8
Внутри узкого шкафа становилось невыносимо жарко. Воздуха критически не хватало, а близость ваших тел, впрессованных друг в друга в кромешной тьме, сводила с ума. Прошло всего несколько минут, а твой отец за стенкой шкафа продолжал методично и неторопливо переворачивать хрустящие страницы старинной книги. Каждый этот звук заставлял тебя внутренне содрогаться.
Драко не выдержал.
Эта безумная, запретная обстановка и твоё прерывистое, горячее дыхание прямо у его груди окончательно сорвали у него тормоза. Его ладонь на твоей талии сжалась сильнее, притягивая твои бедра к своему прессу вплотную, а свободная рука медленно поднялась к твоему подбородку. Прохладные пальцы нежно, но настойчиво заставили тебя приподнять голову и подставить шею.
Ты испуганно округлила глаза, пытаясь беззвучно покачать головой, но Малфой уже наклонился ниже. Его губы, влажные после недавнего поцелуя, коснулись нежной кожи прямо под твоим ухом. Ты судорожно затаила дыхание, когда он сначала мягко лизнул твою шею, заставив по твоему телу пробежать мощный разряд электрического тока, а затем резко и жадно впился губами.
Драко начал оставлять один засос за другим. Он действовал собственнически, целуя и агрессивно втягивая твою кожу, оставляя глубокие, багровые отметины на самом видном месте. Хлюпающие звуки его поцелуев казались тебе в этой тесноте оглушительными. Ты в панике закусила нижнюю губу до крови, чтобы не издать ни единого стона, и намертво вцепилась пальцами в его плечи. Под твоими ладонями перекатывались его напряженные мышцы.
А за тонкой деревянной дверцей шкафа, всего в паре метров от вас, сидел Северус Снейп.
Драко опускался всё ниже, целуя ключицы, а затем снова возвращался к шее, вылизывая кожу и оставляя влажные следы своей слюны поверх свежих, горящих засосов. Он словно намеренно метил тебя, зная, что завтра твой отец будет сидеть на уроке и смотреть прямо на вас. В его серых глазах, когда он на секунду отстранялся, чтобы взглянуть на дело своих рук, горело чистое, торжествующее безумие. Каждое движение его губ на твоей шее было беззвучным вызовом твоему отцу.
Когда Снейп снаружи наконец захлопнул книгу и поднялся с кресла, Драко сделал последний, самый глубокий и долгий засос прямо на твоей пульсирующей жилке, заставив тебя беззвучно выгнуться в его руках от невыносимого удовольствия.
Шорох мантии твоего отца наконец удалился, а тяжелая дверь библиотеки захлопнулась. Как только шаги Снейпа окончательно стихли, Драко толкнул дверцу шкафа. Вы буквально вывалились наружу, жадно глотая прохладный воздух ночной библиотеки.
Ты сразу же бросилась к небольшому зеркалу в старинной раме у окна. В тусклом лунном свете ты в ужасе ахнула: вся твоя шея и ключицы были покрыты яркими, сочными багрово-красными засосами. Кожа горела и пульсировала от его укусов. Ты судорожно попыталась натянуть воротник ночной рубашки, но отметины предательски выглядывали наружу.
— Драко, ты сумасшедший! — прошептала ты в панике, оборачиваясь к нему. — Как мне это скрыть?! Мой отец убьет нас завтра!
Малфой лишь лениво оперся о стеллаж, засунув руки в карманы брюк. На его губах играла самая самодовольная и торжествующая ухмылка, которую ты когда-либо видела. Он подошел ближе, скользнул взглядом по следам своей «работы» и шепнул:
— Удачи на уроке, Снейп. До завтра.
Всю оставшуюся ночь ты безуспешно пыталась свести пятна заклинаниями, но Драко постарался на славу — магия их не брала.
На следующий день на дополнительном уроке обстановка в подземелье была накалена до предела. Профессор Снейп, как и обещал, сидел за своим главным столом. Он скрестил руки на груди и непрерывно, не отрывая взгляда, сверлил вас своими черными глазами-щелками, готовый испепелить Драко на месте за любое лишнее движение.
Ты сидела за партой, наглухо, под самый подбородок застегнув плотную школьную мантию и высоко подняв воротник рубашки, чтобы ни один миллиметр шеи не открылся взору отца. Из-за этого тебе было невыносимо жарко, по спине катился пот, а движения казались скованными и неестественными.
Драко сидел рядом на положенном расстоянии вытянуемой руки. Он идеально, по всем правилам держал дистанцию, демонстрируя безупречные манеры. Но всякий раз, когда твой отец ненадолго отводил взгляд на свои пергаменты, Малфой поворачивал к тебе голову.
Он смотрел на твою наглухо закрытую, спрятанную шею с невероятно наглой, издевательской и в то же время безумно горячей ухмылкой. Его серые глаза буквально раздевали тебя взглядом, напоминая о том, как жадно его губы сминали эту самую кожу всего несколько часов назад в темноте шкафа. Он слегка приподнимал бровь, безмолвно дразня тебя твоим испуганным видом, и этот его дерзкий вид прямо под прицелом глаз твоего отца заставлял твое сердце колотиться с удвоенной силой.
В подземелье становилось всё более душно. Плотная шерстяная мантия, застегнутая на все пуговицы до самого подбородка, удерживала тепло твоего тела, словно тиски. Шея под воротником рубашки невыносимо горела, а свежие засосы пульсировали от каждого удара сердца. Ты судорожно сжимала в руках флакон с экстрактом белладонны, стараясь дышать как можно тише и ровнее.
Профессор Снейп продолжал сидеть за своим главным столом, сурово и непрерывно наблюдая за каждым движением Драко. Но вдруг отец раздраженно нахмурился, перебирая стопку пергаментов. Похоже, какой-то важный документ соскользнул на пол. Снейп со вздохом наклонился, полностью скрывшись под своим массивным дубовым столом, чтобы отыскать упавшую бумагу.
Этого мгновения, пока отец был отвлечен и ничего не видел, Драко хватило сполна.
Как только макушка профессора исчезла из виду, Малфой молниеносно сократил положенную дистанцию. Он наклонился к тебе вплотную, и его прохладные, длинные пальцы уверенно легли на твой наглухо застегнутый воротник. Он медленно, с намеренным нажимом провел подушечкой большого пальца по плотной ткани прямо там, где под ней скрывался самый глубокий, багровый засос.
От этого дерзкого жеста по твоему телу пробежала мощная волна жара. Ты вздрогнула, едва не выронив флакон, а Драко тихо, опасно хмыкнул прямо тебе в ухо, обжигая шею горячим дыханием:
— Всё еще прячешь мою работу, Снейп? Тебе идет этот румянец, но, кажется, ты переборщила с маскировкой.
Он убрал руку в самый последний момент, когда из-под стола послышался шорох — твой отец наконец нашел пергамент и собирался подняться обратно.
И тут ты поняла, что совершила ошибку. Из-за резкого прилива адреналина, удушающей жары от мантии и волнующего прикосновения Драко в глазах внезапно поплыли темные круги. Перед глазами всё начало стремительно темнеть, а воздух в подземелье будто совсем закончился. Голова закружилась так сильно, что каменные стены класса словно покачнулись в сторону.
Ты судорожно вытянула руки вперед, пытаясь опереться о деревянный край парты, но пальцы безвольно соскользнули. Мерная ложечка с тихим звоном покатилась по столу, а твоё обмякшее тело начало медленно заваливаться вбок, прямо на плечо сидящего рядом Драко. Ты окончательно теряла сознание от удушья и перенапряжения.