- Ты ненормальный, Мурмаер.

Я сказала себе, что не пойду.

Я повторила это раз десять, пока красилась перед зеркалом. Потом ещё пять раз, пока выбирала, что надеть. И в последний раз — когда забила адрес вечеринки в навигатор.

«Я просто посмотрю. Просто зайду на полчаса, чтобы он отстал. И всё».

Спорить с собой было бесполезно.

Я приехала к девяти. Дом Джоша оказался большим, с отдельным двором и кучей машин на подъездной дорожке. Музыка гремела так, что было слышно за два квартала. У входа толпились люди — кто-то курил, кто-то смеялся, кто-то уже был навеселе.

Я сделала глубокий вдох и вошла.

Внутри было шумно. Полумрак, цветные огни, запах духов и попкорна. Где-то в углу играли в пиво-понг, кто-то танцевал посреди гостиной, а на диванах сидели компании и громко обсуждали что-то своё.

Я не увидела Пэйтона сразу. И даже обрадовалась.

— Кофе! Ты пришла!

Голос раздался сбоку. Я обернулась — он стоял в дверях кухни с пластиковым стаканчиком в руке. В чёрной рубашке, расстёгнутой на две пуговицы. Волосы как всегда растрёпаны.

На его лице была такая улыбка, будто он выиграл в лотерею.

— Я не поэтому пришла, — сказала я первое, что пришло в голову.

— Ага, конечно.

Он подошёл ближе. Слишком близко. Я сделала шаг назад — упёрлась спиной в стену.

— Ты специально меня загоняешь в угол?

— Нет, — он сделал глоток из стаканчика, не отводя от меня глаз. — Просто хочу убедиться, что ты не сбежишь в первые пять минут.

— Я и не собиралась…

— А зря.

— Что?

— Потому что я хочу, чтобы ты осталась, — сказал он просто. — Надолго.

Вокруг было шумно, смеялись люди, играла музыка, а я слышала только эти слова. «Хочу, чтобы ты осталась».

Я отвела взгляд.

— Ты пьян?

— Абсолютно трезв, — он усмехнулся. — Пока что.

— Тогда прекрати говорить такие вещи.

— Почему?

— Потому что они ничего не значат.

Пэйтон замолчал. Потом поставил свой стаканчик на ближайшую полку и вдруг взял меня за руку.

— Пойдём, — сказал он.

— Куда?

— Танцевать.

— Я не танцую.

— Сегодня танцуешь.

Он не спрашивал. Просто потянул меня за собой, и мои ноги послушались. Мы прошли через кухню, мимо диванов, мимо толпы у стены, и оказались в центре гостиной, где другие пары уже двигались под медленную песню.

— Это не моя музыка, — запротестовала я.

— Это музыка, под которую можно молчать, — ответил Пэйтон и положил руки мне на талию. — Не думай. Просто стой.

Я замерла.

Его ладони были тёплыми, даже через ткань моего топа. Он стоял так близко, что я чувствовала запах его парфюма — что-то цитрусовое и немного дымное. И дыхание — когда он наклонялся, оно касалось моей щеки.

— Ты всё ещё не сказала, как тебя зовут, — тихо произнёс он.

— Ты всё ещё не заслужил.

— А что я должен сделать, чтобы заслужить?

— Перестать быть собой.

Он улыбнулся. Не своей наглой улыбкой, а другой — той самой, которую я видела в старом видео. Уставшей и настоящей.

— Не могу, — сказал он. — Я пробовал. Не получается.

Я подняла на него глаза. В полумраке его лицо выглядело по-другому. Мягче. Словно он снял маску, которую носил перед всеми.

— Зачем я тебе? — спросила я. — Серьёзно. У тебя миллион подписчиков. Ты можешь выбрать любую.

— А я не хочу любую, — ответил он. — Я хочу ту, которая облила меня кофе и не извинилась. Которая подписалась на меня с фейка. Которая краснеет, когда я смотрю на неё, но делает вид, что ей всё равно.

Я покраснела.

Он рассмеялся — тихо, одними губами.

— Видишь? — он коснулся пальцем моей щеки. — Я же говорю.

Песня закончилась. Началась другая, быстрая и ритмичная. Но мы не двигались. Я смотрела на него, а он на меня, и в какой-то момент я поняла, что держу его за плечи. Мои пальцы сами собой вцепились в ткань его рубашки.

— Ты меня бесишь, — прошептала я.

— Я знаю.

— И я всё ещё не скажу тебе своё имя.

— И не надо. — Он убрал руку с моей щеки, но вторую с талии не убрал. — Кофе — тоже красиво.

Я чуть не засмеялась. Это было так глупо — стоять посреди вечеринки, обниматься с парнем, которого я вроде бы не выношу, и чувствовать, что я хочу остаться здесь ещё на пару песен.

А потом я услышала щелчок затвора камеры.

Мы оба обернулись. В двух шагах стоял какой-то парень с телефоном. На его лице было написано: «Я только что снял золото».

— Эй, — Пэйтон мгновенно изменился. Его голос стал жестче. — Убери телефон.

— Да ладно, Пэй, — парень захихикал. — Фан-база же хочет знать, с кем ты…

— Я сказал, убери, — повторил Пэйтон, и в его голосе появилось что-то опасное.

Парень опустил телефон и быстро отошёл. Но было поздно. Я уже всё поняла.

Если это видео попадёт в сеть…

Если кто-то увидит меня рядом с ним…

Моя обычная жизнь, которую я так берегла, могла закончиться в ту же секунду.

— Мне надо идти, — сказала я, отстраняясь.

— Кофе, подожди…

— Нет. Правда. Я ухожу.

Я развернулась и почти побежала к выходу. Не оглядываясь. Не слушая, зовёт ли он меня. Я выскочила на улицу, вдохнула холодный воздух и поняла, что руки дрожат.

Не от холода.

От страха.

Потому что я только что поняла одну очень неприятную вещь.

Я хотела остаться.

Я хотела, чтобы он меня догнал.

Я хотела, чтобы Пэйтон Мурмаер продолжил на меня смотреть так, будто я была единственным человеком в комнате.

И от этого желания было не скрыться.

Ни за каким фейковым аккаунтом.