Глава 13
Хаюн сразу же бросилась к матери и крепко обняла её, не сдержав слёз.
Она упала на колени перед матерью, крепко обнимая ее. Ее мама тут же прижала дочь к себе, не сдерживая слез.
Хаюн дрожащими руками сжала ее плечи и тихо прошептала:
— Я скучала... мама...
Ее мама заплакала еще сильнее. Осторожно убирая пряди волос с лица Хаюн, она дрожащим голосом сказала:
— Скоро, милая. Потерпи еще немного.
Хаюн посмотрела на нее заплаканными глазами и тихо спросила:
— Когда папа заберет меня?..
Ее мама на мгновение замолчала, будто не находя слов. Затем все же выдавила из себя слабую улыбку:
— Скоро. Обязательно заберет.
Хаюн тихо кивнула, сдерживая рыдания.
— Почему ты работаешь?.. Почему ты так выглядишь?..
Хаюн опустила взгляд и ответила:
— Со мной все хорошо, мама. Я должна это выдержать. Ради отца... ради клана.
Ха Джун подошел ближе и, осторожно коснувшись ее плеча, тихо сказал:
— Встаньте, госпожа. Вам нельзя сидеть на холодной земле. Берегите себя.
Чонвон, наблюдавший за этим со стороны, слегка сжал челюсть и отвел взгляд. Но уже через секунду подошел ближе. Одной рукой он взял Хаюн за плечо, другой придержал за талию и поднял ее на ноги.
Ха Джун тут же холодно произнес:
— Не прикасайся к ней.
Чонвон медленно перевел на него взгляд и спокойно ответил:
— Предупреди своего телохранителя, чтобы не дерзил мне. Иначе в следующий раз ты свою мать не увидишь.
Хаюн тут же посмотрела на Ха Джуна и тихо сказала:
— Не надо...
Ха Джун сдержанно поклонился ей, подавляя злость. Чонвон едва заметно усмехнулся.
Мама Хаюн снова взяла дочь за руки и внезапно нахмурилась:
— Что с твоими ладонями?.. Почему здесь мозоли?..
Чонвон молча слушал этот разговор. Его взгляд сам опустился к ее рукам.
Хаюн быстро ответила:
— Пустяки, мама. Это пройдет.
Затем она посмотрела на Чонвона и тихо спросила:
— Могу ли я поговорить с мамой... лично?
Чонвон спокойно ответил:
— Конечно. Только лично. Твой телохранитель останется здесь.
Хаюн кивнула Ха Джуну и, взяв мать за руку, повела ее в деревянный домик.
Чонвон и Ха Джун остались снаружи.
_____________________________________
Внутри дома Хаюн больше не могла держаться. Все эмоции, которые она сдерживала эти дни, вырвались наружу. Она долго плакала, а ее мама пыталась успокоить дочь, гладя ее по волосам.
Немного успокоившись, Хаюн тихо спросила:
— Мама... что будет, если отец откроет им путь?..
Ее мама застыла. В ее глазах появилась тревога.
— Есть вероятность, что мы потеряем власть над другими кланами... — тихо сказала она. — И тогда они смогут настроить всех против нас. Это уничтожит нас.
Хаюн побледнела.
— Неужели нет другого выхода?..
— Твой отец пытается все решить.
Хаюн сжала руки и снова заплакала:
— Это все моя вина... Если бы в ту ночь я не села в машину Чонвона... ничего бы этого не случилось...
— Не вини себя, милая, — мама крепко обняла ее. — Твой отец найдет выход. Просто потерпи еще немного.
Хаюн подняла на нее влажные глаза и тихо сказала:
— Пусть папа все хорошо обдумает. Пусть не спешит. Другие люди не должны пострадать из-за меня.
Ее мама молча кивнула.
Через несколько секунд Хаюн снова спросила:
— А дедушка?.. С ним все хорошо?..
Мама ненадолго замолчала, а потом тихо ответила:
— Он немного заболел... Он очень переживает за тебя. Постоянно думает о тебе, милая.
Слезы снова покатились по щекам Хаюн.
— Пожалуйста... ухаживайте за ним хорошо. Я вернусь... Я верю, что папа сможет решить это. Только будьте осторожны... Они все думают что дедушка убил дедушку Чонвона. Но мне дедушка говорил что это не так.
Ее мама замолчала затем тихо:
– Милая, никто не знает что тогда было. Если дедушка так сказал он не соврал. Они тебя пытают ? Заставляют тебя раскрыть правду?
Хаюн покачала головой.
Ее мама тихо выдохнула.
Она тихо рассказала, что привезла ей необходимые вещи, но Хаюн сразу остановила ее:
— Не надо, мама. Правда. Я справлюсь сама.
После этих слов мама снова крепко обняла ее. Хаюн ответила тем же.
Она понимала, что должна выдержать все это в доме своих врагов, чтобы ее клан не пострадал. Да, ей было страшно. Да, ей было тяжело. Но даже сейчас она продолжала верить, что сможет справиться.
Она попрощалась с мамой.
На улице их уже ждали Чонвон и Ха Джун.
Мама Хаюн подошла к Чонвону и холодно сказала:
— Не забывайте, что она все еще наша дочь. Если с моей дочерью что-то случится, вы тоже пострадаете.
Чонвон спокойно посмотрел на нее и тихо ответил:
— Если она будет послушной, то не пострадает.
Мама Хаюн отвела взгляд и молча ушла вперед.
Ха Джун подошел к Хаюн ближе. В его глазах читалась тревога.
— Берегите себя, моя госпожа.
Хаюн тихо кивнула.
Затем Ха Джун перевел тяжелый взгляд на Чонвона, полный плохо скрываемой злости, и тоже ушел следом за матерью Хаюн.
Чонвон молча наблюдал, как они уходят.
Хаюн быстро вытерла слезы, не желая показывать ему свою слабость.
Чонвон посмотрел на нее и спросил:
— Полегчало?
Хаюн ничего не ответила. Просто развернулась и пошла обратно в сторону огорода.
Но Чонвон быстро догнал ее и схватил за руки.
Хаюн резко остановилась.
Чонвон опустил взгляд на ее ладони. На коже действительно появились мозоли. Его взгляд на мгновение застыл.
Он медленно сглотнул, а затем тихо сказал:
— Пойдем со мной.
И, не отпуская ее руки, повел в сторону особняка.
Хаюн пыталась вырваться:
— Отпустите меня...
Но Чонвон даже не посмотрел на нее.
Они вошли внутрь дома. Проведя ее через коридор, он остановился на кухне.
— Теперь будешь работать здесь.
Хаюн нахмурилась и посмотрела на него:
— С чего бы? Я и в огороде хорошо справляюсь.
Чонвон слегка усмехнулся:
— Не спорю. Но теперь мне хочется увидеть твои навыки на кухне.
Хаюн упрямо отвела взгляд.
Чонвон медленно подошел ближе и сказал:
— Ты ведь у нас аристократка, которая умеет все. Так докажи это.
Хаюн резко выдернула свою руку из его хватки и холодно ответила:
— Докажу.
После этого она добавила:
— Я переоденусь и вернусь.
Развернувшись, Хаюн ушла.
Чонвон остался стоять на месте, наблюдая ей вслед. На его губах появилась легкая улыбка. Ему явно нравилось наблюдать за тем, как она пытается сохранить свою гордость даже сейчас.
Через несколько секунд он перевел взгляд на домработниц и спокойно сказал:
— Следите за ней. Чтобы с ней ничего не случилось.
Те молча кивнули.
Выходя на улицу, Чонвон обратился к своему помощнику:
— Хен У. Купи в аптеке крем от мозолей.
Хен У сразу кивнул:
— Да, господин.
Чонвон продолжил:
— И отдай его госпоже Шинхё. Пусть перед сном намажет ладони Хаюн.
— Понял вас.
Чонвон сел в машину и уехал.
_____________________________________
Хаюн вернулась на кухню и постепенно начала работать.
То мыла посуду, то помогала с готовкой ужина.
К вечеру домработницы начали осторожно накрывать на стол. Хаюн тихо расставляла приборы, тарелки, бокалы. Иногда она невольно задумывалась о доме. Как сейчас ужинает ее семья? Скучают ли они по ней так же сильно, как она скучает по ним?..
Опустив голову, она снова ушла на кухню. Медленно выносила блюда, салаты, напитки, соки.
В это время в столовой начали собираться все члены семьи. Родители Чонвона, НаРи, бабушка. Последним пришел сам Чонвон.
Он только вернулся домой. Вид у него был расслабленный. Поднявшись наверх, он снял пиджак, закатал рукава, вымыл руки и спустился обратно.
Все уже сидели за столом. Вокруг молча стояли домработницы.
Чонвон сразу заметил Хаюн. Но лишь на секунду задержал на ней взгляд и спокойно сел на свое место.
Перед едой семья прочитала молитву. После этого ужин начался.
Но внезапно взгляд бабушки остановился на Хаюн. Девушка стояла чуть в стороне, опустив голову.
Бабушка нахмурилась:
— Что она здесь делает?
Все взгляды сразу обернулись к Хаюн.
Чонвон спокойно ответил:
— Она работает.
Бабушка нахмурилась еще сильнее:
— Она занималась готовкой?
Госпожа Шинхё быстро ответила:
— Нет, госпожа. Она лишь помогала.
Бабушка медленно перевела взгляд на Хаюн и холодно сказала:
— Подойди.
Хаюн осторожно подошла ближе.
— Ты готовила?
Хаюн сразу покачала головой.
Но бабушка будто уже все решила.
— Отныне я запрещаю тебе заходить на кухню.
В комнате стало тихо.
Бабушка продолжила:
— А вдруг эта девушка решила нас отравить? Мы не знаем, что у нее на уме.
Хаюн напряглась и тихо сказала:
— Это не так...
Но договорить не успела.
Бабушка резко взяла тарелку с едой и вылила все прямо на Хаюн.
Хаюн застыла от шока. Ее тело резко дернулось назад, и она упала.
НаРи испуганно ахнула.
Но бабушка уже взяла стакан с соком и без колебаний вылила его прямо ей на голову.
Хаюн замерла. По ее волосам стекал сок, одежда была испачкана. Она даже не успела осознать, что произошло.
— Бабушка, зачем ты так?! — в ужасе сказала НаРи.
Мама Чонвона тут же холодно ответила:
— Не вмешивайся.
Чонвон все это время сидел молча и смотрел на происходящее.
Бабушка спокойно сказала:
— Приготовьте новую еду. И чтобы этой девицы там больше не было.
Госпожа Шинхё тихо кивнула.
Все начали вставать из-за стола и расходиться.
Только Чонвон остался сидеть на месте.
Хаюн подняла на него взгляд. Будто искала в нем хоть какую-то защиту. Хоть что-то человеческое.
Но Чонвон смотрел на нее холодно и безразлично.
Хотя внутри все кипело. Ему было неприятно видеть ее в таком состоянии. Но он продолжал сохранять ледяное лицо.
Хаюн осторожно поднялась и начала собирать тарелки, чтобы унести их обратно.
Но пол был скользким от сока.
Она споткнулась.
Тарелка резко выскользнула из ее рук и с громким звоном разбилась о пол. Осколки разлетелись в стороны.
Хаюн, сдерживая слезы, сразу опустилась вниз и начала собирать их руками.
Чонвон резко поднялся со своего места и быстро подошел к ней.
— Ты порежешься. Не трогай голыми руками.
Но Хаюн уже не слушала его.
Она оттолкнула его руку и продолжила собирать осколки.
И в следующую секунду порезалась.
Она даже не вскрикнула. Только резко убрала руку.
Чонвон сразу схватил ее ладонь.
— Я ведь сказал не трогать! Почему ты такая упрямая?!
Хаюн больше не выдержала и заплакала.
Чонвон застыл, смотря на нее.
Сейчас ее вид действительно был жалким. И Хаюн ненавидела себя за это состояние.
Она посмотрела прямо ему в глаза и тихо сказала:
— Разве ты не должен наслаждаться этим?..
Чонвон молча смотрел в ее глаза, полные обиды и боли.
Продолжая держать ее за руку, он тихо сказал:
— Иди в домик. Обработай рану.
Хаюн резко выдернула свою ладонь и ответила:
— Мне не нужна твоя забота. Ты и твоя семья настолько ужасны, что всерьез думаете, будто я способна вас отравить.
Чонвон холодно ответил:
— Ты не имеешь права обижаться на нее. Твой дедушка поступил куда хуже.
Хаюн, сдерживая рыдания, прошептала:
— И вы нашли самый легкий способ отомстить... через меня?
Чонвон промолчал.
А Хаюн тихо добавила:
— Очень достойный поступок для таких, как вы. На большее вы просто не способны.
Чонвон резко сжал челюсть, уже не скрывая злость.
— Заткнись. Ты всего лишь пожинаешь плоды того, что сделали твои родные. Разве это не справедливо?
Хаюн подняла на него взгляд и твердо сказала:
— Я готова рискнуть всем. Но не позволю тебе разрушить мой клан. В конце концов я докажу, что ты и твой клан слабее нас.
Чонвон чувствовал, как внутри закипает ярость.
Хаюн умела доводить его до предела.
В этот раз он даже не стал ничего отвечать. Просто резко схватил ее за руку и потащил на улицу.