S. S. S.

Утро. Снова уроки. Снова экзамены.

Команда «Вольтрон» сидела в классе, прикованная к партам магией расписания и обещанием, что «прогульщикам поставят незачёт и оставят на второй год». Соник хотел спорить, но Шедоу зажал ему рот рукой.

— У нас пересдача, — сказал Шедоу. — Ты завалил экзамен две недели назад.

— Я не завалил. Я просто не пришёл.

— Это одно и то же.

Соник вздохнул. Достал из-за пазухи яблоко. Надкусил. Учитель — тот самый, с бородой, который уже видел разрыв реальности — сделал вид, что не заметил.

— Итак, — сказал учитель, раздавая листы с заданиями. — Сегодня пересдача по магии хаоса. Вопросы теоретические и практические. Время — два часа. Никаких подсказок. Никаких тентаклей. Никаких копий.

Копия Соника, которая сидела в тени под его партой, обиженно зашипела.

— Я не про тебя, — сказал учитель, даже не оборачиваясь. — Ты — часть его магии. Тебя разрешается использовать... в разумных пределах.

Копия довольно улыбнулась. Соник пнул её ногой. Она укусила его за лодыжку.

---

Теоретическая часть.

Вопросы были сложными. О магических потоках, о древних артефактах, о взаимодействии хаоса и порядка. Сильвер писал медленно, морща лоб. Тейлз быстро, строчка за строчкой. Руж красиво — с завитушками и комментариями на полях.

Соник писал не глядя. Его рука двигалась по бумаге с такой скоростью, что перо дымилось. Он отвечал на вопросы, жевал яблоко (второе) и одновременно переписывался с копией (она писала у него на полях, мелким шрифтом: «этот учитель нудный», «я хочу в тень», «после экзамена убежим?»).

Шедоу писал... странно.

Он смотрел в лист. Потом на Соника. Потом на учителя. Потом снова в лист. Его рука зависла над первым вопросом — «Назовите три способа стабилизации хаотического потока» — и не двигалась.

«Я знаю это, — подумал Шедоу. — Я учил это. Я... Я ничего не помню».

Его ладонь вспотела. Перо выскользнуло из пальцев.

— Шедоу, вы в порядке? — спросил учитель.

— В полном, — ответил Шедоу, поднимая перо.

Он снова посмотрел в лист. Цифры и буквы расплывались. В голове была пустота.

«Я дебил», — впервые в жизни подумал Шедоу. И эта мысль застряла там, как заноза.

---

Практическая часть.

Учитель вызвал каждого к доске.

Сильвер показал щит — огромный, красивый, с синими прожилками. Учитель похвалил. Тейлз показал свой гаджет — он запустил его в воздух, и тот описал круг, рассыпая искры. Руж продемонстрировала управление лезвиями — они сложились в слово «Профессор», и учитель растрогался.

Соника вызвали последним.

Он встал, лениво подошёл к доске, взял мел.

— Что вы хотите увидеть? — спросил он.

— Вопрос номер пять. Теоретический. Вы не ответили на него в письменной части.

Соник перечитал вопрос. «Опишите процесс слияния двух хаотических потоков с разной природой магии». Ухмыльнулся.

— Это легко, — сказал он.

Он щёлкнул пальцами. Из его руки вырвался синий поток. Из тени — копия — вырвался фиолетовый. Они встретились в воздухе, переплелись, закружились, превратившись в сияющую спираль.

— Первый этап — синхронизация, — сказал Соник, указывая мелом на спираль. — Второй — принятие чужой магии как своей. Третий — слияние.

Спираль засветилась ослепительно-белым и исчезла.

— Десять баллов, — сказал учитель. — Вы сдали на сто.

Класс зааплодировал. Соник поклонился. Вернулся на место. Шедоу смотрел на него с ужасом и обожанием одновременно.

---

Объявление результатов.

Учитель собрал листы, проверил (с помощью магии — они светились, если ответы были правильными) и объявил:

— Тейлз — девяносто пять баллов. Сильвер — восемьдесят. Руж — девяносто. Соник...

Учитель замолчал. Посмотрел на лист. Потом на Соника.

— Сто баллов.

Зал ахнул. Соник пожал плечами.

— Это было очевидно, — сказал он.

— Шедоу... — учитель взял его лист.

Шедоу замер. Внутри всё оборвалось. «Я завалил, — подумал он. — Я ничего не написал. Я позор совершенной формы жизни».

— Сто баллов, — сказал учитель.

Тишина. Полная. Абсолютная.

— Что? — переспросил Шедоу.

— Сто баллов, — повторил учитель. — Идеально. Все ответы правильные. Почерк, правда, странный — как будто писали два человека. Но ошибок нет.

Шедоу взял свой лист. Посмотрел на него.

Там были ответы. Его почерком. Но вопросы, которые он пропустил — те, на которые не знал ответа — были заполнены. Аккуратно. Правильно. Чужим почерком.

Он повернулся к Сонику. Тот сидел, жевал яблоко и смотрел в окно с видом «меня здесь нет».

— Соник, — сказал Шедоу. Голос — ровный, опасный.

— М?

— Ты написал за меня.

— Нет.

— Твой почерк.

— У меня нет почерка. Я пишу вихрем.

Шедоу посмотрел на лист. Потом под парту — на тень, где пряталась копия. Копия смотрела на него чёрными глазами и улыбалась.

— Это ты написала, — сказал Шедоу.

— Я ничего не писала, — ответила копия. — Я только помогала. Хозяин сказал, что ты заслуживаешь сдать.

— Я хотел сдать сам.

— Ты бы не сдал.

— Откуда ты знаешь?

— Ты смотрел в пустоту десять минут. Я считала.

Шедоу закрыл лицо руками. В его голове крутилась одна-единственная мысль, пульсирующая, как изумруд на груди:

«Я дебил. Я дебил. Я дебил».

— Ты не дебил, — сказал Соник, не глядя.

— Не читай мои мысли.

— Они написаны у тебя на лице. Красными буквами.

— Это не лицо. Это щёки. Они всегда красные.

— Поэтому ты и дебил.

Шедоу захотелось провалиться сквозь землю. Или убить Соника. Или поцеловать. Всё вместе, в любой последовательности.

— Я пересдам, — сказал он. — Честно.

— Не пересдашь, — ответил Соник. — Ты слишком гордый, чтобы признать, что тебе нужна помощь.

— Мне не нужна помощь.

— Ты только что получил сто баллов благодаря моей копии.

— Это... это...

— Это любовь, Шедс. Привыкай.

Шедоу замолчал. Потому что спорить с Соником было бесполезно. Потому что он был прав. Потому что внутри — глубоко, там, где пряталась гордость — Шедоу был благодарен.

— Спасибо, — сказал он тихо.

— Не за что, — ответил Соник.

И протянул ему яблоко.

---

После уроков.

Команда «Вольтрон» сидела в столовой. Соник и Шедоу — рядом. Сильвер — напротив, сжимая в кармане чёрную ленту. Руж — с телефоном, строчила сообщения Эми (они мирились, медленно, но верно). Тейлз — доедал рис.

— У меня сто баллов, — сказал Соник.

— У меня тоже, — ответил Шедоу без энтузиазма.

— Твои не считаются.

— Почему?

— Потому что за тебя написали.

Шедоу покраснел. Сильвер подавился рисом. Руж сделала селфи на память.

— А у меня восемьдесят, — сказал Сильвер, пытаясь откашляться.

— Молодец, — сказал Соник. — Ты честно заработал.

— Ты тоже можешь честно, — буркнул Шедоу.

— Могу. Но не хочу. Мне лень.

— Ты невозможен.

— А ты — дебил.

— Я НЕ ДЕБИЛ!

— У тебя уши дёргаются.

— МОИ УШИ НЕ ДЁРГАЮТСЯ!

— Дёргаются. Оба. Красные. Стыдные.

Руж уронила телефон. Тейлз закрыл лицо руками. Сильвер смотрел на них с открытым ртом.

— Они всегда так общаются? — спросил он.

— Всегда, — ответил Тейлз. — Привыкай.

— Я не привыкну.

— Привыкнешь. Я тоже так думал.

---

А в тени под столом сидела копия Соника. Она смотрела на Шедоу, на его красные уши, на его сжатые кулаки, на его изумруд, который светился в такт сердцу.

— Ты не дебил, — сказала она. — Ты просто влюблён.

Шедоу не ответил.

Но его уши перестали дёргаться.