Глава 7. Зачем ты пришёл?
Я открыла дверь.
Пэйтон стоял на пороге, и впервые за всё время нашего знакомства он выглядел неуверенным. Не было той наглой улыбки, не было расслабленной позы. Он просто стоял и смотрел на меня, будто боялся, что я захлопну дверь прямо сейчас.
— Ты одна? — спросил он тихо.
— А ты кого-то ещё ожидал?
— Нет. Просто… — он сделал паузу. — Можно войти?
Я хотела сказать «нет». Хотела быть сильной, холодной, неприступной. Но моё тело меня не слушалось. Я отошла в сторону.
Он перешагнул порог. Осторожно, будто боялся наступить на что-то хрупкое.
— У меня дома не ходят в обуви, — сказала я автоматически. — Сними.
Пэйтон послушно стянул кеды. Поставил их у стены, аккуратно, рядом с моими. Потом поднял на меня глаза и протянул один из стаканов.
— Твой американо с двумя сахарами.
— Ты везде ходишь с кофе? — спросила я, но стакан взяла.
— Только когда иду к тебе.
Он улыбнулся. Совсем чуть-чуть, уголками губ. Эта улыбка была не такой, как раньше. Не самоуверенной. А почти извиняющейся.
Мы прошли на кухню. Я села на табуретку, он — напротив. Между нами был маленький деревянный стол, на котором стояла забытая с вечера кружка.
— Ты как? — спросил он.
— А ты как думаешь?
— Думаю, что ты злишься.
— Я не злюсь, — сказала я. И это было правдой. — Я просто… устала. Я не подписывалась на эту жизнь, Пэйтон. Я даже на аккаунт твой подписалась с фейка, чтобы никто не узнал. А теперь меня нашли. Все. Мои фото в интернете. Мой инстаграм. Мой универ.
— Я знаю.
— Ты знаешь? — я почувствовала, как голос начинает дрожать. — Ты представляешь, каково это? Проснуться и понять, что тысячи людей обсуждают, красивая ты или нет. Достойна ли ты своего парня. А он даже не мой парень, Пэйтон! Даже не мой!
Я не заметила, как повысила голос. А когда заметила, было поздно — слёзы уже душили меня. Я отвернулась, чтобы он не видел.
— Кофе, — он встал. Обошёл стол. Присел рядом со мной на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне. — Посмотри на меня.
— Не хочу.
— Пожалуйста.
Я посмотрела.
В его глазах не было жалости. Не было «бедная девочка, я тебя спас». Было что-то другое. Что-то тёплое и очень серьёзное.
— Я не знал, что тот парень снимет нас, — сказал он медленно. — Но я знал, что рано или поздно тебя найдут. Потому что я этого хотел.
Я замерла.
— Что?
— Я хотел, чтобы тебя нашли, — повторил он. — Не так, конечно. Не через дурацкое видео со вспышкой. Но я хотел, чтобы все знали, кто ты. Потому что я перестал видеть кого-то ещё.
— Ты… — я не могла подобрать слов. — Ты специально пригласил меня на ту вечеринку?
— Я пригласил тебя, потому что хотел с тобой танцевать, — ответил он. — А всё остальное… случилось само. Но я не жалею.
— Ты не жалеешь? — я почти закричала. — А я жалею!
Он не отшатнулся. Не обиделся. Просто посмотрел на меня и спросил:
— Правда жалеешь?
Я хотела сказать «да». Хотела крикнуть, что жалею о той минуте, когда зашла в кафе в тот понедельник. О той секунде, когда повернулась и облила его кофе.
Но не могла.
Потому что это была ложь.
— Нет, — выдохнула я. И слёзы, наконец, потекли. — Чёрт. Нет, не жалею.
Пэйтон медленно выдохнул. Он взял мои руки в свои. Его ладони были тёплыми, большими, полностью накрывали мои пальцы.
— Я всё исправлю, — сказал он. — Выложу видео. Скажу, что ты моя девушка. И чтобы отстали от тебя все.
— Мы же не встречаемся, — прошептала я.
Он помолчал секунду.
— А ты хочешь?
— Я…
— Не надо сейчас отвечать, — перебил он мягко. — Я не тороплю. Просто знай: я хочу, чтобы ты была моей. Не для видео. Не для подписчиков. Для меня.
Я смотрела на него и не верила.
Пэйтон Мурмаер, у которого миллион девчонок в комментариях пишут «люблю», сидит на моей кухне, держит меня за руки и говорит, что хочет быть со мной.
Обычной мной. Которая облила его кофе и полтора месяца строила из себя неприступную крепость.
— Я запуталась, — честно сказала я. — Я не знаю, что мне делать.
— Ничего не делай, — он улыбнулся. — Просто позволь мне быть рядом.
Он встал. Прошёлся по кухне, остановился у окна. Спиной ко мне.
— Я понимаю, если ты не захочешь продолжать, — сказал он тихо. — Правда. Если скажешь уйти — уйду. И не появлюсь больше.
— А если не скажу?
Он обернулся.
— Тогда останусь.
В голове у меня шумело. Слишком много всего за один день. Слишком много эмоций. Но когда я смотрела на него — на этого странного, навязчивого, бесячего Пэйтона, который пришёл ко мне посреди вечера с кофе и извинениями, — я понимала одну вещь.
Я не хотела, чтобы он уходил.
— Кофе остывает, — сказала я вместо всего.
Пэйтон посмотрел на свой стакан, потом на меня. И улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.
— Ничего, — сказал он. — Мы заварим новый.