Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Экстра (V)
— Если бы была следующая жизнь... какой бы она стала?
Он лежал в луже крови, смешанной с ароматом вина. На борту самолёта, летящего в страну А, Юй Вэньчжэн с удовлетворением закрыл глаза и нежно поцеловал разбитый экран телефона, на котором была фотография Ду Линя. Он безумно улыбнулся.
«Маленький лжец, я никогда не рассматривал тебя как простую пищу... Я хотел изменить твоё мировоззрение, чтобы ты встал на мою сторону и научился ценить удовольствие от охоты на людей, наблюдения за их страданиями. Если будет следующая жизнь... я не позволю тебе, когда твоя маска рухнет, накормить меня своим телом, обмануть меня и повеситься на моих глазах. Маленький лжец... если будет следующая жизнь, я постараюсь научиться любить, научиться заботиться о тебе, защищать тебя. Так что, пожалуйста, дай мне шанс на следующую жизнь. Пожалуйста».
Профессор Юй Вэньчжэн, осуждённый за серийные убийства и каннибализм, медленно закрыл глаза в туалете самолёта. Но он не знал, что его тело, вместе с вином, разлитым на полу, исчезло без следа. Словно невидимый водоворот затянул его... и он переродился, без памяти о прошлом.
——————
Время стремительно понеслось назад, отматываясь на полгода.
Юй Вэньчжэн, случайно согласившись подменить своего коллегу, профессора Ляна, на одной лекции, нашёл интересную цель. На большой лекции по высшей математике он увидел мальчика с невероятно красивым, ярким лицом. Его опущенные ресницы напоминали весенние цветы — такая красота могла легко пробудить желание в любом мужчине или женщине, словно первородный грех. Но для Юй Вэньчжэна плоть была лишь суетой... он просто чувствовал аппетит. Как опытный каннибал, глядя на эту аппетитную внешность, он думал о том, как эти прозрачные, красивые глаза, сваренные в супе, будут хрустеть на зубах, разбрызгивая сок. Именно так он и думал.
После лекции он увидел, как его изначальная цель — Вэй Сумин — подошёл к последнему ряду, схватил его маленькую жертву за руку и что-то тихо сказал. Скорее всего, что-то неприятное — он заметил, как побледнело лицо Ду Линя, словно его покрыли толстым слоем краски. Услышав обрывки слов: «расточать талант», «не стараться», «жаль», Юй Вэньчжэн почувствовал, что эта сцена режет ему глаза. Он подошёл, и Вэй Сумин, отпустив руку, ушёл. С улыбкой он попытался подшутить над этим ягнёнком, но обнаружил, что тот, словно ёжик, не поддаётся, огрызаясь в ответ.
«Интересно», — подумал он.
......
Глядя вслед уходящему Юй Вэньчжэну, Ду Линь с интересом спросил у системы:
【Ду Линь: Если этот главный злодей — знаменитый каннибал, то он, должно быть, хорошо разбирался в приготовлении человечины ещё до того, как стал профессором Цинда?】
【Система: Да, хозяин. Что ты хочешь сказать? 】
【Ду Линь: Мне стало любопытно... Каков на вкус его собственное сердце? 】
【Система: А, вот оно что... ммм... Подожди, хозяин, что ты имеешь в виду?! 】
Ду Линь слегка улыбнулся — красивой, но холодной улыбкой, напоминающей лунный свет.
【Ду Линь: Шучу. Не принимай всерьёз. 】
【Система: ............ 】
«Почему у меня странное чувство беспокойства?»
Черноволосый юноша замолчал, лишь приподняв бровь, и беззвучно подумал:
«Если он хочет сделать меня своей добычей и пищей, я думаю, я могу устроить ловушку. Должно быть забавно».
..................
Юй Вэньчжэн медленно плел паутину, чтобы поймать юношу. И он был близок к успеху. Он пригласил Ду Линя в свою исследовательскую группу по новой области математической физики. От профессора Ляна он узнал, что этот юноша пришёл из глухой горной деревни. Ду Линь, казалось, был очень привязан к своим родителям. Его связывали с ними прочные узы. Именно поэтому Вэй Сумин упрекал его в том, что он не уехал за границу и отказался от международной олимпиады по математике.
«Семейные узы...» — при виде этой информации Юй Вэньчжэн прищурился. Это задело его за живое. Хотя он сам был антисоциальной личностью, его мать, эта глупая женщина, своим безумным стремлением сделать из него гения почти довела его до такого состояния. А что, если Ду Линь пережил подобную травму в детстве? Внезапно в голове Юй Вэньчжэна возникла смутная мысль.
«Может ли он стать моим единомышленником?»
Его взгляд стал глубже, и чувство, поднявшееся в душе, заставило его нетерпеливо захотеть проверить эту теорию на практике.
Как и ожидалось, когда родители в глухой деревне узнали, что их сын присоединился к проекту и будет получать ежемесячную стипендию в десятки тысяч юаней, они пришли в восторг. Они даже не пытались расспросить, не боялись , что их сын попадёт в ловушку. Они радостно говорили:
— Наконец-то у нас будут деньги, чтобы купить квартиру старшему сыну! Мы нашли его в горах, кормили его, поили, давали кров столько лет, и наконец он может принести нам пользу!
А те деньги с олимпиады были такими маленькими, мы их уже потратили!
Эта маска вызывала отвращение. На лице Юй Вэньчжэна мелькнула холодная тень, но его голос оставался вежливым, пока он вешал трубку. Странно, но его сердце сжалось от боли — он искренне сочувствовал этому юноше. Эта боль была даже острее, чем воспоминания о том, как он собственноручно задушил свою мать.
И в последнее время Юй Вэньчжэн всё чаще видел обрывки воспоминаний — словно это было не сном, а прошлой жизнью. Он видел, как в погоне и охоте он терял своё сердце, как перед смертью молил о новой жизни. Он видел, как кровь сочится из перерезанных вен, как его тело холодеет, пока он сожалеет и молится, пока его сознание не гаснет.
Эта картина была настолько яркой, что у него заболели виски.
«Сон или иллюзия?» — глядя на список участников исследовательской группы, он не мог заставить себя написать следующий план убийства. Но он сказал себе, что никогда не будет, как тот мужчина во сне, который даже пленением не мог удержать этого лживого мальчишку. Он не допустит, чтобы маленький лжец повесился у него на глазах.
..................
Через несколько дней юноша, вынужденный присоединиться к группе приёмными родителями, выглядел встревоженным. Казалось, он догадывался, что скрывается за этим проектом, под видом математических исследований, — кровавая правда, которая обнажалась с каждым днём. Это была настоящая ферма по разведению «свиней».
Студенты-старшекурсники постепенно изолировались, исчезали один за другим. Ду Линь молчал, словно смирившись с судьбой. Юй Вэньчжэн не знал почему, но, глядя на него, чувствовал и жалость, и разочарование. Но однажды, перед тем как приступить к разделке первого аспиранта, Ду Линь пришёл к нему. Юноша выглядел послушным, его глаза, как вода, казалось, молили о пощаде для живых людей... Он пригласил Юй Вэньчжэна к себе домой, чтобы приготовить для него угощение. В тот дом в горах, который когда-то сковывал его, чуть не разрушил его будущее в Цинда и снова толкнул его в пасть каннибала.
..................
— Профессор Юй, мы почти приехали. Вон тот новый дом.
Шагая по липкой, влажной земле, Юй Вэньчжэн смотрел на недавно отремонтированный четырёхэтажный особняк и чувствовал странную иронию.
«Если будет возможность... я бы хотел, чтобы этот ребёнок увидел истинное лицо своих родителей. Я убью их для него. Даже если он не станет таким, как я, эта жалость пробуждает во мне желание убивать. Такое мерзкое мясо мне не по вкусу — оно только осквернит мой язык. Я просто хочу отомстить за Ду Линя».
..................
В воздухе витал неописуемый, изысканный аромат. Словно красное мясо, долго томившееся в кипящем бульоне. Сидя на другом конце стола, Юй Вэньчжэн прищурился, и его ноздри слегка дрогнули за золотыми очками. «Этот запах... кажется, мне знаком. Что это?»
— Готово, профессор Юй... прошу вас.
Он увидел, как Ду Линь, улыбаясь, ставит перед ним белую фарфоровую чашку с густым, ароматным бульоном и нарезанным красным мясом. Юй Вэньчжэн взял ложку, неторопливо отпил глоток, оценил кулинарное мастерство юноши и, помешав бульон, с удивлением обнаружил на дне чашки палец. «Так вот оно что... этот знакомый запах — человеческое мясо».
Бульон, по-видимому, содержал парализующее средство, так что профессор-каннибал мог только сидеть на месте. Юй Вэньчжэн с интересом поднял глаза и увидел, как маленький лжец, который всегда притворялся послушным и беззащитным, теперь сидел на столе. Его длинные, стройные ноги были слегка согнуты, а пальцы ног в тонких носках небрежно касались его уязвимой, запретной области. Ду Линь рассеянно сказал:
— Разве не этого ты хотел, профессор Юй? Ты так усердно рыл яму, звонил тем родителям, обещая премию... пытался заманить меня в ловушку. Как же ты старался. Но тебе не стоило так беспокоиться. Я попал в этот мир гораздо раньше. Я давно уже положил глаз на этих жестоких родителей, которые выжимали из меня все соки. Я хотел их убить.
В следующую секунду он тихо рассмеялся, и в его голосе послышалось удовольствие:
— Так что ты сам дал мне идеальный предлог и образец для подражания. С этой точки зрения, я должен поблагодарить тебя, профессор Юй. Теперь беззащитен ты. Я тоже хочу попробовать мясо с твоей груди, дорогой профессор Юй.
---
Примечание автора: Мини-сценка:
Юй Вэньчжэн: (облизывая губы) Как же соблазнительно, когда маленький Ду Линь касается меня... Это пробуждает и аппетит, и желание.
Ду Линь: (бесстрастно) Ммм, а в следующую секунду он будет распотрошён.
Комментарии