- Ты ненормальный, Мурмаер.

После той истории с хейтом Пэйтон стал ещё более защищающим. Он писал мне каждые два часа, присылал мемы, звал гулять, а однажды приехал в универ с огромным букетом пионов — просто потому что «вторник, надо же как-то радовать».

Я чувствовала себя… счастливой. Тревожно, но счастливо.

— Так, — сказал он в пятницу вечером, когда мы сидели у меня на кухне. — Завтра у меня встреча с ребятами. Ты едешь со мной.

— Какими ребятами?

— Моими. Самыми близкими. Те, кто остались ещё до того, как у меня появились миллионы.

Я занервничала. Знакомство с друзьями — это серьёзно. Это не комментаторы в интернете, которых можно игнорировать. Это живые люди, которые скажут всё в глаза.

— Они знают, что я приду? — спросила я.

— Уже знают, — он улыбнулся. — И ждут.

— Ждут, чтобы съесть меня живьём?

— Ждут, чтобы познакомиться с девушкой, из-за которой я стал реже отвечать в общем чате.

Я вздохнула.

— Есть дресс-код?

— Будь собой. Этого достаточно.

В субботу я перемерила три образа. Остановилась на джинсах, белом свитере и кроссовках. Волосы распустила. Макияж — минимум. Подумала: если они хотят увидеть настоящую меня — пусть видят.

Пэйтон заехал за мной в пять.

— Выглядишь отлично, — сказал он, поцеловав меня в щеку.

— Я волнуюсь.

— Не надо. Дилан — добряк, Эддисон — вообще душа компании, а Ник… ну, Ник привык, что я таскаю к нему разных девчонок.

— Разных? — я подняла бровь.

— Раньше, — поправился он быстро. — Давно. Теперь только тебя.

Мы приехали в лофт на окраине города. Большое помещение с диванами, гитарой в углу и кучей техники. Там уже были трое.

Дилан оказался высоким светловолосым парнем с добрыми глазами. Он пожал мне руку и сказал: «Наконец-то Пэй перестал ныть в чате. Спасибо тебе».

Эддисон — миниатюрная, с волосами ниже плеч и ярко-красной помадой. Она сразу меня обняла, будто мы были знакомы сто лет, и прошептала на ухо: «Если он тебя обидит — я его убью. Договорились?»

А Ник…

Ник сидел на диване с ноутбуком на коленях. Он даже не встал, когда мы вошли. Только поднял глаза, скользнул по мне равнодушным взглядом и сказал:

— Это та самая? Не впечатлён.

Повисла тишина.

— Ник, — предостерегающе сказал Пэйтон.

— Что? Я просто сказал, что думаю, — Ник захлопнул ноутбук и уставился на меня. — Ты серьёзно? Она выглядит как библиотекарь. Ты мог найти кого-то поярче.

У меня внутри всё сжалось. Но я не отвела взгляд.

— Приятно познакомиться, Ник, — сказала я спокойно. — Я тоже рада видеть человека, который судит по обложке.

Он усмехнулся.

— Острая на язык?

— Когда надо — да.

Дилан и Эддисон переглянулись. Пэйтон напрягся, но я положила руку ему на плечо.

— Всё нормально, — сказала я. — Ник имеет право на своё мнение. Даже если оно ошибочное.

— Ошибка? — Ник встал. Он был чуть выше Пэйтона, с острыми чертами лица и холодными глазами. — Ты пришла в нашу компанию, где мы все друг друга знаем годами. А ты здесь кто?

— Девушка твоего друга, — ответила я. — И не твоя забота.

— Хорошо сказано, — неожиданно улыбнулся он. Но улыбка была недоброй. — Посмотрим, как долго ты продержишься.

Он вышел на кухню.

Соня выдохнула.

— Не обращай внимания, — сказала она. — Ник всех так встречает. Он проверяет новых людей. Хочет увидеть, сломаются они или нет.

— И я прошла проверку?

— Ты не сломалась. Это уже плюс.

Пэйтон обнял меня за плечи и прошептал на ухо:

— Ты молодец. Я знал, что ты справишься.

— А если бы я расплакалась?

— Тогда Ник извинился бы. Он не злой, просто колючий.

Вечер продолжился. Мы пили чай, играли в настолки, смотрели старые видео Пэйтона, где он ещё не был популярным. Эддисон показывала мне фото с их поездок. Дилан рассказывал истории, от которых мы все смеялись до слёз.

Ник почти не разговаривал со мной. Но я заметила, что иногда он на меня смотрит. Не зло. Скорее — изучающе.

Перед уходом он подошёл ко мне сам.

— Эй, — сказал он тихо, чтобы остальные не слышали. — Я был груб. Извини.

— Принимаю, — ответила я.

— Но я всё равно считаю, что ты ему не подходишь, — добавил он. — Пока не подходишь. Потому что ты слишком нормальная. А он — нет. Он живёт в мире, где нормальных не бывает. И если ты не сможешь с этим жить… ты его сломаешь.

Я посмотрела на него. В его глазах не было злости. Только усталость.

— Я не собираюсь его ломать, — сказала я. — Я собираюсь быть рядом.

— Посмотрим, — повторил он и отошёл.

В машине я молчала. Пэйтон спросил:

— Ник опять что-то сказал?

— Сказал, что я тебе не подхожу.

Он вздохнул.

— Не слушай его.

— А если он прав?

Пэйтон резко затормозил на пустой улице. Повернулся ко мне.

— Слушай сюда, Т/и, — его голос был твёрдым. — Ник — мой друг, но он не я. Только я решаю, подходишь ты мне или нет. И я решил, что ты — единственная, кто мне нужен. Ты меня поняла?

Я кивнула.

— Хорошо, — он снова тронулся с места. — А теперь скажи, что хочешь мороженого, и мы заедем в круглосуточный. Потому что после вечера с Ником мороженое — это святое.

Я улыбнулась.

— Хочу мороженое.

— Тогда поехали.

И мы поехали. За мороженым, за новыми разговорами и за тем, чтобы доказывать Нику, что иногда нормальные девушки — это именно то, что нужно ненормальным парням.