Обида сироты (XIX)
— У-иу, у-иу, у-иу, у-и
За окном одна за другой раздавались сирены скорой помощи.
Как раз была перемена. В классе сразу поднялся шум: ученики выглядывали в коридор, перешёптывались, обсуждая произошедшее.
И только сидящий на своём месте Е Сюнин оставался совершенно спокойным.
У него от природы было безобидное, чистое лицо. Стоило ему чуть опустить голову, позволить чёлке упасть на глаза — и никто бы никогда не связал этого тихого ребёнка с тем, кто столкнул учителя с лестницы.
Тонкие пальцы медленно выводили что-то на листе черновика.
Над головой лениво гудел вентилятор.
«Это был просто несчастный случай».
Почерк Е Сюнина был красивым и аккуратным — почти девичьим.
А ниже появилась ещё одна строчка:
«Кто будет следующим?..»
Чернила ещё не успели высохнуть. Е Сюнин слегка размазал их пальцем, позволяя чёрной краске запачкать кожу, и тихо улыбнулся.
— Это будет мой «отец», Е Чжифэн... или мой «брат», Е Янмин?
— Время покажет...
— Нужно быстрее вырасти.
— Нельзя заставлять брата Ду Линя ждать слишком долго.
——————
Как и обещал, Ду Линь приехал забрать Е Сюнина после школы.
Увидев нового преподавателя вместо прежнего, молодой дворецкий едва заметно нахмурился.
【Ду Линь: Даже нескольких дней не прошло... а дурное семя уже убило ещё одного?】
【Рэньпичжи: Если точнее — в тот же день.】
【Рэньпичжи: После того как тот учитель попросил у хоста номер телефона, ребёнок столкнул его вниз.】
Ду Линь долго молчал.
Сюжет снова отклонился.
По оригиналу Е Сюнин должен был убить этого учителя только через полгода.
— Брат Ду Линь?
Сидящий рядом на пассажирском сиденье ребёнок послушно пристегнул ремень безопасности и повернул голову к Ду Линю.
Солнечный свет из окна окрашивал его мягкие волосы в светло-каштановый оттенок. Видя, что Ду Линь почему-то не заводит машину, Е Сюнин осторожно потянул его за край одежды.
— ...Ничего. Просто думаю о деле, которое сегодня поручил мне господин.
Молодой управляющий покачал головой. На его красивом лице читалась усталость, а чуть склонённая шея казалась неожиданно беззащитной.
Зрачки Е Сюнина потемнели.
Брат Ду Линь всё время работает ради этого мужчины. Как раздражает. Но ждать ему осталось недолго.
【Динь — обнаружение — обнаружение—】
【Дурное семя из приюта: Е Сюнин【?】Симпатия: 80% —— Уровень искажения: 70% ——】
Ду Линь завёл машину.
Через зеркало заднего вида он видел лицо ребёнка — и скрытую в его глазах болезненную жажду обладания. Он не заставит меня ждать слишком долго.
Уголки губ Ду Линя слегка дрогнули.
【Ду Линь: Думаю, этот сценарий скоро закончится.】
【Рэньпичжи: О?】
【Ду Линь: Судя по тому, как быстро дурное семя убивает людей и насколько уверенно это делает... скоро сюжет должен дойти до финала, где он убивает главного героя и забирает власть над семьёй Е.】
Хотя отношения между Е Сюнином и Е Янмином сильно отклонились от оригинала, а линия между главным героем-гуном и главным героем-шоу вообще развалилась, пока основное направление сюжета сохранялось — всё ещё было поправимо.
Единственная проблема заключалась в другом.
По оригиналу Ду Линь должен был умереть от руки Е Чжифэна.
Эту часть нужно было продумать особенно тщательно.
...Или изменить подход.
Например — умереть ради Е Чжифэна.
Ду Линь задумчиво прикрыл глаза.
——————
В следующие недели Е Сюнин стал удивительно спокойным.
Он больше не устраивал никаких опасных выходок и вёл себя как обычный тихий школьник.
Словно губка, брошенная в воду, он жадно впитывал всё, что превосходило его возраст — знания, поведение, эмоции, способы общения. И рос пугающе быстро.
Изначально он собирался ещё немного подождать.
Подождать, пока не станет достаточно сильным, чтобы раздавить обоих мужчин рядом с Ду Линем.
Подождать, пока сможет открыто обнять его.
Но неожиданно судьба сама подкинула ему идеальную возможность.
У школьных ворот остановился дорогой спортивный автомобиль.
Е Янмин вышел из машины с сигаретой в зубах. Вид у него был крайне мрачный.
Он с самого начала терпеть не мог этого ребёнка, которого защищал Ду Линь. Его раздражало и бесило, что Ду Линь относился к приёмному ребёнку старика лучше, чем к нему самому.
А если какая-то мысль начинает тебя по-настоящему беспокоить — рано или поздно докопаешься до правды.
Думая о результатах расследования, Е Янмин зло прикусил фильтр сигареты и шагнул вперёд.
Схватив Е Сюнина за волосы, он холодно спросил:
— Значит... ты тоже ребёнок моей матери, мелкий ублюдок?
——————
В машине Е Сюнин молча сидел на заднем сиденье, прижимая к себе школьную сумку.
Лицо его было бледным, как бумага. Он дрожал и выглядел перепуганным.
Но если бы сейчас на него посмотрел Ду Линь, то мгновенно почувствовал бы холод.
Потому что это была не паника.
Это было возбуждение.
Настоящее, дрожащее возбуждение.
— Наконец-то появился повод избавиться от них открыто.
Е Янмин сидел за рулём и ехал слишком быстро.
Он грубо закинул ребёнка в машину и мчался по дороге так, будто в любую секунду собирался во что-нибудь врезаться.
К счастью, дорога была пустой.
Через некоторое время машина остановилась.
Это было кладбище.
Здесь были похоронены его родители.
Е Янмин резко распахнул дверь и вытащил Е Сюнина наружу.
Остановившись перед могилой, он долго смотрел на надгробие. На его красивом, высокомерном лице смешались злость и горечь.
Сначала он считал этого ребёнка просто инструментом старика.
Но потом понял, что всё куда сложнее.
Совсем скоро наступала годовщина смерти его родителей.
И одновременно приближалось его восемнадцатилетие.
Так почему именно сейчас Е Чжифэн внезапно решил усыновить ребёнка?
Кто он вообще такой?
Мысли путались всё сильнее, поэтому Е Янмин нанял частного детектива, чтобы проверить прошлое мальчишки в приюте.
И тогда он узнал правду.
Самое смешное — Е Чжифэн даже не пытался особо скрывать это. Для него вся история с ребёнком была чем-то вроде мелкого развлечения.
Иначе Е Янмин никогда бы не докопался до истины.
Он медленно посмотрел на отчёт в своих руках.
— У него был младший брат.
Когда-то, во время борьбы за власть внутри семьи Е, в семейной книге должен был остаться только один наследник линии его матери.
Победитель получает всё.
После крови и предательства его мать выбрала Е Янмина.
А второго ребёнка бросили в приюте Цзянчжоу.
Без имени.
Без семьи.
Как сорняк у дороги.
— Его зовут Е Сюнин.
Закат окрасил надгробия в кроваво-красный цвет.
Е Янмин долго стоял молча.
Он вспоминал детство.
Как оказался в семье Е.
Как, кроме старика Суна, никто не хотел о нём заботиться.
Как он лежал ночью один в огромном доме и слушал раскаты грома за окном.
Тогда он ненавидел родителей.
Ненавидел за то, что они ушли и оставили его одного.
Но теперь...
Теперь он понял.
Мать выбрала именно его.
Он медленно стёр пыль с имени на надгробии:
«Могила Е Фанфан».
Будто вместе с этим стирал старую обиду.
— Значит... любимым ребёнком всё-таки был я?
Его голос звучал очень тихо.
Ветер мягко коснулся лица.
Только когда сигарета догорела почти до фильтра и обожгла губы, Е Янмин вытащил её изо рта и раздражённо затоптал ботинком.
Он думал о многом.
Даже если он терпеть не может этого мелкого ублюдка... ради матери он всё равно защитит его от старика.
И ещё был Ду Линь.
При мысли о нём сердце Е Янмина болезненно сжалось.
Ду Линь не имел никакого отношения к старым тайнам семьи Е.
Он ничего не знал.
В нём была только слепая преданность Е Чжифэну — почти фанатичная.
И он даже не понимал, какое чудовище любит.
Е Янмин наконец ясно осознал собственные чувства.
В ту ночь, когда Ду Линь оглушил его лампой и оставил у кровати, он позже всё-таки пришёл в себя.
Но всё равно молча смотрел, как Ду Линь уходит.
Он больше не станет его принуждать.
Потому что теперь понял своё сердце.
И в этом он лучше Е Чжифэна.
Он добьётся Ду Линя.
Будет ухаживать за ним.
Заставит его увидеть себя.
В конце концов, он младше старика почти на двадцать лет.
У него полно времени.
Постояв у могил ещё немного, Е Янмин холодно велел Е Сюнину возвращаться в машину.
Но он даже не подозревал...
Что за этот короткий час ребёнок уже успел кое-что сделать с автомобилем.
Тормоза были испорчены.