Обманывая судьбу

- Не стоит так часто выходить во двор, - заметил Лео, прикрывая за собой входную дверь.

Кэт сидела на деревянных ступеньках, подогнув под себя ноги, наслаждаясь обеденной кружкой кофе. На ней широкие спортивные штаны и чрезмерно большая белая футболка, то и дело сползающая с исхудавших плеч. Всё, что он смог найти для неё из своих вещей. Платье безвозвратно порванное и перепачканное кровью, ни капли не сожалея, она отправила в мусорку ещё вчера.

- Они и так найдут нас, дело времени, - хрипловато ответила девушка, повернув в его сторону голову. Ещё мокрые после душа пряди, достающие до бедер, слегка всколыхнулись.

- И ты решила сразу встретить наших гостей? - весело хмыкнул Лео, аккуратно присаживаясь рядом. Девушка слегка дернулась, но опомнившись тяжело втянула воздух.

- Извини.

- Не стоит, - отмахнулся Лео, наблюдая как из чашки вздымается прозрачный пар. - Я понимаю. Такое не забудется.

- Когда нас заберут домой? - нахмурилась девушка, и её пушистые брови сошлись на переносице. Лео сглотнул, не зная, как подобрать слова.

- Дело в том, что нам придется остаться здесь. На некоторое время естественно.

Кэт отвернулась, уставившись на лес, откуда ещё вчера они пришли. День стоял светлый, но кроны деревьев будто прятали тьму внутри, прикрывая глушь своими сухими ветками. Неизвестность - вот, что пугает больше всего.

- Мы наживка, верно? - хмыкнула она, отпивая глоток кофе. Лео не сдержался от ухмылки.

- Сообразительная.

- Ричард доводит дело до конца? - грустно посмотрела Кэт в глаза сержанта. Там, в небесных оттенках неба, отобразилось чувство вины.

- Он был против, - признался Лео, сжимая колени. - Это я. Я знаю, вы сильно настрадались в их логове, но если сейчас мы их упустим, то всё было зря. И смерть отца Ричарда, тоже напрасна.

- Его отца убили? - чуть громче, чем хотелось, спросила оживленно Кэт. Она тут же притихла, сжимая пальцами чашку.

- Думаю да. Все ниточки ведут к Джонсу. Это дело нужно закончить, иначе сколько людей ещё погибнет?

- Так будет лучше, - кивнула Кэтрин и слегка поежилась от легкого ветерка, что будто бы промчался мимо. - Какой он?

- Ричард?

Лео расплылся в улыбке, замечая едва уловимый блеск, в уставших глазах Кэтрин. Она тяжело дышала, скрывала боль в ноге, но едва сдержала полуулыбку, что затаилась в уголках губ.

- Да.

- Он совестливый, - начал Лео загибать пальцы. - Настырный, вредный и не послушный, - рассмеялся друг. Кэт не сдержала своего смеха. Так опасливо, будто это запрещено, и сейчас нравы порядка её схватят за угрозу обществу. - Он точно преданный своему делу, и порой слишком эмоциональный. Он просто человек.

Кэт кивнула, вставая со своего места. Вытянула руки, сонно потянувшись, но тут же зашипела, когда в ноге что-то кольнуло.

Девушка тщательно обрабатывала рану, каждые несколько часов меняла повязки, но казалось, что не обошлось без инфекции. А в таких реалиях, мало что можно было сделать. Что уж тут говорить о местах, по которым прошлись кулаки. Они то и дело ныли, напоминая о тех страшных моментах, в душном, тесном пространстве подвала. Когда воспоминания вновь возникали перед глазами, приходилось сильно жмуриться, отгоняя наваждение, что пыталось загнать её в тюрьму. Попав туда, она окажется в окружении жалости к себе и бесконтрольного гнева. Так же и сейчас, на секунду почувствовав запах сырости, она сжалась и потрясла головой. Вокруг только глушь. Всё в порядке.

- Хочу отдохнуть, - солгала девушка. Лео кивнул, решив остаться не на долго, припеченный ярким солнцем. Он вальяжно развалился на крыльце, как пузатый кот, подставляя себя лучам.

Войдя в дом, Кэт облегченно вздохнула. После жаркой улицы, здесь царила прохлада. Проведя пальцами по кухонному столу, она глянула на лестницу ведущую наверх. Прикусила губу, не желая признавать, что сердце зовет её далеко не в свою комнату. Не долго борясь с инстинктами, девушка взобралась на второй этаж, отмечая на сколько плохо сгибается нога, но это осталось на заднем плане, на фоне бешено стучавшего сердца.

- Ричард? - тихо спросила она, приоткрывая двери, но ответом была тишина. Балкон открыт, свежий воздух наполняет комнату, прикасаясь к занавескам. Те отчаянно прижимались к стенам и потолку, моля о спасении.

- Заходи, - послышался тихий голос, откуда-то из-под кровати.

Она прикрыла за собой дверь и прошлась по комнате. Только сейчас, обнаружила мужчину. У просторного окна, что занимало всю стену, сидел совершенно разбитый человек. Прислонившись лбом к мутному стеклу, он разглядывал двор. Вероятно, видел их внизу. Слышал ли, о чем они говорили с Лео?

На нем только черные штаны, волосы растрепаны, вероятно после душа. Тонкие пряди спадают на лоб, а остальные торчат, как после разряда током. Он измученно улыбнулся, приглашая присесть рядом. Кэт с трудом сползла вниз и не дыша, замерла, ожидая, что он скажет, но Рич по-прежнему молчал, так же отвернувшись к окну.

- Ну же, помоги мне. Я не знаю, что сказать, - взмолилась девушка. Кэт словно была частью его боли, что насквозь проходила через него. Она не просто чувствовала то, что происходило с ним. Каждая клеточка тела, улавливала эти разряды, проходящие по его душе.

- Я во многом виноват, - покачал он головой. - Сделал то, чего никогда себе не прощу. Раньше, я думал, что могу многое оправдать своей профессией: так нужно, так необходимо, не было другого способа. А сейчас, я засыпаю под крики людей, которых я видел, и ничего не сделал. Просыпаюсь от звуков выстрелов. От своего выстрела, - он задумчиво поднял руку, разглядывая пальцы. - Сам нажал на курок.

- Я тоже раньше думала, что моя жизнь прекрасна. У меня всё есть, и дружба, и родители здоровы, и профессию получила. Жизнь прекрасна. А потом Сара. Наверное, я была слишком наивная, раз думала, что уж моё окружение не может так поступить. Не может быть жестоким. А потом Дикн, сжимая мои запястья, в помещении без воздуха, хотел изнасиловать меня. А я ведь доверяла ему, - шептала она без остановки, замечая, как наворачиваются слезы.

Ричард повернулся к Кэт, внимательно смотря, как слеза, скатываясь по щеке, безумно быстро бежит к шее. Он задумчиво протянул руку, и нежно, почти не касаясь смахнул её пальцем. Их глаза снова встретились и заплясали в вихре взаимных чувств.

- Ты не виновата, - шепотом сказал он, продвигаясь ближе. Она позволила ему обнять себя за плечи, выдыхая от облегчения. Его горячие руки, впитывали в себя весь холод и страх, что бередил нервы. Он растопил то, что заморозилось где-то внутри от разочарования к жизни.

- Как и ты, - выдохнула она, схватив ладонями его щетинистое лицо. - Ты делал то, что необходимо. Ты нас спас.

Он не двигался, никак не веря в то, что девушка так трясется в его объятиях. Её ладони, совсем холодные, медленно согрелись и скромно продолжили свой путь вниз. Её взгляд неотрывно за ними следил, будто контролировал. Он блуждал по его коже, золотой цепочке на шее и едва заметным, побелевшим шрамам. Напряжение взрывалось и трещало, словно кто-то включил звук огня в лесу.

- Кэт, - едва дыша прошептал мужчина, и его рука сама по себе потянулась к её длинным волосам. Огрубевшие пальцы, наконец коснулись шелка этих прямых прядей. Провели по ним до конца, слегка накрутив на ладонь. Она едва могла пошевелиться, оглушенная своим сердцем в ушах.

- Ричард.

Имя из её уст звучало, как призыв. И не сдержав тихого стона, он прильнул к этим манящим губам, замечая, как она сама поддалась вперед. Нежность между ними разрушила границы, и обволокла в некий купол, где существовали только они вдвоем. Здесь не существовало даже тишины.

Поцелуй переходил в грубость и снова в ласку. Его язык проник внутрь, приглашая её на танец. Она ответила с такой же пылкостью, даже не замечая, как руки смело блуждают по гладкой спине. Ладони закопались в твердые волосы, слегка оттянув их от наслаждения. Она не испытывала такого никогда. В груди горел целый пожар, желающий погубить всё вокруг, а губы её впивались в шею, оставляя то укусы, то поцелуи, то только горячее дыхание.

Ричард схватил её за ягодицы, и напрягая мышцы, встал, не заканчивая целую пытку поцелуев. Она ухватилась ногами за его бедра, полностью доверяя. Без зазрения совести, улыбаясь, он упал вместе с ней на мягкую кровать. Оказавшись сверху, он вновь взглянул в глаза, где в море бушевал целый ураган, метали молнии, а волны захватывали пол берега. Она точно ураган Катрина!

Отбросив её белую футболку в сторону, он просиял. От вида этих округлых, изящных форм, он тяжело вздохнул, стараясь не торопиться. Ладони ревностно блуждали по груди, нежно спускаясь вниз, то снова вверх. Она изнывала от желания, прикрыв глаза и изгибаясь, как настоящая, грациозная лань. Рич коснулся языком соска, затем второго, изображая круг. Уверенно снял её штаны и то, что было под ними.

Дыханием опалил живот, спускаясь ниже. Послышался протяжный стон, как язык его коснулся её сокровенного места, вырисовывая неизвестные никому символы. Её тело будто сковало, а льющаяся магма вместо крови, забурлила, норовя вырваться наружу. Достигнув пика, Кэт опять изогнулась, сжимая ноги. Мокрые губы мужчины оставляли поцелуи на щиколотках, поднимаясь вверх. Приподняв одну ногу, он осыпал поцелуями всю: от кончиков пальцев к бедру.

Приподнявшись и не сдерживая улыбки, Кэт увлекла его за собой, вцепившись в эти желанные, разгорячённые губы. Ногти оставляли царапины на его спине, но он слышал только её непрекращающиеся, тоненькие стоны, заполняющие всё его сознание. Когда он вошел в нее, мир вокруг померк. Горячие струйки пота пробежали по лбу. Кэт их смахнула, и продолжила двигать бедрами, отвлекая его от реальности. Всё стало таким не важным, именно в её объятиях. Хотелось только одного: чтобы это никогда не заканчивалось.

Руками он ухватил её за спину, и встал. Оказавшаяся сверху Кэт, продолжала двигаться: плавно, медленно, затаив дыхание. Лбом уперлась в его плечо, а Ричард укусил её за мочку уха. Схватив длинные, растрепавшиеся волосы, отвел их в сторону, обнажая стройную, длинную шею.

- Ричард, - выдохнула она ему на ухо. На красном, почти пылающем лице про скользила такая нежность, несравнимая ни с кем. В ней вся жизнь. Это та нежность, что оберегает тебя от боли и окружающих врагов.

Он выпустил её из своих рук, наблюдая как разгорячённая падает на кровать, и снова лег сверху. Движения его стали резче, настойчивее и быстрее. Обвивая его ногами, она двигалась точно в такт. Ричард вцепился в её губы, заглушая громкий, последний стон, когда сотни бабочек, от влюбленности вырываются наружу. Целый фейерверк отпечатался на потолке, когда, тяжело дыша они остановились.

- Кэтрин, - чуть отдышавшись, начал Ричард.

- Ничего не говори.