ЦИРКОВЫЕ ДЕБИЛЫ!!!

Как только Джекс, прихватив остатки чизкейка, со смешком вывалился из комнаты, маска комедии на лице Гэнгл с сухим щелчком отвалилась. Она с тихим звоном ударилась о пол, уступив место вечно плачущей маске трагедии.

Все эти яркие платья, неоновые браслеты и шумные опенинги были лишь ширмой. Гэнгл до ужаса боялась оставаться наедине с собой. Без масок она вообще не знала, кто она такая. Изломанное цифровое существо, состоящее из одних лишь лент. Она искренне презирала ту свою часть, которая вечно плакала, ныла и делала её «хуже остальных» в этом безумном цирке. Ей казалось, что её настоящую никто и никогда не сможет полюбить.

Вдруг на её плечо опустилась тяжелая, собранная из разноцветных треугольников и кубиков рука.

— Эй. Вытри сопли, Гэру-девочка, — раздался резкий, но удивительно теплый голос Зубл.

Зубл, как обычно, выглядела максимально неформально в своем вечном оверсайзе, лениво жуя жвачку. Она зашла секунду назад и застала финал выходки Джекса. Зубл была единственной, кто никогда не судил Гэнгл за её слабость. Она была её глухой, бетонной стеной, за которой можно было спрятаться от всего мира.

— Он прав, Зубл... Я просто жалкая, — всхлипнула Гэнгл, пытаясь спрятать лицо в лентах. — Я строю из себя кого-то, крашусь, рисую... Но внутри я просто пустое место, которое даже за себя постоять не может.

Зубл вздохнула, бесцеремонно пнула ногой валяющуюся маску комедии в угол и сжала ленточное плечо подруги чуть сильнее.

— Послушай меня сюда, — твердо сказала Зубл. — Джекс — придурок. А ты — единственная здесь, в ком осталось хоть что-то живое. Мне плевать, в каких ты масках и какой кринж ты там рисуешь. Ты — это ты. И ты со всем этим справляешься получше многих. Поняла?

Гэнгл замерла. Слезы на фарфоровых щеках начали подсыхать. Рядом с Зубл ей всегда становилось лучше. Становилось спокойнее. Внутри её хрупкого цифрового тела впервые за день разлилось настоящее, не поддельное тепло.