Глава 8. Первый осколок
- Чимин!
Юнги остановился посреди комнаты. Тяжело дыша. С растрёпанными волосами. В помятой футболке, словно выбежал сразу после сна.
Чимин сидел на кровати, не замечая ничего вокруг. Перед глазами всё ещё стоял Минджун. Его улыбка. Его смех. Его маленькие ладошки. И тот ужасный крик.
- Минджун... - голос сорвался.
Юнги побледнел ещё сильнее.
- Что ты вспомнил?
Чимин поднял на него растерянный взгляд.
- Он бежал... - в горле стоял ком. - Он смеялся... - каждое слово давалось с трудом. - Потом... потом был крик...
Лицо Юнги словно окаменело. А затем он медленно опустился на край кресла возле двери. Будто ноги перестали держать.
В комнате повисла тишина. Только дыхание Чимина. Только биение его сердца.
- Это правда? - прошептал омега.
- Да.
- Я действительно вспомнил?
Юнги долго смотрел в пол. Потом кивнул.
Чимин закрыл лицо руками. По щекам снова потекли слёзы. Он не помнил всего. Лишь несколько секунд. Несколько крошечных фрагментов. Но боли от этого было достаточно. Слишком достаточно.
Оставшуюся часть ночи никто не спал.
Юнги принёс воды. Поставил рядом лекарства. Несколько раз хотел что-то сказать. Но каждый раз замолкал. Чимин это видел. И впервые за всё время решил спросить сам.
- Ты тоже не спишь из-за него?
Вопрос прозвучал неожиданно даже для него самого. Юнги замер. Очень медленно поднял взгляд. И в этот момент Чимин понял ответ ещё до слов.
Да.
Каждую ночь.
Каждый день.
Каждую минуту.
- Да, - тихо ответил альфа. Голос звучал хрипло. Словно давно не использовался. - Уже два года.
Чимин почувствовал, как внутри всё болезненно сжимается.
Два года.
Два года жить с такой болью.
И вдруг он впервые задумался:
а как вообще Юнги пережил это?
***
Утром дом был привычно тихим. Небо наконец прояснилось. Впервые за долгое время выглянуло солнце.
Чимин сидел на кухне с чашкой чая. Сон так и не пришёл. Поэтому сейчас он просто смотрел в окно.
Когда Юнги вошёл, в руках у него была папка. Толстая. Потрёпанная по краям.
Увидев её, Чимин нахмурился.
- Что это?
Юнги несколько секунд молчал. Потом положил папку на стол.
- Фотографии.
Сердце дрогнуло. Чимин сразу понял какие именно.
Минджун.
Юнги словно прочитал его мысли.
- Если ты не хочешь, ты не обязан смотреть.
Ложь. Они оба знали, что рано или поздно это случится.
Чимин осторожно открыл папку.
Первый снимок. Маленький мальчик сидит на плечах у Юнги и счастливо смеётся.
У Чимина перехватило дыхание.
Второй. Минджун испачкан краской с ног до головы.
Третий. Он спит между ними на диване.
Четвёртый. День рождения. Торт. Свечи. Счастливые улыбки.
Чимин смотрел фотографии одну за другой. И чувствовал, как сердце разрывается. Потому что на каждом снимке видел не только сына. Но и себя. Настоящего себя. Того человека, которого больше не помнил.
- Он был похож на тебя, - неожиданно произнёс Чимин.
Юнги впервые за утро едва заметно улыбнулся. Очень грустно.
- Все говорили наоборот.
- Правда?
- Да.
И на секунду между ними появилось что-то странное. Тёплое. Человеческое. Без страха. Без прошлого. Просто воспоминание о ребёнке, которого они оба любили.
***
После обеда Чимин остался один. Юнги уехал по делам. Снова.
Дом казался огромным. Пустым. И чтобы отвлечься, Чимин решил немного прибраться в комнате. Он открывал ящики, перекладывал вещи и складывал книги. Пока случайно не нашёл коробку. Старую. Пыльную. Задвинутую глубоко под шкаф.
Чимин нахмурился. Он не видел её раньше.
Осторожно достав коробку, он снял крышку. Внутри лежали документы. Фотографии. Несколько конвертов. И дневник. Обычный чёрный блокнот.
Сердце внезапно забилось быстрее.
На первой странице был знакомый почерк. Его собственный. Пальцы дрогнули. Чимин медленно перевернул страницу.
«Сегодня мы снова поссорились.»
Он застыл. Следующая строчка.
«Я больше не узнаю Юнги.»
Воздух застрял в лёгких. Следующая.
«Я люблю его. Но иногда мне страшно находиться рядом с ним.»
Руки задрожали. Чимин быстро перелистнул ещё несколько страниц. И чем дальше читал, тем сильнее становилось чувство холода внутри. Потому что между строками проступала правда. Тяжёлая. Болезненная. Страшная.
Они не были счастливой семьёй. По крайней мере последние годы. Совсем не были.
И именно в этот момент внизу хлопнула входная дверь. Юнги вернулся домой.
А на раскрытой странице дневника взгляд Чимина зацепился за новую запись. Короткую. Всего одну строчку.
«Если однажды я всё-таки уйду от него, надеюсь, Минджун меня поймёт.»
Чимин замер. А затем медленно поднял голову в сторону двери. Потому что впервые увидел не только боль Юнги. Но и боль человека, которым сам был раньше.