Я против этого брака!

Дженифер(дженни):

В моей прошлой жизни был дождь.

Я возвращалась с работы, уставшая, как собака. В наушниках орала музыка, в голове — планы на вечер: душ, чай и новая глава книги, которую я читала. Дурацкое фэнтези про средневековье, где главная героиня — вся из себя добрая и невинная, а главный злодей — кронпринц Тэхён, холодный ублюдок с красивым лицом. Ну и, конечно, была там ещё одна стерва — Дженни, сестра главной героини. Та ещё дрянь. Травила бедняжку Бэтти, строила козни, а в конце книги её казнили на главной площади. Позорно и заслуженно.

Я не успела дочитать последнюю главу.

Грузовик вылетел на красный. Я даже не поняла, что случилось. Просто удар, темнота и тишина.

Когда я открыла глаза, дождя не было.

Вместо серого потолка моей квартиры надо мной висел балдахин из плотного бархата. Тёмно-зелёный, с золотыми кистями. Пахло свечным воском и какими-то цветами.

Я моргнула. Потом ещё раз.

— Леди Дженни! Очнулись!

Чужой голос. Высокий, взволнованный. Передо мной возникло лицо девушки в белом чепце. Горничная. Самая настоящая горничная, каких рисуют в исторических фильмах.

— Слава богам, — выдохнула она. — Вы так сильно ударились головой, мы думали, вы не проснётесь!

Я попыталась сесть. Тело слушалось, но ощущалось... чужим. Я опустила взгляд на свои руки — тонкие пальцы, бледная кожа без привычного шрама от пореза. Шрама не было.

Сердце ухнуло куда-то в желудок.

— Принеси зеркало, — хрипло сказала я.

Горничная метнулась к столику и протянула мне серебряную пластину. Я заглянула в отражение.

На меня смотрело лицо девушки. Лет девятнадцать на вид. Огромные глаза, тёмные волосы, острый подбородок. Красивое лицо. Но не моё.

И тут память ударила, как тот грузовик.

Дженни. Меня зовут Дженни. Я дочь графа Уильяма. У меня есть младшая сестра Бэтти. Я — злодейка из книги. Той самой книги, которую я читала по дороге домой.

Я открыла рот и тихо, очень тихо выматерилась. Горничная не поняла, но на всякий случай попятилась.

Следующие несколько часов я провела в тумане.

Меня осматривал лекарь — настоящий, в смешной шапке и с банками пиявок. Сказал, что «удар головой вызвал временное помутнение рассудка» и прописал покой. Я кивала, соглашалась, а внутри у меня всё дрожало.

Я умерла. Я, Дженнифер, двадцати двух лет, офисный планктон, умерла под колёсами грузовика. И теперь я — Дженни, местная стерва, которую в конце книги публично казнят за все её преступления.

Отлично. Просто отлично.

Я помнила сюжет. Оригинальная Дженни была завистливой дрянью. Она травила сестру, пыталась отравить главную героиню, плела интриги против кронпринца. Её казнили через два года после того момента, в котором я очнулась.

Два года. У меня есть два года, чтобы не умереть.

Когда паника немного улеглась, я начала думать. Что я умею? В моём мире я была обычной девушкой. Работала в офисе, смотрела сериалы, читала книги. Здесь нет интернета, нет телефонов, нет нормальной медицины. Но у меня есть знания. Я знаю сюжет этой истории. Я знаю, кто кому враг и кто кого предаст. И я знаю, как не совершить тех же ошибок, что и настоящая Дженни.

Главное — не быть дурой.

Вечером в мою комнату без стука вошёл мужчина.

Высокий, широкоплечий, с проседью в волосах. Одет богато, на пальце фамильный перстень. Я сразу узнала его по описанию из книги — граф Уильям, мой новый отец.

— Дочь, — сказал он сухо, усаживаясь в кресло напротив. — Лекарь говорит, ты в порядке.

— В полном, — ответила я, осторожно подбирая слова. Настоящая Дженни говорила с отцом елейным голосом, но я не собиралась притворяться копией. Всё равно долго изображать злодейку не получится.

Граф прищурился.

— Хорошо. Тогда перейдём к делу. Ты уже взрослая. Девятнадцать лет — возраст, когда пора думать о браке. Я получил несколько предложений. Барон Харви, виконт Стоун, граф Эшфорд...

Я слушала и качала головой. Барон Харви — старый пьяница. Виконт Стоун — карточный должник. Граф Эшфорд — трижды вдовец с подозрительной репутацией. Я помнила их всех по книге. Ни один не годился.

Отец замолчал и посмотрел на меня с ожиданием.

И тут я вспомнила, как погибла настоящая Дженни. Её выдали замуж за неудачника, она попыталась вырваться, влезла в интриги и потеряла всё. Если я хочу выжить, мне нужен другой путь.

Я выпрямилась и посмотрела отцу прямо в глаза.

— Отец, — сказала я чётко и громко. — Я никогда не позволю себе выйти замуж за недостойного и несостоятельного мужчину. Я хочу жить роскошной и размеренной жизнью. И если мне суждено выйти замуж, то только за того, кто сможет мне эту жизнь обеспечить.

В комнате повисла тишина.

Граф Уильям смотрел на меня так, будто увидел впервые. Его брови поползли вверх. Слуги замерли у дверей.

Настоящая Дженни никогда так не говорила. Она визжала, плакала, требовала, но никогда не выставляла условий так холодно и уверенно.

— Вот как, — медленно произнёс граф. — И кого же ты считаешь достойным?

Я чуть не брякнула: «Да кого угодно, лишь бы не главного героя». Но вовремя прикусила язык.

— Это решать вам, отец, — уклончиво ответила я. — Но мой будущий муж должен быть богат. Очень богат.

Граф усмехнулся. В его глазах мелькнул странный огонёк. То ли гордость, то ли азарт.

— Хорошо, — сказал он, поднимаясь. — Я услышал тебя, дочь. Будет тебе достойный жених.

Он вышел, а я осталась сидеть в постели с неприятным чувством, что только что сделала что-то ужасно глупое.

Прошло три дня.

Я осваивалась в новом мире. Училась ходить в этих дурацких платьях с корсетом, привыкала к тому, что мне постоянно кланяются. Младшая сестра Бэтти пришла познакомиться — тихая, робкая, с огромными испуганными глазами. Я улыбнулась ей и сказала что-то доброе. Она чуть не упала в обморок от неожиданности. Видимо, оригинальная Дженни её совсем зашугала.

На четвёртый день отец вернулся из дворца.

Я сидела в гостиной, листала какую-то книгу по этикету и пыталась запомнить, какой вилкой едят салат, а какой — рыбу. Граф вошёл с таким лицом, что у меня сразу ёкнуло сердце.

— Дочь, — сказал он торжественно. — Я исполнил твоё желание.

— Какое именно? — настороженно спросила я.

— Его Величество одобрил твою кандидатуру. Через месяц ты выходишь замуж.

Я почувствовала холод в животе.

— За кого?

Отец улыбнулся, и улыбка эта мне совсем не понравилась.

— За кронпринца Тэхёна.

Книга выпала у меня из рук.

Кронпринц Тэхён. Главный мужской персонаж романа. Красивый, умный, ревнивый, устрашающий. Тот самый, кто в оригинале приказал казнить Дженни. Тот самый, кого я планировала обходить за версту.

Я открыла рот, чтобы сказать: «Папа, я против этого брака». Но слова застряли в горле. Потому что отец уже развернулся и вышел, очень довольный собой.

А я осталась сидеть с книгой на полу и мыслями, полными ужаса.

Вот и поговорили.

Я хотела роскошной жизни, а получила билет в один конец к тому, кто должен меня убить. Отлично, Дженни. Просто отлично.