крошечной и легкой, что у Джекса на секунду перехватило дыхание. Он смотрел на неё сверху вверх, и её лицо было так близко. Губы Помни слегка приоткрылись, на ресницах блестели капли.

«Сейчас. Просто наклонись и поцелуй её», — заорал внутренний голос Джекса.

Кролик сглотнул, его сердце застучало в ушах как сумасшедшее. Он уже начал медленно опускать голову, как вдруг Помни резко перевернулась, потеряв баланс, и с криком: «Ой, тону!» ухватилась обеими руками за его шею, утягивая за собой под воду.

Они оба с брызгами ушли на дно, пересчитывая носами цифровые водоросли. Когда они вынырнули, Джекс кашлял, а на его левом ухе красовалась маленькая зеленая тина. Помни покатывалась со смеху, а Джекс сердито бурчал:
— Всё, уроки окончены. Твой тренер уходит на пенсию.

Чуть позже они сидели на полотенцах. Солнце Кейна пекло не на шутку. Рагата, заметив, что Помни начала подозрительно краснеть, крикнула из своего песочного замка:
— Помни, намажь плечи кремом, а то сгоришь!

— О, давай сюда, я сделаю, — Джекс перехватил тюбик с белым кремом. — А то эта малявка сама себе только глаза замажет.

Помни послушно повернулась к нему спиной. Джекс выдавил немного прохладного крема на ладони и мягко коснулся её плеч. Он старался действовать лениво и небрежно, но его пальцы двигались удивительно нежно. Помни тихонько вздохнула от приятной прохлады и чуть расслабилась. Джекс засмотрелся на её тонкую шею, на то, как смешно подергивались плечи. Ему безумно захотелось обнять её сзади, уткнуться носом в затылок и зашептать всякую глупость. Он на секунду замер, полностью погрузившись в свои романтичные мечты.

И тут из кустов с диким криком вылетел Королёр:
— ШАХ И МАТ, ПЛЯЖНЫЕ ЖИТЕЛИ! КРАКЕН АТАКУЕТ!

Королёр со всей дури прыгнул на их полотенце, споткнулся о ведерко и полетел прямо на них. В полете его летающая рука задела тюбик, и весь белый крем мощной струей выстрелил Джексу прямо в лицо, идеально замазав его желтые глаза и наглый нос.

Помни обернулась и замерла. Джекс сидел абсолютно белый, похожий на испуганное привидение, и только его длинные уши злобно подергивались.

— Ха-ха-ха! Джекс, ты теперь… ты теперь как кавайный зефирный кролик! — Помни упала на песок, держась за живот от дикого смеха.

— Королёр… — замогильным голосом произнес Джекс, медленно стирая крем с глаз. — Беги. Беги, пока я не сделал из тебя начинку для пирога тетушки Мерри.

Вечер опускался на пляж. Локация начала медленно темнеть, окрашиваясь в приятные фиолетовые и синие тона. Все притихли. Рагата и Королёр достраивали самую большую башню, Зубл и Гэнгл о чем-то тихо шептались у костра, который Кейн зажег прямо на песке.

Джекс и Помни сидели у самой кромки воды. Волны лениво лизали их пальцы ног. Самый угарный и счастливый день в их жизни подходил к концу.

— Спасибо, Джекс, — тихо сказала Помни, прижимая колени к груди и глядя на заходящее цифровое солнце. — Это было… лучшее приключение. Настоящее.

Джекс ухмыльнулся, но как-то очень мягко. Он повернул голову и посмотрел на её профиль.
— Да ладно тебе, малая.

Помни улыбнулась и несильно толкнула его плечом. Джекс не шелохнулся. Он просто сидел рядом, чувствуя, как его рука на песке находится всего в паре сантиметров от её руки. Ему больше не нужно было орать в подушку. Ему просто было хорошо.

Зубл резко затормозила прямо перед шезлонгом Джекса, уперев свою клешню в бедро. На её голове со свистом бешено крутилась вертушка, а единственный круглый глаз сузился до размеров игольного ушка.

— Это что за херня?! — грубо рявкнула она, переводя взгляд с пунцового Джекса на мокрую Помни. — Что тут происходит? Джекс, с тобой что вообще?! Я так и слышу целыми днями от тебя: «ПОМНИ. ПОМНИ. ПОМНИ. ПОМНИ. ПОМНИ.» Без конца!!!

Джекс мгновенно подобрался, а его длинные уши испуганно встали торчком. Маска циника на секунду слетела, обнажая чистую панику.

— Интересно, ты вообще о чем-то другом думаешь? — продолжала наезжать Зубл, угрожающе пощелкивая деталями. — Ты даже перестал разбивать маску комедии Гэнгл! Она сегодня весь день счастливая ходит, это конечно очень хорошо, я рада, но все же не понимаю…

Помни, сидевшая рядом с кокосом, удивленно моргнула и перевела взгляд на кролика. Джекс почувствовал, как к горлу подкатил горячий ком. Секрет его ночных криков в подушку висел на волоске. Чтобы не выдать себя перед Помни, он мгновенно включил режим максимальной агрессии:

— Заткнись, сучка, — процедил он сквозь зубы, уродливо оскалившись.

Зубл на секунду онемела от такой наглости. Её челюсть буквально съехала набок.

— КАК ты меня обозвал?! — прошипела она.

— С-У-Ч-К-А, — по буквам, нагло глядя ей прямо в глаз, повторил Джекс.

Договорить он не успел. Длинная, угловатая клешня Зубл с глухим щелчком метнулась вперед и мертвой хваткой замкнулась прямо на его фиолетовой шее. Она с силой прижала кролика к спинке шезлонга, перекрывая кислород. Джекс захрипел, его глаза округлились, а розовые шорты смешно задрались. Помни в испуге отпрянула назад, едва не выронив коктейль.

Зубл подержала его так пару секунд, давая прочувствовать всю глубину его неправоты, а затем резко разжала клешню. Джекс рухнул обратно на ткань, судорожно хватая ртом воздух и потирая шею.

— Идиот, — брезгливо бросила Зубл, развернулась на своих разноцветных шарнирах и быстрым шагом ушла прочь по песку, гордо задрав рог, но втайне была рада таким изменениям.

В воздухе повисла неловкая, звенящая тишина. Помни медленно повернулась к кашляющему Джексу. На её лице смешивались удивление, любопытство и легкая, едва заметная улыбка.

— Так значит… — протянула она, хитро прищурив свои разноцветные зрачки. — «Помни, Помни, Помни»? Целыми днями, да?

Помни тихонько хмыкнула, придвигаясь к нему чуть ближе. Броня Капитана Шорты-до-колен окончательно дала трещину.

Джекс почувствовал, как у него кровь к ушам прилила с такой силой, что они стали цвета его дебильных розовых шорт. Внутри всё орало: «Блядь, Зубл, чтоб твои шарниры нахрен заржавели!» Он резко отвернулся, делая вид, что замок Рагаты — это самое интересное говно, которое он видел в жизни.

— Да Зубл просто… бля, ей детали в воде окончательно отшибло, — буркнул он, пытаясь вернуть свой наглый тон, но голос предательски дал петуха. — Не слушай эту кучу хлама, малая. Она несет херню.

Помни тихонько хмыкнула. Джекс сглотнул. Сердце херачило в ребра так, что, казалось, сейчас проломит комбинезон. Он повернулся обратно, посмотрел на её мокрый полосатый топ, на эти дурацкие бубенчики и понял: ладно, похер. Момент настал. Надо сказать этой дуре всё прямо сейчас, пока его окончательно не разорвало на куски.

Он набрал в легкие воздуха, открыл рот:
— Слышь, Помни, короче… Я типа реально…

Но Цирк не был бы Цирком, если бы Джексу дали нормально поговорить.

Из воды с оглушительным, победным свистом вылетела огромная серая туша. Помни в ту же секунду подорвалась с шезлонга, забив на Джекса большой и толстый болт.

— О-о-о-о, Рагата, глянь, какого я дельфина откопала! Лови его нахрен! — заорала Помни, прыгая в воду прямо в шортах.

Через минуту эта сумасшедшая шутиха уже сидела верхом на цифровом дельфине, а сзади неё, мертвой хваткой вцепившись в её полосатый топ, визжала худая Рагата в своем синем купальнике. Дельфин выдал ультразвуковой писк и понес их по озеру на бешеной скорости. Помни крутила водяным пистолетом над головой и орала как поехавшая: «ПОГНАЛИ-И-И-И!», распугивая несчастного Королёра, который в панике пытался спасти свою капусту (откуда она у него?) от гигантских брызг.

Джекс так и остался сидеть на шезлонге с открытым ртом.

— Ну пи#дец… — выдохнул он, закрывая лицо ладонями. — Какая же она конченая. Ну за что мне это говно?

— Че, Ромео, облом? — над ухом раздался язвительный, но теплый голос Зубл.

Она стояла рядом, скрестив свои уродливые неоновые руки на груди, и откровенно ржала над его кислой миной. Рядом с ней стояла Гэнгл. Её маска комедии сияла так, будто она выиграла миллион долларов, а в руках ленточная кукла держала огромную, сука, разноцветную пиньяту в виде осла.

— Отвалите от меня, нахрен, — огрызнулся Джекс, пытаясь встать. — Пойду притоплю эту Багиру на её селедке…

— Ага, щас, разбежался, — Гэнгл внезапно сделала шаг вперед. На её роже застыл такой непривычный, чистый садизм, что Джекс даже среагировать не успел.

Гэнгл покрепче перехватила пиньяту за хвост, размахнулась от самого плеча и с глухим, сочным хрустом ХЕРАНУЛА Джекса этим картонным ослом прямо по лопоухой бошке!

— ПОЛУЧАЙ! ЭТО ЗА ВСЕ МОИ МАСКИ! — завизжала Гэнгл, пока пиньята разлеталась в щепки, засыпая Джекса фальшивыми конфетами и мишурой.

Кролик с глухим матом рухнул обратно на шезлонг, держась за гудящую голову. Зубл согнулась пополам от дикого, утробного хохота, указывая на него своей клешней, а Гэнгл победно потряхивала остатками осла.

Джекс сидел в куче блесток, с конфетой на ухе, смотрел на прыгающую на дельфине Помни и думал только об одном: «Если я не сдохну в этом приключении, я точно сойду с ума. Но, блядь… какая же она офигенная».

Вечер опустился на Цирк. В общем зале было тихо, но Джексу было глубоко похер. В его лопоухой башке крутилась только Помни. 24 на 7.

Черта привязанности осталась позади — он её перешагнул. Теперь он до усрачки боялся, что с ней что-то случится, что она рассеется, как Риббит. Но прямо сейчас его штормило от другого: а вдруг эта дерзкая мелкая дура просто пошлет его нахер?

Джекс дошел до её комнаты, резко нажал на ручку и толкнул дверь, заходя внутрь без стука.

Помни сидела на краю кровати и крутила в руках свой шутовской колпак. От грохота двери она подскочила. Не успела она издать ни звука, как Джекс сделал два огромных шага, резко притянул её к себе и крепко, до хруста, обнял, прижимая её маленькое тело к своей груди. Колпак вылетел у неё из рук и шмякнулся на пол.

Помни замерла от неожиданности, упершись ладонями ему в бока.

— Эмм, Джекс? — дерзко, но растерянно спросила она, пытаясь заглянуть ему в лицо. — Ты что творишь? Ты как-то слишком крепко обнимаешь меня… Раньше меня отталкивал, а теперь…

Джекс молчал. Он просто крепко держал её в руках и смотрел ей прямо в глаза сверху вниз. Ему нужно было время. Секунда, две, три. Вся его наглая спесь куда-то испарилась.

— Ты мне нравишься, — тихо, но твердо сказал он.

— Ч-Чего?… — Помни испуганно моргнула, а её разноцветные зрачки сузились до размеров спичечных головок.

— Нравишься, — повторил Джекс, и кончики его длинных ушей мгновенно стали пунцовыми.

— … — Помни тупо молчала, разинув рот от тотального шока.

— Да ты что, глухая, что ли? — Джекс внезапно коротко и хрипло рассмеялся, маскируя свое дикое смущение. — Говорю: НРАВИШЬСЯ, ПОМНИ!

Он резко наклонился и впился в её губы. И тут пошло поехало…

Джекс целовал её жадно, собственнически, переплетая свои длинные пальцы с её тонкими ладонями. Помни сначала рефлекторно дернулась, но тепло его тела и то, как сильно он сжимал её в объятиях, вышибли из неё все остатки дерзости. Она шумно выдохнула ему в губы и яростно ответила на поцелуй, подаваясь вперед и вцепляясь пальцами в его фиолетовый комбинезон. Они сплелись в один горячий клубок, забыв обо всем уродстве Цирка вокруг. Джекс запустил руку ей в волосы, притягивая еще ближе, сминая её губы до головокружения, пока воздух в комнате окончательно не закончился.

Джекс резко оторвался от неё, шумно дыша. На его лице расплылась довольная, шальная рожа. Он выпустил её из объятий, подмигнул ошарашенной девчонке и, не говоря больше ни слова, крутанулся на пятках и выскочил из комнаты, громко хлопнув дверью.

Оказавшись в пустом ночном коридоре, Джекс выждал секунду, а потом от переполнявшего его сумасшедшего счастья он ка-а-ак подпрыгнул вверх, со всей дури взмахнув длинными ногами в воздухе! Он едва не пробил головой потолок.

— Да-а-а-а, сука! — победно прошептал он, укусив собственный кулак, чтобы не заржать на весь павильон, и быстрыми шагами погнал к своей комнате.

А Помни так и осталась стоять у кровати. Она медленно опустилась на матрас, тяжело дыша, и прижала ладонь к искусанным, горящим губам. На её щеках пылал густой румянец, а в голове был полный, абсолютный шок вперемешку с дикой радостью.

Похоже, завтра им предстоит очень интересный денек…