11
Снейп несколько секунд молча смотрел на Драко, и это молчание давило на класс сильнее любого крика. На бледных скулах твоего отца заходили желваки. Он рассчитывал поймать Малфоя на незнании теории, но тот ответил безупречно, да еще и умудрился вплести в сухие книжные факты личный, дерзкий намек.
— Прекрасная лекция, мистер Малфой, — леденящим тоном произнес Снейп, наконец отталкиваясь от вашей парты и выпрямляясь во весь рост. — Однако вы забыли упомянуть, что Амортенция вызывает лишь слепую, эгоистичную одержимость. До истинных чувств, о которых вы тут так самонадеянно рассуждаете, вашему незрелому уму еще слишком далеко.
Отец резко развернулся, и полы его черной мантии взметнулись, словно крылья огромной птицы.
— Вы ответили верно. Но за вашу... излишне вольную интерпретацию материала и непозволительный тон — минус десять очков Слизерину. И сегодня после уроков вы остаетесь здесь. Мы продолжим практиковаться, пока вы не научитесь держать свой язык за зубами. Садитесь.
Драко неторопливо опустился на скамью. Его ухмылка никуда не исчезла. Наоборот, потеря десяти очков собственного факультета его ни капли не волновала — он выиграл этот раунд у твоего отца в главном. Под столом его прохладные пальцы на секунду крепко сжали твою ладонь, делясь своим спокойствием и уверенностью.
Весь оставшийся день пролетел для тебя как в тумане. Ты с трудом концентрировалась на других предметах, с замиранием сердца ожидая вечера.
И вот колокол прозвенел в последний раз. Слизеринцы один за другим покинули кабинет зельеварения, бросая на вас с Драко сочувственные, а кто-то и завистливые взгляды. Тяжелая дубовая дверь Хогвартса с глухим стуком закрылась, отрезая вас от остального замка.
В классе воцарился привычный полумрак подземелий, разгоняемый лишь редкими факелами и тусклым светом зеленого пламени под котлом. За своим массивным столом сидел Северус Снейп. Он демонстративно разложил перед собой стопку пергаментов и уставился на вас двоих своим фирменным, карающим взглядом.
Вы с Драко сидели за партой. Между вами было ровно то расстояние вытянутой руки, которого требовал твой отец. На столе стояли новые ингредиенты — на этот раз для сложного Укрепляющего раствора.
Атмосфера в подземелье была настолько наэлектризованной, что казалось, чиркни спичкой — и всё взлетит на воздух. Твой отец сидел неподвижно, как статуя, ловя каждое мимолетное движение Малфоя. Драко же с абсолютно невозмутимым видом крутил в руках серебряный нож для нарезки корней, и на его губах снова едва заметно играла та самая дерзкая ухмылка. Он смотрел то на котел, то на тебя, безмолвно давая понять, что присутствие грозного профессора Снейпа в паре метров от вас его нисколько не смущает. Решающий дополнительный урок начался.
Драко внимательно изучил рецепт Укрепляющего раствора на доске, затем лениво окинул взглядом разложенные на столе ингредиенты. В его серых глазах мелькнул хитрый, азартный огонек. Он прекрасно знал этот состав наизусть, как и то, чего именно сейчас не хватало на подносе.
— Профессор Снейп, — ровным, подчеркнуто вежливым голосом обратился Драко к твоему отцу, нарушая тишину подземелья. — Для идеальной стабилизации этого раствора необходима сушеная кожа бумсланга. Похоже, домовики забыли выставить её на наш стол. Без неё зелье потеряет половину своих свойств.
Твой отец оторвался от пергаментов и тяжело, подозрительно прищурился. Он прекрасно понимал, что Малфой прав — кожа бумсланга действительно была нужна по расширенной программе шестого курса. Снейп обвел вас двоих долгим, испепеляющим взглядом, проверяя расстояние между вашими стульями. Вы сидели идеально смирно, разделенные пространством вытянутой руки.
— Ждите здесь, — ледяным тоном процедил Снейп. — И не дай бог вам шелохнуться.
Отец резко поднялся, и полы его черной мантии взметнулись, когда он стремительным шагом направился в свой личный кабинет, где хранились самые редкие и опасные ингредиенты. Тяжелая дубовая дверь за его спиной со скрипом закрылась.
Этого мгновения Драко ждал всю сознательную жизнь.
Едва замок на двери отца щелкнул, вся аристократическая сдержанность Малфоя испарилась. Он мгновенно преодолел разделяющее вас расстояние, сокращая дистанцию до нуля. Его сильная рука резко взметнулась вперед, пальцы намертво вцепились в твой зеленый слизеринский галстук у самого воротника, и он с силой притянул тебя к себе.
Ты едва успела ахнуть, как Драко жестко, по-собственнически накрыл твои губы своими. Этот поцелуй был пропитан чистым адреналином, опасностью и безумной страстью. Он не стал терять ни секунды: его горячий язык мгновенно и глубоко проник в твой рот, сплетаясь с твоим в диком, изголодавшемся ритме. Малфой жадно сминал твои губы, делясь своей слюной и забирая всё твое дыхание, пока его вторая рука крепко обхватила тебя за затылок, запускащая пальцы в волосы и не позволяя отстраниться.
Сердце колотилось в горле от осознания того, что твой отец может вернуться в любую секунду. Но вкус Драко — терпкий, мятный и такой запретный — полностью лишил тебя воли. Ты отчаянно отвечала на этот мокрый, глубокий поцелуй, крепко вцепившись пальцами в его рубашку, пока в пустом классе зельеварения слышались только ваши прерывистые, тяжелые вздохи и влажный хлюпающий звук соприкасающихся губ. Это было чистое безумие прямо на пороге кабинета Северуса Снейпа.
В самый разгар этого безумного, глубокого поцелуя за тяжелой дубовой дверью кабинета Снейпа послышался отчетливый шорох и тяжелый поворот дверной ручки. Отец возвращался.
Драко среагировал со скоростью молнии. Он резко, но аккуратно разорвал поцелуй. Между вашими влажными губами на долю секунды натянулась тонкая ниточка слюны, которую он мгновенно стер быстрым движением большого пальца, одновременно поправляя твой помятый галстук. Блондин одним плавным, кошачьим движением отлетел обратно на свой стул, за секунду до того, как дверь распахнулась, приняв безупречную позу образцового студента.
Ты едва успела судорожно сглотнуть скопившуюся слюну и выпрямиться, как в класс стремительно влетел Северус Снейп. Его черная мантия взметнулась, а в руке он держал небольшую баночку с сушеной кожей бумсланга.
Отец остановился у вашей парты и сразу же опустил свой тяжелый, подозрительный взгляд сначала на тебя, а затем на Драко. Ты чувствовала, как горят твои искусанные губы, а сердце в груди устраивает настоящую чечетку, но Снейп, к счастью, ничего не заметил из-за идеальной дистанции, которую вы держали.
— Ваша кожа бумсланга, мистер Малфой, — ледяным тоном произнес профессор, с глухим стуком ставя баночку на стол. — Добавляйте её в раствор. И упаси вас Мерлин допустить хоть одну ошибку.
Оставшаяся часть урока прошла в звенящей тишине. Вы с Драко молча доварили Укрепляющий раствор, который к концу занятия приобрел идеальный, мерцающий бирюзовый оттенок. Снейп проверил вашу работу с явным неудовольствием, но придраться к безупречному зелью так и не смог.
— На сегодня достаточно, — наконец процедил отец, взмахом палочки туша огонь под котлом. — Вы свободны. Жду от вас такой же успеваемости на общих занятиях, мисс Снейп. Без посторонней помощи.
Вы поспешно собрали учебники и пергаменты в сумки. Драко закинул свою сумку на плечо и первым направился к выходу, а ты шла следом, стараясь держать шаг. Когда вы вышли в длинный, прохладный и совершенно пустой коридор подземелий, где эхо шагов глушило любые звуки, Малфой слегка замедлил ход.
Он не оборачивался, продолжая идти чуть впереди, но его тихий, бархатный и до безумия уверенный шепот отчетливо долетел до твоих ушей:
— В два часа ночи. У входа в библиотеку. И не вздумай застегивать воротник, новенькая.
Его платиновая макушка скрылась за поворотом коридора, оставив тебя одну с бешено бьющимся сердцем и четким осознанием того, что этой ночью вы снова нарушите все запреты твоего отца.