Глава 10
– Половина из вас находится в 20 мирах отсюда, и перемещение без подготовки может разорвать вас на куски! Если повезёт, руки или ноги оторвёт! – Сеня злилась, уперев руки в стол, она уставилась на стену из света, где вырисовывались очертания лиц её ордена.
– Ну а что ты предлагаешь делать? – Карамель упёрла руки в бока.
– Я не предлагаю, я констатирую. Кения пойдёт одна. Мне это решение тоже нелегко далось, – Вальтер устало потёрла руками лицо и опустилась в своё кресло.
Сейчас был сезон Тонкой вуали. Так называли время, когда границы миров истончались, давая возможности разным сущностям и гостям из других миров. В это время все фениксы напряжённо работали над мелкими заданиями поодиночке, а крупные либо замораживали, либо ждали, когда большая часть ордена соберётся.
В это время все мечтали только об одном: Годе Закрытых врат. Это период времени, когда грани становились настолько плотными, что иногда взятые задания приходилось замораживать.
Замораживали фениксы сам мир, посоветовавшись с Иренией. Время на базе и союзных мирах замедлялось. Иногда настолько, что на базе могло проходить тысячу лет, а в другом мире всего лишь один день.
Манипуляции со временем были доступны немногим, лишь тем, кто мастерски владеют магией времени и имеют на это соответствующее разрешение. Серения была одной из таких.
– Тогда почему Кай не может пойти, он же недавно был здесь! – возмутился Стар.
– Его вызвал глава Аширо, так что, думаю, его не будет неделю, – Вальтер закурила, пуская кольца дыма в приоткрытое окно.
– Тогда пиздец, – констатировал звёздный эльф.
– И не говори. Кстати, Ирения уверяла, что этот мир абсолютно безопасен, а злодеи максимум что могут сделать, это поколотить и похитить.
– Она заходила? Что сказала? – Солея вытащила клинок из долговязого тела.
– Как раз-таки сказала про то, что Кая ищет этот облезлый кот и про тот мир. Она также подозревает, что её дворец полон крыс и кротов, – Вальтер прикрыла глаза и устало выдохнула облачко дыма.
– Надеюсь, нас она не заставит работать? – Лагир махнул веером и пошёл вглубь леса.
– Конечно нет, пусть Лунные ублюдки с этим и разбираются, им же нужно как-то оправдать своё место, – Солея угрюмо скорчила лицо, будто съела что-то кислое.
– Да, этим занимаются тигры, ещё с прошлой недели, – ответила Сеня.
– Что-то результатов не видно, – возразил Лагир.
– Ну, это уже их проблемы, – махнула рукой Карамель.
– Меня другой вопрос интересует. Где кошак? – Стар уставился на иконку в виде кота ниже своей части магического экрана.
– Сказал, что позвонит, как освободится. Ладно, на этом всё? – спросила Сеня.
– Сень, нам жаль, что мы не можем сделать хоть что-то, – Солея с сочувствием посмотрела на Сеню, а остальные закивали.
– Действительно, не послать бы её? – Стар скрестил руки на груди и фыркнул.
– Может, она заведёт себе кого-то, кто ещё будет по мирам бегать? – осторожно предложила Карамель.
– Всё нормально, ребят, честно. Ей давно пора было выйти на задание, это я, наверное, её слишком опекаю. Да, на связи, – поспешно заверив магический звонок, феникс устало выдохнула.
Сбросив с сигареты пепел в пепельницу, девушка повернулась к окну. В голове мелькнула фраза Ирении, неосторожно и, может быть, даже нечаянно брошенная в разговоре:
– Лидер ордена обязан подчиняться, даже если в процессе выполнения приказа пострадает один из членов ордена. Ведь ради большой цели пожертвовать меньшим – это самый лучший вариант. Правда?
В тот момент внутри Вальтер что-то воспротивилось её словам, но, заглушив внутреннее недовольство, девушка натянула улыбку и ответила лишь:
– Может да, а может и нет. Как говорил один мудрый человек: если мне доведётся выбирать из двух зол, я не буду выбирать вообще.
– Тогда ты против этого?
– Если ты переубедишь меня, – Серения тогда шутливо стукнула кулаком в её плечо, и Ирения даже улыбнулась, но что-то в её глазах было не таким. Будто она задумалась о чём-то глубоком и неизведанном.
Тряхнув головой, чтобы прогнать мысли, что стайкой надоедливых мошек облепили голову, девушка вышла из кабинета.
Шагая медленно и уверенно, она всё же думала о многом. Слишком много свалилось на них за одно время. Ребята тоже об этом догадывались, но их могли подслушивать, так что обсуждать нужно было всё лично.
Подойдя к двери, Вальтер инстинктивно прислушалась. За стеной раздавался смех и ругающийся голос Габи, было очень жаль их прерывать, но тянуть было уже некуда. Феникс постучала и открыла дверь.
– Что-то случилось? – Габи встала из-за стола.
В комнате царила уютная атмосфера, на стенах висели длинные зелёные лозы, стол, сделанный из светлого камня с зелёной скатертью, стоял посередине комнаты. На высоких полках, что касались потолка, стояли самые разные книги, от основ медицины до продвинутого курса ядерной физики.
Обивка зелёного каменного дивана была исписана зелёными листьями. Сидевший на диване Каир взглянул на дверь с книгой в руках, а сидевшая рядом с ним Кения отложила книгу и подбежала к сестре, обняв её за бёдра (потому что выше не доставала). Серения нежно погладила её макушку и сказала Габи:
– Мне нужна Кения, ты уже в курсе?
– Да, да пребудет с вами Алая звезда, госпожа, – Габи поклонилась, и на мгновение её глаза наполнились сочувствием.
– О чём вы? – недоумённо спросила Кения.
– Пойдём, я тебе скажу всё в кузне, – Серения нежно взяла руку сестры и повела её вглубь бесконечных коридоров.
– О чём они, Доминик? – шёпотом спросил Каир.
Тут же на блокноте рядом появилась надпись:
«Малышка Кения идёт на первое своё задание», – привычных смайликов и скобок не последовало.
Кузня представляла из себя несколько комнат: оружейная и сама кузня. В оружейной, на подвижных стенах, что сменяли друг друга сами каждую минуту, висело самое разное оружие, переливающееся на свету. А на потолке, словно зубы чудовища, висели кинжалы.
Комната была небольшой и тёмной. В полумраке кузни в горне светились раскалённые угли, рядом стояла большая наковальня, а на ней покоились молот и щипцы. Рядом на стене виднелись рукавицы и фартук. Крынка с водой сиротливо стояла в углу.
У маленькой щели, что служила окном, стоял стол с кусками руды и готовыми слитками. Пахло золой и металлом, в комнате было так жарко, что пот чуть ли не ручьём стекал по лицу и спине.
– То есть я могу выбрать готовое? – спросила Кения.
– Я бы сковала тебе оружие, но времени нет, – ответила Сеня.
– О, тогда я выберу побыстрее, – ответила Кения, на что сестра покачала головой.
– Не спеши с этим, оружие в первую очередь должно откликнуться на призыв души. Ты поймёшь, если оружие твоё. Оно ляжет в твою руку, словно ты была с ним рождена, а взгляд всегда будет цепляться именно за него, даже если на вид оно будет неприглядным.
Медленно подойдя к стеллажу, Кения выставила руку, и перед её глазами возникли буквы: Ищете что-то конкретное?
– Нет.
– Режим просмотра активирован, наслаждайтесь.
Окно с буквами исчезло, и перед глазами возник стеллаж с мечами. Это было похоже на игру, что были популярны в людских мирах.
Серения вошла в кузню, чтобы не мешать сестре, и начала просматривать горку руды, сваленную у горна.
Через некоторое время в проходе появилась Кения, сжимающая в руках оружие.
– Неожиданно, – сказала Серения и подошла к ней.
В руках Кения сжимала посох, на его скученном конце висел большой круглый железный фонарь, оплетённый мелкими зелёными лозами. Он мерно покачивался на кольце, издавая характерный скрип.
– А это нормально, что у меня вот это? – Кения кивнула на оружие, покоящееся в её руках.
– Вполне, если уж Лихо с веером бегает, то почему бы тебе с посохом, как Карамель, не ходить? – Серения пожала плечами.
– Я не об этом, у тебя ведь коса, я думала, что у меня будет меч или ещё что-то, – Кения опустила голову.
– Знаешь… – начала Сеня.
– СРОЧНЫЙ ВЫЗОВ! – девушка поморщилась от резкого голоса в голове.
– Что такое? – беспокойно спросила Кения
– Тебе нужно идти на задание, тебя введут в курс дела, прости, что не сказала раньше.
С этими словами обе девушки испарились.
На рыночной площади, как всегда, стоял шум. Голоса людей, говорящие каждый о своём, сливались в единый гул, разносящийся по площади. В этом гуле выделялись зазывания продавцов, расхваливающих свой товар. Лотки стояли по краям широкой улицы, выделяясь разноцветными тафтами.
Тафта – плотная ткань полотняного переплетения из туго скрученных нитей шёлка.
Пахло пряными специями и различными травами, иногда можно было различить запах медовых пряников. Принюхавшись, фигура в плаще подняла взор к небу. Там пестрели натянутые ленты с цветами.
Вдохнув полной грудью, девушка побрела вперёд. Полы плаща развивались от движений, уверенная девушка, словно рыба в воде, обходила людей, словно в танце. Но неожиданно на неё налетел мальчишка. Смекнув, что мальчишка карманник, девушка перехватила его руку.
– Ай! Тётя, больно! Отпусти! – завопил мальчишка и попытался вырваться.
– Где твои родители? – спросила девушка, схватив свободной рукой мальчика за ухо.
– Пойдёмте, я покажу!
Мальчишка изловчился в руках, словно угорь, и теперь он вёл девушку в подворотню.
– А ну стоять! – девушка вновь схватила мальчишку за ухо. – Думаешь, в первый раз таких ловлю?
– Помогите бедному сироте! Ни за что схватили и мучают! – завопил мальчишка.
Толпа, до сего мгновения наблюдавшая из-за тени, объявилась с криками и ругательствами.
– Чего вы ребёнка обижаете?
– Он пытался меня обокрасть! – заявила девушка в капюшоне.
– А доказательства где, тётя?! – возразил воришка.
– Доставай из сумки кошель. Я видела, что ты украл его у вот того человека, – девушка указала в толпу.
Немолодой мужчина с сединой вышел в круг, который образовала толпа. Он не говоря ни слова, вырвал из рук мальчика сумку и вытянул серый кошель с золотой вышивкой.
– Это мой! – пытался выкрутиться мальчишка.
– Нет, парень, мне моя покойная жена вышила на нём моё имя, – повертев кошелёк в руках, старик вытряхнул из него монеты и протянул мальчику.
От удивления хватка девушки ослабла, и мальчишка вырвался из её рук, но, увидев протянутую руку, замер.
– Чего ждёшь? Они же тебе нужны были? Так давай, бери! – старик крупного телосложения, потёр свободной рукой бороду.
– Зачем? – но вопрос мальчика утонул в крике толпы.
– Вор!
– К стражникам его!
– Забить камнями!
В страхе мальчишка зажмурился, а старик сунул деньги в карман, подхватил мальчика под мышку, словно мешок с картошкой, и побежал вглубь кварталов. Шокированная и оскорблённая толпа бросилась за ними, а всё ещё поражённая зрелищем девушка осталась стоять на месте, растерянно хлопая глазами.
Тряхнув головой, девушка смотрела в спину удаляющейся толпе и мысленно пожелала старику и мальчишке сбежать.
Натянув капюшон, девушка медленно развернулась и побрела вперёд. В голове роилась туча мыслей, то наползая роем, то отступая, а то и оставляя в разуме лишь одну:
– Почему?
В неведении девушка наткнулась на что-то. Подняв голову, она увидела широкую грудь в потрёпанной рубахе.
«Хотела не встречаться с бандитами, и вот, приплыли», – промелькнула в голове девушки мысль.
– Вам нужен проводник, леди? – задал вопрос мужчина.
«Как всегда, одна и та же фраза со времён Проферрия, её что ли заложили в каждом бандите?»
– Спасибо, не нужно, – ответила девушка.
– А мы настаиваем, – напирал тот.
– А мне плевать, мудила, – девушка заглянула ему в глаза, нахмурив брови.
Мужчина замахнулся, а девушка нырнула под его руку и толкнула ногой под зад. Потеряв равновесие, амбал рухнул на землю лицом вниз.
Его приятели переглянулись и заслонили ей путь отступления.
«Зачем, ну зачем я в это влезла?»
Ответом ей был глухой удар. Бедолага отлетел в стену, и на него рухнуло корыто с нечистотами. Подняв глаза, девушка увидела перед собой мощную женскую спину.
– Ай-яй-яй, негоже на незамужних девушек напирать, а то я не смогу себя сдерживать, – Сеня засучила рукав, обнажив забинтованную руку.
Второй амбал полетел к своему другу.
– Ах ты сука! – первый бандит попытался встать, но мощный удар ногой по хребту заставил его передумать.
– Маму вспомнил? Какой неблагодарный сукин сын! – и Сеня схватила мужчину за волосы и начала бить лицом о землю, пока то не превратилось в кровавое месиво.
Отбросив голову, словно мусор, девушка похлопала руками, словно стряхивая пыль.
– Спасибо, – проронила Розалин.
– Пошли, – сказала Сеня и, развернувшись, направилась к выходу.
Помедлив, Розалин нагнала спутницу и стыдливо опустила глаза.
– Прости.
– За что? – недоумённо спросила Сеня.
– За это, – она кивнула назад.
– Пустяк, – отмахнулась Феникс.
– Я… – попыталась заговорить Розалин.
– Ты же ещё обижаешься на меня за того молокососа, – Сеня закатила глаза и ускорила шаг.
Путь к поместью прошёл в молчании.