S. S. S.

Новый день начался с того, что Руж ворвалась в столовую с криком:

— У меня идея!

Все замерли. Тейлз выронил ложку. Сильвер поперхнулся чаем. Блейз прищурилась.

— Какая? — спросил Наклз, который уже привык, что идеи Руж обычно заканчиваются разрушениями.

— Копия Соника должна познакомиться с копией Шедоу!

Тишина.

— Потом я передумала, — продолжила Руж, не давая никому опомниться. — Будет битва.

— Что? — хором спросили Шедоу и Соник.

— Битва! — Руж взмахнула крыльями. — Шедоу и его копия против Соника и его копии. Гениально, правда?

Соник задумался. Его зрачки — один обычный, один лиловый — превратились в треугольники.

— Я не против, — сказал он.

— Я против, — сказал Шедоу.

— Твоего мнения никто не спрашивал, — отрезала Руж. — Всем готовиться! Через час на арене!

---

Арена гудела. Зрители заняли места. Профессора сидели в первом ряду с попкорном и блокнотами. Руж — в комментаторской кабине, с микрофоном и с улыбкой, от которой у Наклза подкашивались колени.

— Дамы и господа! — провозгласила она. — Сегодня — событие, которое войдёт в историю! Битва копий! С одной стороны — Соник и его копия!

Соник вышел на арену. Белый (сегодня без косплея, в обычных шортах и футболке «SONIC!»), босой, с пульсирующей звездой на лбу. Рядом — его копия. Такая же. Белая, с крыльями (она их не убирала), с треснутым нимбом, с кровью на щеке. Но глаза — не лиловые и зелёные, а чёрные. Пустые. Злые. И два глаза. Два. Потому что копия не была слепой на один глаз, как оригинал после ссоры с Шедоу.

— С другой стороны! — продолжала Руж. — Шедоу и его копия!

Шедоу вышел. В чёрном (сегодня без косплея, в обычном хаори и аэроботинках), с идеальной осанкой и каменным лицом. Рядом — его копия. Такая же. Чёрная, с красными полосами на хаори, с длинными чёрными волосами и пустыми красными глазами. Она была точной копией — но холоднее. Если Шедоу был льдом, то его копия — абсолютным нулём.

— Правила простые! — крикнула Руж. — Победитель — один! Проигравший — будет страдать! Начали!

---

Первые секунды прошли в разведке.

Копия Соника бросилась на Шедоу — быстро, как молния. Оригинал Шедоу выставил щит. Копия Шедоу атаковала Соника-оригинала сгустком тёмной энергии.

Соник увернулся. Улыбнулся. Острые зубы блеснули.

— Слабо, — сказал он.

— Проверим, — ответила копия Шедоу. Голос — как у оригинала, но без эмоций. Холодный. Пустой.

---

Битва разгоралась.

Копия Соника была бешеной. Она атаковала без остановки, не давая Шедоу ни секунды на размышление. Новый щит — вдребезги. Ещё щит — вдребезги. Шедоу едва стоял на ногах, его дыхание сбилось, хаори порвалось в трёх местах.

Копия Соника с явным удовольствием направилась добить его. Чёрные глаза горели, крылья расправились, на губах застыла жуткая улыбка.

Но тут в эту копию прилетел тёмно-багровый шар.

Шар был огромным. Пульсирующим. Смертельным.

Копия Соника отлетела. Кубарем покатилась по земле. Изо рта потекла голубая кровь — яркая, светящаяся, похожая на жидкое электричество.

Копия Шедоу опустила руку. Это она атаковала.

— Не трогай моего оригинала, — сказала она. Голос — всё так же холоден, но в нём проскользнуло что-то... собственническое.

Копия Соника поднялась с земли. Вытерла голубую кровь тыльной стороной перчатки. И побежала обратно. К Шедоу. К его копии. Ко всем.

— Беги! — крикнула она.

И атаковала.

---

Шедоу и его копия держали двойной щит. Багровый, плотный, почти непробиваемый.

Он трескался так же быстро, как и терпение.

Копия Соника била по нему с яростью, которую нельзя было описать. Удар. Ещё удар. Ещё. Щит вибрировал, но держался. Копия Шедоу вливала в него всю свою энергию, но этого было мало.

Соник-оригинал в это время закрутился в спин-дэш. Синий вихрь — компактный, разрушительный — рванул вперёд. И врезался в щит.

Пробил его насквозь.

Щит рассыпался, как стекло. Соник налетел на копию Шедоу — схватил её за плечи, отшвырнул в сторону. Та кубарем покатилась по земле, оставляя за собой тёмную дорожку.

Потом Соник отскочил обратно. Встал рядом со своей копией. Они переглянулись. Кивнули.

— Хорошая работа, — сказал оригинал.

— Ты тоже неплох, — ответила копия.

---

Шедоу тем временем кое-как успел собраться. Он поднял руку. Сгусток энергии — тёмно-красный, пульсирующий — сформировался в его ладони.

Самонаводящийся.

Шедоу бросил.

Сгусток врезался в Соника. Тот отлетел. Стукнулся головой об стену арены. Замер.

Его глаза — один зелёный, один лиловый — сузились.

— Ты... — начал он.

Не договорил.

Потому что его копия мгновенно отреагировала. Чёрные глаза расширились, крылья расправились, нимб треснул ещё сильнее. Она ринулась в атаку с большей сосредоточенностью — била по Шедоу без остановки, не давая ему даже дыхание перевести.

А оригинал-Соник в это время... превращался в тьму.

Буквально. Полностью.

Его тело начало растворяться, рассыпаться на чёрные частицы. Стало видно только сияющие глаза. Лиловые. Бешеные. Безумные.

Он закрутился в вихрь.

Этот вихрь был чёрным. С серыми отблесками. С молниями, которые били изнутри. С запахом яблок и грозы.

Его копия, услышав этот звук, обернулась. Увидела вихрь. И побежала к нему.

Она влилась в него без колебаний. Как будто это было самое естественное в мире.

Вихрь стал расти. И расти. И расти... пока не стал ростом до небес.

— О боже, — прошептал Тейлз.

— Это конец, — добавила Эми.

— Я снимаю, — сказала Руж, поднимая телефон.

Вихрь начал нестись на Шедоу и его копию.

Они вдвоём выставили щит — последний, потратив последнюю энергию. Копия Шедоу стояла впереди, вливая в щит всё, что у неё было. Шедоу — сзади, подпитывая её.

Щит держался. Но трескался.

Медленно. Неумолимо.

Трещина пошла от края до края. Потом ещё одна. Ещё.

— Держись! — крикнул Шедоу.

— Держусь! — ответила копия.

Трещины становились глубже. Вихрь приближался.

— ДЕРЖИСЬ!

— Я ПЫТАЮСЬ!

БАБАХ!

Вихрь ударил в щит. Звук был такой, будто мир раскололся пополам. Все четверо разлетелись в стороны.

---

Зрители замерли.

Пыль оседала медленно. Арена была разрушена — воронки, трещины, осколки щита.

Шедоу упал на свою копию. Живой, но замученный до истерики. Его дыхание было хриплым, глаза закрыты, руки дрожали.

Копия Шедоу под ним даже не дёргалась. Потому что копии не чувствуют физической боли. Они могут только истекать кровью. А из её плеча текла тёмная, почти чёрная кровь — смешиваясь с пылью.

— Тяжёлый... — прохрипела копия. — Как камень. И такой же тупой.

Шедоу не ответил. Он был без сознания.

А Соник-оригинал... поймал свою копию.

В тот момент, когда все четверо разлетались, он включил левитацию, спрыгнул на пол и поймал её. Прямо в руки. Как принцессу. Как сокровище. Как самое дорогое, что у него было.

Копия смотрела на него глазами, полными ужаса, благодарности и обожания пополам со смущением. Её чёрные глаза расширились, крылья дрожали, голубая кровь всё ещё текла изо рта.

— Ты... — прошептала она. — Ты поймал меня.

— Конечно, — ответил Соник, опуская её на землю. — Ты — моя копия. Моя душа. Я не могу тебя потерять.

Она отвернулась. Но было видно, как её уши — ежовые, чёрненькие — покраснели на кончиках.

— Идиот, — сказала она тихо.

— Знаю, — ответил Соник.

Копия Соника крикнула куда-то в сторону — на самом деле обращаясь к копии Шедоу:

— А твой оригинал трус! Чуть не раздавил тебя! ХЫХЫХЫ!

— ...Я согласен с этим, — кряхтя под тяжёлой тушей, прохрипела копия Шедоу.

Она скинула оригинал с себя. Тот глухо стукнулся головой об пол, застонал, но не проснулся. Копия отряхнулась, презрительно оценивая ситуацию. Но не испарилась.

— Ты тяжёлый, как камень. И такой же тупой, — повторила она.

Она посмотрела на двух Соников. Её красные глаза — пустые, холодные — на секунду замерли. И глаз начал дёргаться. Один. Правый.

Соник-оригинал в это время отряхивал плечи своей копии. С таким благоговением и счастливым лицом, что становилось тошно. Он поправлял её крылья, убирал волосы с лица, вытирал голубую кровь с подбородка.

Она смотрела в одну точку. И, кажется, не моргала. И медленно краснела — щёки, уши, даже кончики крыльев стали розоветь.

— Ты в порядке? — спросил Соник.

— Да, — выдавила копия. — Просто... не привыкла, чтобы меня ловили.

— Привыкай.

---

Копия Шедоу медленно, с чувством собственного достоинства переступила через свой оригинал. Не глядя на него. Как через мусор. И пошла к оригиналу-Сонику.

Она села у его ноги. С каменным лицом. Сложила руки на коленях. И косилась на свой полусдохший оригинал с ленивым презрением.

— Мой оригинал слабый, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь. — Этот синий лучше. Я останусь у него. Ты не против?

Копия Соника зашипела. Как кошка, охраняющая котёнка. Крылья расправила, нимб треснул ещё сильнее, чёрные глаза сверкнули.

— Это мой оригинал, — сказала она. — У тебя есть свой. Иди учи его жизни.

— Он бесполезен, — ответила копия Шедоу, даже не поворачивая головы в сторону своего оригинала, который всё ещё лежал без сознания.

— ...Ладно, ты права, — нехотя согласилась копия Соника. — Но Соул всё равно мой.

— Соул? — переспросила копия Шедоу. — Ты называешь свой оригинал душой?

Копия Соника гордо фыркнула. И незаметно (нет, заметно — все видели) оттащила Соника подальше от копии Шедоу. Взяла за руку и буквально отшвырнула в сторону, подальше от опасной чёрной ежихи.

Никто не обиделся. Кроме оригинала Шедоу, наверно. Но он всё ещё был без сознания.

— Моя душа, — повторила копия Соника, прижимаясь к оригиналу. — И никому не отдам.

Соник обнял её за плечи.

— Никому и не надо, — сказал он. — Ты у меня одна.

— Две, — поправила копия. — Ты — оригинал, я — копия. Но мы — одно.

— Одно, — согласился Соник.

---

А на трибунах Руж вытирала слёзы.

— Это прекрасно, — сказала она. — Я сейчас умру от умиления.

— Ты умрёшь от того, что Шедоу очнётся и убьёт всех за то, что его копия перешла на сторону врага, — заметил Тейлз.

— Тоже вариант.

Шедоу очнулся через пять минут. Увидел свою копию, которая сидела у ног Соника и смотрела на него — на Шедоу — с презрением. Увидел, как копия Соника прижимается к оригиналу. Увидел разрушенную арену.

— Что... — начал он.

— Ты проиграл, — сказала его копия, даже не обернувшись. — Твой щит — говно. Твоя скорость — улитка. Твоя осанка — единственное, что в тебе хорошо.

Шедоу закрыл глаза.

— Я согласен, — сказал он.

Копия Шедоу наконец повернулась к нему. Посмотрела долгим, холодным взглядом.

— Иди тренироваться, — сказала она. — Я вернусь, когда ты станешь достоин.

И она исчезла. Растворилась в воздухе, как дым.

Копия Соника посмотрела на пустое место. Потом на своего оригинала.

— Она была права, — сказала копия. — Твой друг — слабый.

— Он не слабый, — ответил Соник. — Он просто... ещё не понял, что может быть сильным. Не только щитами.

Копия фыркнула. И тоже исчезла. Но перед этим поцеловала Соника в щёку. Быстро. Как молния.

— До встречи, душа, — сказала она.

— До встречи, — ответил Соник.

Он остался один на разрушенной арене. Подошёл к Шедоу. Протянул руку.

— Вставай, — сказал он. — Твоя копия права. Тебе нужно тренироваться.

— Я знаю, — ответил Шедоу, хватая его за руку.

Он встал. Пошатнулся. Соник поддержал его за локоть.

— Ты держишься за меня, — заметил Шедоу.

— Ты шатаешься, — ответил Соник.

— Это одно и то же.

— Нет. Это называется «забота».

Шедоу не ответил. Но его уши — чёрные, ежовые — покраснели.

А на трибунах Руж всё ещё плакала.

— Это лучшая битва в моей жизни, — сказала она.

— В моей тоже, — согласился Тейлз.

— И в моей, — добавил Сильвер.

Блейз молчала. Но её огонь — в волосах, на кончиках пальцев — горел ярче обычного.