Отрешённый
Глава 20.
— До дна!
— До дна!!!
Радостные крики, смех и звонкие удары бокалов о столешницу раздавались со всех сторон. В воздухе витал сладковатый запах хмеля и жареного мяса со специями, а на заднем фоне играла слегка грубоватая, но ритмичная живая музыка.
Большая часть цирковой труппы находилась в просторном зале, который считался здесь самым популярным заведением, где можно поесть, выпить и повеселиться от души. И привёл нас сюда не кто иной, как сам Тэхен, после тяжёлого рабочего дня. Хотя со стороны выглядело так, словно он только ради этого и приехал в Аргтар.
Урсул звонко смеялся, держа в одной руке добротную пинту эля, а другой — обнимал какого-то бородатого гнома, который так же радовался, смеялся и пил эль так, словно это вода. Немного в стороне развлекался Боб. Кузнецы со всего города собрались около минотавра, чтобы померяться с ним силой. Нет, они не дрались. Каждый приносил прут, который сплавил самостоятельно. Причём рецепт сплава также индивидуальный. Гномы передавали прут минотавру, а тот должен был согнуть его, продемонстрировав свою чудовищную силу, а также недостатки их сплава.
Но каждый раз, когда Боб гнул прут, скручивая его в баранку, гномы охали, впечатлённые такой силой. Более того, владельцы прутов подбирали свои изделия и ценили их, подобно золоту. Как мне объяснили, гномы уважают силу, мастерство и умения.
Лиса также нашла, чем себя развлечь. Сидела в уголке подальше от Тэхена и Боба, а после решила сыграть с местными пьяницами в иргу «Найди орешек». Правила просты, как дважды два. Три деревянных стаканчика, один орешек. Бросаешь орешек под стаканчик, а после ловко тасуешь стаканы между собой. У человека напротив есть одна попытка, чтобы угадать, где же находится орешек. Кто-то угадывает, но по большей части все проигрывают.
Естественно, это махинации Лисы, но, видя улыбки и смех остальных, не сказала бы, что кто-то недоволен. Скорее, все воспринимают это как небольшое развлечение, позволяя себе расслабиться.
Нас притащил сюда Тэхен, но на то была ещё одна причина — это своего рода прощание со значимой частью циркачей. После того как мы пересекли границу империи, многие наконец-то смогли вздохнуть свободнее и предпочли осесть где-нибудь, где смогут жить без страха.
Хоть Аргтар и город гномов, работа здесь найдётся всем, кто не боится самой работы. Так что свободным и ловким рукам они только рады.
Тэхен может только пожелать удачи. Они нашли место, с которого могут начать всё сначала, так что сегодняшний вечер плавно перешёл в прощальную пьянку.
Что касается меня, то, хоть мне и дали пинту эля, а также добротную порцию еды, я до сих пор находилась в сонном состоянии и чувствовала себя очень усталой. Когда меня вырвали из сна, я не успела как следует поговорить с Тэсоном. И ещё до того, как я на что-либо согласилась, меня силой привели в это заведение, которое слишком пышно и просторно, чтобы назвать его таверной, но слишком скромное, чтобы назвать его банкетным залом.
Главное — к Тэхену вышел один из лордов Аргтара. Его уважали, почитали, с его мнением считались. И, если не ошибаюсь, именно с ним русал как раз и распивал далеко не первую пинту эля.
В этом шумном веселье даже суины нашли себе место, наслаждаясь сочной и вкусной едой. Да, эль они как-то не очень пили, а вот мясо уплетали за милую душу. Из-за тёмных капюшонов лиц не было видно, но вот чавканье... на весь зал слышно.
Самый маленький суин, заметив, что я смотрю на них, по какой-то причине помахал мне рукой, а когда я неосознанно ответила тем же жестом, приблизился и перекинул несколько кусков горячего и сочного жареного мяса с овощами ко мне в тарелку. Неужели они подумали, что мне жалко? Ох, неловко...
Трудно сказать, сколько длилась пьянка. В какой-то момент даже элементали повылазили, хотя их давно не было видно. На данный момент они сидят передо мной на столе и дружно лакают мой эль, смеясь, словно звон колокольчиков. А после один за другим что люди, что нелюди, что гномы стали засыпать. Причём где придётся.
Один только Тэхен с местным лордом пребывал в сознании. А! Ну, а также я и Боб. Но Боб был занят тем, что перетаскивал гномов и людей поближе к камину, чтобы не простыли, лёжа на полу. И, возможно, я бы ему даже помогла... Ладно, попыталась бы помочь, если бы случайно не услышала разговор Тэхен с гномом.
— Ты пойми, приятель, я бы его оставил, если бы мог, — говорил лорд гномов. — Да вот ну никак не могу. Свалился мне, как чёрт на голову, так ещё и дикий, словно демон из бездны. Да ладно... Будь он хотя бы гномом, я бы перевоспитал его. Научил бы уму-разуму. Но тут... иной случай. Совершенно иной.
— Всё хорошо, — тут же ответил Тэхен, ставя пинту на столешницу и вытирая рукой над верхней губой. После совершенно спокойно посмотрел на своего собутыльника. — Покажи мне его, Карлос. Если с ним действительно всё так, как ты говоришь, то я помогу.
— Да, — кивнул гном, после чего просто посмотрел в конец зала. Там как раз стояло несколько стражников. Увидев сигнал своего лорда, они поспешили покинуть помещение. — Скоро его приведут, — заверил гном. — Мои люди поймали его несколько дней назад... — дверь в зал открылась, и в помещение вошли те же стражники.
Причём не одни. Они вели с собой подростка, которого, ко всему прочему, связали по рукам и ногам. На шее, запястьях и ступнях висели тяжёлые кандалы, которые связывала широкая цепь. Но чем ближе стражники и этот человек подходили, тем больше я сомневалась в том, что он вообще подросток.
Тело настолько худое. Впалые щёки, выпирающие рёбра, сухие, потрескавшиеся губы, тонкие узловатые пальцы и серая, практически синяя кожа. Он выглядел, как старик. Причём старик, который одной ногой в могиле.
Но растрёпанные длинные волосы говорили о том, что человек молод. И глаза... Да, веки потемнели, а серые глаза впали, но в них отражалось столько жизни. Трудно точно сказать, сколько этому человеку лет. Он выглядит, как старик, хотя молод.
Но больше всего выделялась кровь, которая стекала со спины, пропитывая бежевую рубаху насквозь. Его били розгами? Кто он? И почему так выглядит? Может, какой-нибудь заключённый?
— Мы нашли его, когда он пытался украсть еду со склада, — пояснил гном, с некой грустью смотря на незнакомца. — Это маг.
— Маг?! — удивился Тэхен.
— Уверен в этом, — кивнул Карлос. — И не просто маг, — продолжил гном, понизив голос. Однако даже так для меня он словно кричал на весь зал. И, по всей видимости, только я их и слушала, так как остальным после веселья на всё было плевать. Они не замечали ни гномов-стражников, ни... заключённого, — это отрешённый маг.
— Отрешённый?! — вновь воскликнул Тэхен, сосредоточив взгляд на незнакомце в кандалах. Однако, когда заметил сильные кровавые потёки на спине, русал немного поумерил пыл. — Безумие... И сколько ему осталось? Почему не приведёте докторов? Он же вот-вот умрёт.
— Отказывается, — прямо ответил гном. — И не просто отказывается. Тэхен, друг мой, такой ярости я давно уже не видел. Сам видишь, он того и на тот свет уйдёт, но до последнего помочь себе не позволяет. Не доверяет. Так ещё и на моих людей напал несколько раз. Пришлось... вон... на цепь, как вшивого пса посадить.
После этих слов Карлос одним глотком опустошил свою ёмкость из-под эля и нахмурил брови. Похоже, его самого не устраивало то, как приходится обходиться с этим незнакомцем, но иного выбора у лорда гномов просто не было.
Или его будут сдерживать, или кто-то пострадает.
— Именно по этой причине я и обращаюсь к тебе, — продолжил Карлос. — Вижу, насколько силён его дух. Гномы уважают это. Поэтому, хоть он и внезапно появился в моём городе, как снег на голову свалился, отрешённый мне симпатичен. Не каждый пойдёт на это, согласен?
— Что ж... — вздохнул Тэхен, после чего из рукава достал алый веер, раскрыл его и слегка помахал перед лицом. Данное движение придавало и без того привлекательному парню ещё больше красоты, игривости и загадочности. — В чём-то ты прав, — с улыбкой протянул Тэхен. — Так и быть, — сложил веер. — Я пообщаюсь с ним. А там... посмотрим, как всё сложится. И всё же «отрешённый»... Трудно придётся. Надеюсь, ещё не поздно.
Гном вновь кивнул своим стражникам, приказывая увести пленника в другую комнату. Те старались особо не толкать его и даже лишний раз не прикасаться, так как любое прикосновение приносило боль магу. Кровь на спине текла не переставая. Всё говорило о том, что ещё немного, ещё совсем чуть-чуть и душа покинет это тело.
«Отрешённые»... Мне знакомо это понятие. Причём я прочла о них ещё в герцогстве в одной из церковных книг, которые были в библиотеке. Там, хоть и говорилось о них, всё размыто и обобщённо. Ничего конкретного, чтобы можно было сделать собственные умозаключения.
Говорилось, что это маги, которым был предложен шанс пойти по пути Света и Добра, но они отказались от этого пути, вновь продолжив служение Тьме. Из-за того, что они проявили эгоизм и жадность по отношению миру, небеса карают их. Всемирные бедствия обрушиваются на голову эгоистичного мага, нарекая его на мучительную смерть. Ведь только через мучения можно очистить свою душу и обрести путь к Свету.
Со стороны это выглядит как сказка. Магов в принципе отлавливают и казнят. Как можно было получить шанс на спасение? Об этом не говорилось. Но сейчас... видя этого измученного и исхудавшего человека, понимаю, что «отрешённые» — это больше, чем сказка.
Скорее, кошмар о проклятых.
***
— Почему опять я?! Так нечестно! У нас есть правила! Правила!!!
— Лиса... Не капризничай...
— И как это понимать?! Почему я всегда крайняя? Это несправедливо!
— Неужели так трудно помочь человеку?
— Он не просто человек! Он — маг! А я та, кого маги терпеть не могут!
— Ох... — вздохнул Тэхен, устало пряча глаза за ладонью.
На следующее утро, пока большая часть группы страдала от жуткого похмелья и пыталась вспомнить, как вчера закончилась пьянка, Тэхен попросил Лису побеспокоиться о новом члене труппы. Как ни странно, маг, выслушав Тэхена, успокоился и пообещал вести себя более сдержанно. Вот только помочь себе всё равно не позволяет. А именно: стоит подойти какому-нибудь мужчине ближе, чем на полтора метра, как маг мгновенно переходит в режим атаки и нападения. Словно таким образом защищается.
Однако к женщинам у него иной подход. Он лишь смотрит на них настороженно и несколько зловеще, словно предупреждая, но всё же не атакует.
Именно по этой причине Тэхен попросил Лису обработать раны мага, чтобы тот окончательно не истёк кровью и не умер в нашей цирковой труппе. Вот только Лиса этот тощий и злобный человек явно пугал. Аура вокруг него так и говорила о том, что смерть ждёт каждого, кто посмеет приблизиться.
Без понятия, что с ним было в прошлом, но даже меня он немного пугает. Сейчас с него сняли цепи и кандалы, так как Тэхен подобного терпеть не собирается. Но всё ли будет хорошо?
— Лиса, ему необходимо обработать рану, — настаивал Тэхен, скрестив недовольно руки перед собой.
— Пусть подорожник приложит! — огрызалась девушка. — Полегчает!
— Э-э-эх... Эти подростки сводят меня с ума... — устало протянул русал.
— Закусывать просто надо было! — язвила она, желая оставить последнее слово за собой.
— Невоспитанная, — протянул Боб, который до этого стоял в стороне, не вмешиваясь в чужой разговор.
— Ну, уж прости! — вновь прикрикнула девушка. — Меня воспитывала улица!
Этот спор, казалось, будет длиться вечно. Но если оглянуться, то можно понять, что остальные члены цирка понимают Лису. Им также не по себе от отрешённого. Он очень сильно исхудал, едва стоит на своих двух. В такие моменты люди часто теряют разум и нападают на всё, что движется, словно умалишённые. Даже если ты хочешь просто помочь, это может привести к серьёзным последствиям.
— Кто такие эти «отрешённые»? — спросила я вслух, не осознавая, что озвучила свои мысли.
— Хм? — протянул Тэхен, поворачиваясь в мою сторону, а после, когда вспомнил, что большую часть знаний об этом мире я благополучно растеряла, решил кратко описать. Да и спор с Лисой его уже обессилил его. — Это маги, которых церковь сделала своими рабами.
— Что? — ахнула я, удивляясь от такого поворота.
— В прошлом многим магам церковь предложила рабский контракт, который привязывал мага к определённому хозяину, — продолжал Тэхен, говоря об этом так, слово рассуждал о том, что хотел бы съесть на завтрак. — Считалось, что таким образом маги становятся очищенными, так как служат на благо общества. Но на самом деле они просто начинают исполнять прихоти кого-то одного. При этом церковь перепродавала рабов. В основном аристократам высоких чинов. В итоге в контракте менялась сторона и маги служили новым владельцам. Однако «отрешённый маг» — это тот маг, который сам избавился от рабской печати, в которую был заложен контракт. В большинстве случаев печать выглядит как татуировка, и единственный способ избавиться от неё — срезать кусок собственной кожи, на котором имеется печать. Да вот только срабатывает отдача рабского контракта. И то место, где была срезана кожа, никогда самостоятельно не заживёт. Более того, организм постоянно пытается исцелиться. Тратит на это все силы. Тело стремительно худеет, волосы и ногти растут с огромной скоростью, а разум тускнеет, и человек становится диким. Но всё бесполезно. В итоге это приводит к медленной и мучительной смерти.
— Боже... — вырвалось у меня от осознания того, насколько это жестоко.
И как только служители Бога способны на подобное? Те, кто должен приносить в мир добро и любовь, в итоге пострашнее любого чудовища из легенд. Однако те, кто слышал объяснение Тэхен, вообще никак не отреагировали: ни грусти, ни радости, ни страха, ни печали... Не было ничего! Они это и так знали. И спокойно приняли.
В принципе, каждый, кто отходит от социальных норм, мог быть подвержен гонениям. И возможно, что нелюди даже завидуют в этом плане магам. Да, те станут рабами аристократов или служителей церкви, но зато будут живы.
Хотя я не уверена, что смогла бы согласиться на подобное. Наверное, и другие маги осознали, что свобода ценнее, ведь у них хватает силы воли на то, чтобы самостоятельно избавиться от печати, даже зная о последствиях.
— И что же это за печать такая, что, чтобы избавиться от неё, приходится срезать собственную кожу?
— Хм? — протянул Тэхен, вновь удивлённо приподняв брови. Кажется, я вновь озвучила свои мысли. — Ты ведь её уже видела, помнишь? — я с непониманием нахмурилась, на что парень продолжил. — Когда мы проходили границу империи. Помнишь повешенных магов? На их телах была печать раба.
— А?.. — растерялась.
Точно! Те татуировки. Я помню о них. Но ведь точно такое же тату есть и у Чонгука. А ведь он в прошлом был рабом. Как это? Кто его хозяин? И как это возможно, если он сам аристократ? Хотя нет... Ведь его выкупила Джису. Возможно ли, что она не только его жена, но и хозяйка? Та, кому он принадлежит и против кого не смеет и слова молвить?
Это имеет смысл, но чёрт! Это же безумие! Но, с другой стороны, теперь понятно, почему он так долго бездействовал и молчал, пока Джису творила всё, что той хотелось. Всего одно слово, и он не посмел бы противиться. Даже не смог бы. Всего одно слово и печать вынудит Чонгука подчиниться.
Ни избиение слуг, ни издевательство над детьми, ни упование властью — ничего не могло заставить Чонгук действовать. Он был скован. Избавиться от татуировки он не мог, так как рисковал бы своей жизнью.
— Ох... — вырвалось у меня, после чего я устало закрыла глаза, потирая переносицу.
Удивительная вещь — я не помню, кем я была в прошлой жизни, но помню одну деталь: мир без магии. Мир, в котором магии не существовало, но при этом было много хорошего. Много светлых вещей и возможностей. Причём для каждого. Но тут... есть волшебство. Есть магия. Но за то, что этот мир настолько необычен, взимается довольно большая плата.
Я бы даже её назвала чрезмерной.
Но кто я такая, чтобы судить о чужих мирах?
— Позвольте мне, — предложила, приподняв правую ладонь.
— Что? — не понял Тэхен.
— Что необходимо? Обработать рану новенького и передать еду? Я попробую.
— Ты уверена? — всё же сомневался русал. — Отрешённые могут быть очень жестоки и беспощадны. А сила у них увеличена втрое. Всё из-за ускоренной регенерации и бесполезной попытки исцелиться.
— Уверена, — кивнула. — Всё же он человек. И не похоже, что окончательно обезумел. Но... у нас ведь есть то, что может ему помочь?
Тэхен напряжённо переглянулся с Бобом, который продолжал стоять в стороне. Он слушал нас, но предпочитал не вклиниваться в беседу. В итоге минотавр подошёл ко мне и протянул ладонь, в которой держал небольшой флакон, напоминающий духи, с ярко-зелёной жидкостью.
— Это единственное средство, которое поможет, — произнёс здоровяк. — Но наносить его придётся прямо на открытую рану, что может вызвать адскую боль. А это выдержать может не каждый.
— Что это? — спросила у минотавра, перехватывая пузырёк и рассматривая его со всех сторон. Даже принюхалась к нему, но запаха не было. Вообще.
— Кровь эльфов, перемешанная с их маной, — ответил Боб, и я чуть было не выронила столь драгоценный флакон из рук. — Эльфы — это дети природы. Их целебные свойства всем известны. Но... у тебя ещё есть шанс передумать.
— Н... нет, — отрицательно покачала головой. — Всё равно на это больше никто не пойдёт. Так что... нормально.
После моих слов мужчины вновь переглянулись, словно вели немой, известный только им разговор. А после одновременно выдохнули, согласно кивнув.
— Хорошо, — сказал Тэхен. — Но, если что — что угодно! — кричи. Мы бездействовать не будем.
Взяв еду, а также медикаменты для обработки ран, я вошла в шатёр, который поставили исключительно для новенького. Палатка была плотной, просторной и тёмной, из-за чего казалось, что из светлого дня я перешла в тёмную ночь. И всё же на матрасах, согнувшись и поджав коленки к груди, сидел маг. Стоило мне войти, как он мгновенно обернулся, словно дикий зверь, и оскалился, предупреждая.
Решила остановиться и не делать резких движений. Если он не напал, то должен был сохранить хотя бы какую-то часть разума.
— Я пришла, чтобы помочь, — заговорила с незнакомцем, после чего показала всё, что было у меня в руках. — У меня еда и то, что поможет залечить рану на спине.
— Кто ты такая? — неожиданно раздался мужской сиплый приглушённый голос, который заставил меня замереть на месте.
— Я... — растерялась. — Джи...Джису, — представилась полностью, немного сбитая с толку, что он всё же может говорить, как человек. — Я работаю в цирке. Кто-то вроде местной гадалки.
— Хех... — почему-то усмехнулся после слова «гадалка». Хотя он маг, так что должен знать, что магии предсказания не существует. — Эта рана не заживёт так просто.
— Но у меня есть это, — указала на зелёный флакон. — Кровь эльфов и мана, — после моего ответа усмешка на губах мага исчезла. Остались только злость и настороженность. И всё же он повернулся ко мне окровавленной спиной, словно давая своё разрешение. — Как тебя зовут? — решила наладить контакт, после чего приблизилась.
— У меня нет имени, — холодно отрезал незнакомец. — У рабов нет имён. Так что называй, как хочешь. Плевать.
Я приподняла влажную от крови ткань и осмотрела спину или то, что осталось от неё. Вначале мне показалось, что здесь поработал мясник. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, как ему больно. А когда я принялась буквально лить зелёное целебное зелье на рану мага, зазвучало шваркающее шипение, по комнате распространился тошнотворный запах.
Но маг даже не дрогнул.
Словно всё происходящее его не волнует. Однако я задавалась вопросом: каким же человеком был этот маг, раз способен столько терпеть?