Вкус запретного плода

На следующее утро Хаюн проснулась первой.

Открыв глаза, она сразу почувствовала тяжесть на своей талии. Она осторожно опустила взгляд и увидела мужскую руку.

Она медленно повернула голову.

Рядом спал Чонвон.

На ней всё ещё было вчерашнее свадебное платье, а он так и уснул в своей одежде. На мгновение Хаюн вспомнила события прошедшего вечера и тихо выдохнула.

Осторожно убрав его руку, она поднялась с кровати.

Подойдя к двери, Хаюн приоткрыла её и услышала голоса, доносившиеся с первого этажа. Она тут же закрыла дверь обратно.

Она обернулась на Чонвона.

От одной мысли о том, что могут подумать окружающие, ей становилось не по себе.

Она нервно сжала пальцы.

Чонвон всё ещё спал.

Хаюн несколько раз прошлась по комнате, затем снова посмотрела на него и тяжело опустилась на край кровати, закрывая лицо руками.

Вся эта ситуация ужасно её раздражала.

Спустя некоторое время Чонвон проснулся.

Он лениво открыл глаза, огляделся и заметил Хаюн, сидящую к нему спиной.

Приподнявшись на локтях, он хрипло спросил:
— Почему ты не спишь?

Хаюн вздрогнула и обернулась.
— Мне нужно спуститься вниз. В свою комнату.

Чонвон задумался.
— Это и есть твоя комната, Хаюн. Ты больше не будешь жить там.

— Я не собираюсь жить с тобой в одной комнате.

Он снова откинулся на подушки.

— Тогда я просто запру гостевую комнату.

— Не проблема. Могу спать хоть на улице.

Чонвон негромко рассмеялся.
— Все твои вещи уже перенесли сюда. Загляни в гардеробную.

Хаюн резко напряглась.
— Что значит перенесли? Кто позволил вам трогать мои вещи?

В её голосе впервые прозвучала настоящая тревога.

Чонвон поднялся с кровати и посмотрел на неё.
— Я твой муж. И не вижу ничего странного в том, что твои вещи находятся здесь.

Не сказав больше ни слова, Хаюн направилась в гардеробную.

Комната оказалась просторной и светлой.

С одной стороны аккуратно висели вещи Чонвона, с другой её собственные.

Но Хаюн искала вовсе не платья.

Её сердце тревожно билось.

Она быстро перебирала одежду, пока наконец не нашла нужное платье.

Дрожащими пальцами девушка проверила карман.

Письмо дедушки было на месте.

Только тогда она смогла спокойно выдохнуть.

Чонвон, наблюдавший за ней из дверного проёма, нахмурился.

— Что случилось?

Хаюн быстро спрятала письмо обратно.

— Ничего.

— Выглядишь встревоженной.

— Тебе показалось.

Она тут же направилась к выходу.

— Я в душ.

Чонвон проводил её взглядом.

Затем взял чистое полотенце и протянул его ей.

— Возьми. Ты забыла.

Хаюн остановилась.

Действительно забыла.

Она подошла за полотенцем.

Чонвон внимательно посмотрел на неё а затем притянул ее за руку так что она уперлась в него.

— Вчерашний вечер был довольно необычным.

— Не начинай.

— Я просто говорю, что ты умеешь удивлять. Но знаешь, не будешь же ты терять сознание каждый раз когда дело будет доходить до этого процесса...

Хаюн раздражённо отвела взгляд.

— Ты мне противен.

Чонвон лишь покачал головой.
— Женушка моя, хоть когда-нибудь ты перестанешь повторять это при любой возможности?

— Не надейся.

Он улыбнулся.

— Каждый раз когда мы с тобой целуемся я ощущаю некую страсть где ты все же хочешь продолжения....

Хаюн смутилась. Она сжала губы и отвела взгляд.

— Ты раздражаешь меня.

— А ты меня постоянно испытываешь на терпение. Но мое терпение не вечное. Мне так и хочется почувствовать этот вкус запретного плода.

Хаюн пыталась отдернуть руку и ответила:
–Надеюсь что в скором времени  я тебе надоем.
Надеюсь что ты не будешь ждать от меня что то и отпустишь меня.

Чонвон улыбнулся:
– Боюсь до этого далеко. Тебе еще надо родить мне ребенка.

Хаюн наконец отдернула руку и слегка толкнув сказала:
– Бесстыжий, еще и ждешь что я подарю тебе ребенка?

Чонвон кивнул.

Хаюн продолжила:
– А после рождения ребенка....

отстанешь от меня? ..

– Ну как отстану, сам процесс ведь долгий. Мы должны заняться любовью а потом ты будешь носить ребенка 9 месяцев. Так и пройдет год.

Хаюн усмехнулась и холодно ответила:
– Ты будешь ужасным отцом.

Чонвон засмеялся громко. Затем неожиданно и быстро схватил Хаюн за талию и прошептал:
– За то мама у них будет прекрасной.

Хаюн пыталась вырваться.
– Отстань. Отпусти.

Чонвон сжал ее в своих руках затем коснулся ее уха губами и сказал:
– Хочешь я расстрою тебя еще одним фактом...
Ребенок которого ты должна родить мне, должен быть мальчиком. Ведь на собрании четко было сказано: родить наследниКА а не наследниЦУ.

Хаюн застыла от услышанного. Она повернулась к нему и их взгляды встретились.
– То есть если родиться девочка ты не примешь ее?

Чонвон ответил мягко:
– Приму, но мы будем заниматься этим пока ты не родишь мне сына. Ведь после рождения наследника все успокоятся. Девочка не может стать прямой наследницей.

Хаюн сжала его руки которые обнимали ее талию.
– Ненавижу. Ненавижу всех вас. И этот чертов закон и этот дом.

Чонвон мягко ответил:
– Привыкнешь.

Хаюн резко забрала полотенце из его рук и направилась к ванной.

Чонвон проводил её взглядом.

На его губах всё ещё оставалась улыбка.

____________________________________
Хаюн находилась в ванной.

Домработницы хорошо постарались. Здесь было всё, что могло понадобиться именно ей: её любимый шампунь, средства для ухода, косметика и даже вещи, привезённые из её дома.

Пока она чистила зубы, мысли не давали ей покоя.

За последнее время произошло слишком много событий.

А вчера она узнала правду о Суа.

Но больше всего её удивляло другое.

Откуда Чонвон вообще знал об этом?

И знает ли кто-нибудь ещё?

Хаюн поставила зубную щётку на место и вдруг заметила рядом другую.

Щётку Чонвона.

Она замерла.

Затем огляделась вокруг.

Рядом с её принадлежностями стояли его.

Её вещи смешались с его вещами.

Словно это действительно было их общее пространство.

Хаюн медленно посмотрела на свою руку.

На кольцо.

Затем подняла взгляд на отражение в зеркале.

Ничто из происходящего не грело её душу.

И всё же она никогда не могла представить, что однажды станет женой своего друга детства.

Чонвона.

Когда-то ей казалось, что их брак невозможен.

Когда-то одна лишь мысль о том, что Чонвон может жениться на другой девушке, причиняла ей боль.

Но её сердце он разбил совсем иначе.

Убив её дедушку.

Хаюн сняла кольцо с пальца и положила его рядом с раковиной.

Словно хотела хотя бы ненадолго избавиться от этого ощущения.

Отогнав тяжёлые мысли, она включила фен и начала сушить волосы.

Но спустя минуту снова выключила его.

Её взгляд невольно вернулся к собственному отражению.

Хаюн понимала, что не сможет убегать от Чонвона всю жизнь.

Она вспомнила огромный портрет в его комнате.

Вспомнила его слова.

Может быть, он действительно любит её?

Может быть, именно поэтому женился на ней?

Хаюн нахмурилась.

Нет.

Ни за что.

Она снова включила фен.

Чонвон её не любит.

Потому что человек, который любит по-настоящему, не поступает так, как поступил он.

Высушив волосы, Хаюн наконец вышла из ванной.

На ней было лёгкое нежное платье.

В комнате её уже ждал Чонвон.

Увидев её, он приподнял бровь и сказал:
— Что ты там делала целый час?

Хаюн даже не посмотрела на него.
— Занималась собой. С тех пор как ты похитил меня, у меня не было возможности нормально ухаживать за собой.

Она спокойно прошла мимо него.

Чонвон уловил аромат её шампуня и лёгкий запах свежести.

Он невольно закрыл глаза и тихо выдохнул.

Затем взял полотенце и направился в ванную.

Оказавшись внутри, он снова почувствовал этот запах.

Чонвон огляделся.

Ванная, которая всегда казалась ему холодной, пустой и слишком тёмной, вдруг стала совсем другой.

Ярче.

Теплее.

Живее.

Повсюду были вещи Хаюн.

Её шампуни.

Её кремы.

Её расчёски.

Её присутствие.

Чонвон медленно усмехнулся.

Только сейчас он по-настоящему осознал одну вещь.

Это больше не была только его комната.

Теперь это была их спальня.

__________________________________
Позже, когда Чонвон вышел из ванной, Хаюн сидела на небольшом диванчике у окна.

Увидев его, она сразу поднялась на ноги.

Подойдя ближе, девушка спокойно сказала:
— Я хочу пройтись по магазинам. Мне нужно купить платья и некоторые вещи.

Чонвон сразу кивнул.
— Конечно. Я не смогу поехать с тобой, но с тобой будут мои люди.

Хаюн отвела взгляд.
— Ты мне и не нужен.

Чонвон лишь усмехнулся.
— Тогда давай вечером где-нибудь поужинаем.

— Нет.

Он нахмурился.

— Но почему?

Хаюн посмотрела на него с лёгкой насмешкой.

— Ради Бога, Чонвон, прекращай строить из себя любящего мужа. Мы не в тех отношениях, чтобы вот так ходить по ресторанам.

На несколько секунд в комнате повисла тишина.

Чонвон ничего не ответил.

А Хаюн уже направилась в гардеробную.

Она собиралась выйти.

Тем временем Чонвон вытирал полотенцем мокрые после душа волосы.

Хаюн переоделась.

Надела красивые туфли на каблуках.

Распустила волосы.

Нанесла любимый парфюм.

И всё это время Чонвон молча наблюдал за ней.

Когда девушка взяла сумочку и направилась к двери, он сделал шаг вперёд и перегородил ей путь.

Хаюн вопросительно посмотрела на него.

Чонвон осторожно взял её руку.

— Ты забыла это в ванной.

Он надел ей на палец обручальное кольцо.

Хаюн застыла.

Чонвон мягко улыбнулся.

— С тобой всё хорошо?

Она ничего не ответила.

Он продолжил:
— Почему ты вдруг решила купить себе одежду? Не подумай, что я против. Просто её у тебя и так достаточно.

— Хочу что-нибудь новое.

Чонвон задумчиво кивнул.

Не отпуская её руку, он вложил ей в ладонь банковскую карту.
— Пользуйся на здоровье.

Хаюн посмотрела на карту.

Чонвон осторожно коснулся её волос, перебирая мягкие пряди между пальцами.
— Я всё ещё хочу поужинать с тобой вечером. Спокойно. Без лишних глаз.

Он посмотрел ей в глаза.

— Водитель тебя заберёт. Не отказывайся.

Хаюн убрала его руку.

— Чонвон...

Он замер.

— Не веди себя так мило. Тебе не идёт быть таким.

Его взгляд стал серьёзнее.

А Хаюн продолжила:

— Ты забыл, что ты чудовище? Что ты убил человека?

После этих слов она слегка толкнула его в плечо и вышла из комнаты.

Дверь закрылась.

Чонвон остался один.

Он не сдвинулся с места.

Да, её слова ранили его.

Если бы это сказал кто-то другой, ему было бы всё равно.

Но это говорила Хаюн.

Его любовь всей жизни.

Чонвон медленно поднял взгляд на огромный портрет, висевший напротив.

На портрет Хаюн.

Несколько секунд он просто смотрел на него.

А затем тихо произнёс:

— Как мне доказать тебе, что я не убивал его?..

Его голос прозвучал устало.

Почти обречённо.

— Полюбишь ли ты меня снова... или уже нет?

На мгновение в комнате стало непривычно тихо.

Чонвон прикрыл глаза и тяжело выдохнул.

Но работа не собиралась ждать.

Свадьба свадьбой, а обязанности никто не отменял.

Он направился в гардеробную.

Открыл шкаф и начал собираться на работу.

На лице снова появилась привычная холодная сдержанность.

Словно несколько минут назад никакой слабости и не было.