7
Ты не выдержала этого накала. Стыд и смущение переполнили тебя окончательно. Резко убрав ладони от пылающего лица, ты вскочила со скамьи Большого зала, едва не опрокинув кубок с соком. Не оглядываясь на ошарашенных Гарри и Рона и пунцовую Гермиону, ты бросилась бежать к выходу под удивленные шепотки студентов.
Тяжелые дубовые двери захлопнулись за твоей спиной, и ты помчалась по пустому коридору. Но уйти далеко тебе не дали. Две пары длинных ног легко нагнали тебя уже у первых движущихся лестниц. Фред и Джордж перехватили тебя за руки с двух сторон, мягко, но настойчиво заставляя остановиться. На их лицах не было злости — только искреннее, неподдельное удивление.
— Эй, гриффиндорка, притормози! — ласково позвал Фред, заглядывая в твоё лицо.
— Почему наша девочка так стесняется? — искренне не понимая, спросил Джордж, заправляя выбившийся локон тебе за ухо. — Мы ведь просто сказали им правду. Пусть знают, что ты наша. Зачем скрывать то, что было так здорово?
Ты резко развернулась к ним. Из твоих глаз брызнули слезы, катясь по раскрасневшимся щекам, а дыхание перехватило от обиды и смущения. Ты посмотрела на этих двоих — таких сильных, уверенных и абсолютно невозможных.
— Да потому что вы... вы просто идиоты! — сорвалась ты на плач, со всей силы шлепая ладонями по их груди. — Вы невозможные, ненормальные идиоты! Рассказать Рону и Гарри про диван?! Про то, как я стонала?! Вы хоть понимаете, как это звучало?! Я со стыда там чуть сквозь землю не провалилась! Вы вообще не думаете о моих бедных нервах!
Ты закрыла лицо руками, судорожно всхлипывая. Твой гневный выпад и слезы мгновенно сбили с близнецов всю их наглую спесь. Издевательские улыбки тут же исчезли с их лиц. Фред и Джордж испуганно переглянулись, поняв, что их гриффиндорская прямота и желание заявить на тебя права перед всем миром действительно сильно ранили и напугали тебя.
Они не стали спорить или оправдываться. Синхронно сделав шаг вперед, близнецы одновременно и невероятно крепко обняли тебя.
Фред прижал тебя к своей груди, утыкаясь носом в твои волосы и бережно поглаживая по спине, а Джордж обнял со спины, укутывая в свои сильные руки и целуя в макушку. Они создали вокруг тебя настоящий кокон из тепла, защиты и любви, полностью скрывая от всего Хогвартса за своими широкими плечами.
— Ну тихо, тихо... Прости нас, — тихо и ласково зашептал Фред тебе на ухо, и в его голосе больше не было издевки — только нежность. — Мы дураки, Т/И. Самые настоящие рыжие придурки. Мы просто так сильно любим тебя и так гордимся тем, что ты наша, что совсем потеряли голову.
— Извини, маленькая, — мягко добавил Джордж, сильнее прижимая тебя к себе и согревая своим дыханием твою шею. — Мы больше никогда не скажем лишнего слова парням, если ты этого не хочешь. Не плачь, пожалуйста. Мы с тобой.
Ты уткнулась носом в ткань мантии Фреда, чувствуя, как твоя обида медленно тает под напором их искреннего раскаяния. Эти двое могли быть невыносимыми, наглыми и сумасшедшими, но в их объятиях ты чувствовала себя самой любимой и защищенной девушкой во всем замке.
Ты резко отпрянула от их груди, разрывая эти теплые объятия. Слезы всё еще катились по твоим щекам, а в глазах горели глубокая обида и разочарование. Ты смотрела на Фреда и Джорджа, которые замерли перед тобой с виноватыми, растерянными лицами, не решаясь снова к тебе прикоснуться.
— Я ведь доверилась вам! — твой голос сорвался на прерывистый, горький шепот. — Я пошла за вами ночью, нарушила все правила... Я думала, что всё, что произошло в Выручай-комнате, всё, что было на этом диване — это наше. Что это будет только между нами! Что это что-то особенное, тайное и сокровенное... А вы?
Ты сглотнула горький ком, подступивший к горлу, и судорожно вытерла слезы рукавом мантии.
— А вы просто пошли и выставили всё напоказ. Сделали из нашей ночи тему для обсуждения за завтраком перед всем Гриффиндором! Рассказали парням такие интимные подробности, как будто хвастались какой-то новой партией своих забастовочных зацеловок! Мне больно, парни. Мне ужасно больно от того, что вы так легко растоптали моё доверие ради того, чтобы просто потешить свое самолюбие перед Роном и Гарри.
Близнецы выглядели так, будто их одновременно ударили проклятием Оглушения. Вся их наглость, триумф и веселость бесследно испарились. Услышав слова «растоптали доверие», Фред бледнел на глазах, а Джордж судорожно сжал кулаки, и в его серых глазах отразилось такое острое, глубокое раскаяние, какого ты не видела у него никогда. Они наконец-то осознали, что их собственнический порыв и мальчишеское желание «пометить территорию» перед братом обернулись для тебя настоящим предательством.
— Т/И... Мерлин, Т/И, посмотри на меня, — Фред сделал к тебе робкий, неуверенный шаг, протягивая дрожащие ладони, но не смея коснуться твоих плеч. Его голос сорвался на хрип. — Мы... мы не думали об этом так. Клянусь тебе всеми галлеонами мира, мы не хотели сделать тебе больно. Мы идиоты, безмозглые рыжие придурки, которые сначала делают, а потом думают.
— Пожалуйста, не плачь, — Джордж опустился перед тобой на одну капсулу лестницы, чтобы смотреть на тебя снизу вверх, и его взгляд был полон отчаянной мольбы. — Фредди прав, мы повели себя как последние кретины. Мы так сильно пьянели от мысли, что ты выбрала нас, что захотели закричать об этом на весь Хогвартс, чтобы никто даже смотреть на тебя не смел. Мы не хвастались, Т/И... Мы просто дураки. Прости нас. Пожалуйста, дай нам шанс всё исправить. Мы сделаем всё, что ты скажешь.
Ты медленно перевела дыхание, глядя на то тонущее в раскаянии отчаяние, которое застыло на лицах близнецов. Твоё сердце всё ещё бешено колотилось от обиды, но вид Фреда, протягивающего к тебе дрожащие руки, и Джорджа, буквально замершего перед тобой на коленях, заставил тебя сдержать новый подступ слёз. Ты выпрямилась, холодно и решительно опустив руки.
— Хорошо, — твой голос прозвучал тихо, но в нём звенела сталь. — Я дам вам шанс. Один-единственный шанс.
Близнецы одновременно вскинули головы, и в их глазах вспыхнула слабая, безумная надежда. Фред открыл было рот, чтобы что-то сказать, но ты резко подняла указательный палец, заставив его осечься на полуслове.
— Но моё прощение вы получите только при одном условии, — ты посмотрела сначала на одного, потом на другого, чеканя каждое слово. — Вы прямо сейчас разворачиваетесь, идете обратно в Большой зал, подходите к Рону и Гарри и при всех говорите, что вы всё наврали. Что между нами ничего не было. Что вы просто глупо пошутили, чтобы потешить своё эго и разыграть младшего брата.
Джордж шумно сглотнул, а Фред на секунду замер, осознавая масштабы твоего требования. Сказать такое на глазах у половины факультета означало полностью растоптать собственную гордость и выставить себя полными дураками и лжецами перед всеми.
— Т/И... — тихо выдохнул Фред, но, встретив твой непреклонный, полный боли взгляд, тут же осёкся.
— Мы сделаем это, — твердо перебил его Джордж, поднимаясь с колен. В его глазах не было ни капли сомнения, только решимость. — Если это вернет твоё доверие, мы скажем им всё, что угодно. Пусть весь факультет думает, что мы последние балаболы. Нам плевать.
Фред согласно кивнул, его лицо снова стало серьёзным и собранным.
— Ты права, Т/И. Мы сами заварили эту кашу, нам её и расхлебывать. Пойдём с нами? Ты должна видеть, что мы не врём.
Ты молча кивнула, скрестив руки на груди, и последовала за ними.
Когда вы втроем вошли в двери Большого зала, там всё ещё стоял привычный гул голосов, звон посуды и смех. За гриффиндорским столом Рон как раз что-то эмоционально доказывал Гарри, активно размахивая вилкой. Ты остановилась у самых дверей, не желая подходить ближе, а близнецы, переглянувшись, уверенным шагом направились прямо к ребятам.
Их появление за столом сразу привлекло внимание — слишком уж серьёзными и мрачными были лица главных шутников школы.
— Эй, вы чего такие кислые? — хмыкнул Рон, заметив их. — Уже успели словить отработку от Филча?
Фред не стал садиться. Он опёрся ладонями о стол, заставив Рона замолчать, и заговорил достаточно громко, чтобы его услышали не только Гарри и Рон, но и сидящие рядом Гермиона, Симус и Лаванда.
— Закрой рот, Ронни, и послушай сюда, — громко и отчётливо произнес Фред. — Всё то, что мы наплели тебе пять минут назад про Т/И — это полное дерьмо. Мы всё наврали от первого до последнего слова.
В радиусе нескольких метров за столом мгновенно воцарилась тишина. Рон замер с открытым ртом, а Гарри удивленно перевёл взгляд с Фреда на Джорджа.
— В каком смысле наврали? — нахмурился Рон. — Вы же клялись...
— В прямом, — жёстко отрезал Джордж, делая шаг вперед. — Мы решили поиздеваться над твоей доверчивостью и придумали эту сказочку на ходу, чтобы посмотреть на твою глупую физиономию. Между нами и Т/И ничего не было. Она просто помогла нам ночью с патрулями, а мы повели себя как последние придурки и пустили грязные слухи ради дурацкой шутки. Так что завалите тему и забудьте всё, что слышали.
По гриффиндорскому столу всё ещё пробегал удивлённый и возмущённый шёпот. Гермиона, которая до этого строго отчитывала парней, вдруг замерла. Она внимательно посмотрела на тебя, стоявшую у дверей, затем перевела взгляд на близнецов. На её губах появилась едва заметная, понимающая улыбка. На самом деле Гермиона всё прекрасно знала про вас — она ещё ночью заметила твоё отсутствие, да и скрыть от её проницательного взгляда химию между вами тремя было просто невозможно. Но она решила подыграть тебе и просто тихонько посмеивалась в кулак, наслаждаясь тем, как испуганные близнецы публично искупают свою вину.
Фред и Джордж уже собирались облегчённо выдохнуть, решив, что буря миновала, как вдруг Рон прищурился. Его взгляд зацепился за твою воротниковую зону. Из-за того, что ты судорожно поправляла мантию, ткань немного съехала, обнажая нежную кожу.
— Слышьте, лжецы... — подозрительно протянул Рон, переводя взгляд с братьев на тебя. — Если вы всё наврали и ничего не было... то Т/И, а что это у тебя на шее за красные пятна? Выглядит так, будто тебя там стадо гиппогрифов зацеловало.
Ты мгновенно вспыхнула до кончиков ушей, судорожно натянув воротник мантии до самого подбородка. Сердце ушло в пятки. Гермиона у хмыкнула ещё громче, уткнувшись лицом в кубок с тыквенным соком, чтобы не расхохотаться в голос.
Близнецы среагировали одновременно, даже не повернув головы друг к другу. Их на ходу сработавший близнецовый телепатический аппарат выдал спасительную (как им казалось) ложь.
— Это всё наши новые конфеты! — в один голос выпалили они.
— Да, «Кровобатончики» новой модификации! — быстро подхватил Фред, активно жестикулируя. — Мы тестировали на Т/И новый побочный эффект. Оказалось, от них лопаются мелкие капилляры на коже.
— Ужасная аллергическая реакция, — с самым серьёзным лицом закивал Джордж, сделав скорбную мину. — Вот мы и просили её ночью помочь с противоядием. Так что, Ронни, это чистая наука, никакой романтики. Если хочешь, можем и тебе парочку дать, будешь весь в пятнах ходить.
Рон брезгливо поморщился и отодвинулся от братьев:
— Избавьте меня от своего тухлого товара. Вечно вы над людьми издеваетесь.
Гарри лишь покачал головой, возвращаясь к своему завтраку, окончательно потеряв интерес к теме. Напряжение в зале спало, и гриффиндорцы вернулись к своим разговорам.
Фред и Джордж незаметно перевели дух и снова посмотрели на тебя. На их лицах читалась дикая смесь облегчения, усталости и немого вопроса. Они выкрутились, сохранили твою тайну, хотя и выставили себя полными дураками, а Гермиона за столом продолжала тихо и по-доброму посмеиваться над всей этой ситуацией.