Глава 11
Хен У поднимался наверх.
Хаюн тихо окликнула его и протянула аккуратно сложенные вещи Чонвона вместе с постельным бельём.
Хен У удивлённо посмотрел на неё.
— Надеюсь, вы не заходили в его комнату?
Хаюн покачала головой.
— Нет.
Хен У тихо выдохнул и кивнул.
— Если у вас появятся вопросы обращайтесь ко мне. Но в комнату молодого господина не входите.
Хаюн ничего не ответила.
Хен У забрал вещи и ушел.
____________________________________
Тем временем вечером в особняке Белых Тигров собрались главы разных кланов.
В большом зале стояла тяжелая атмосфера. За длинным столом сидели влиятельные люди страны главы мафии, министры, депутаты. Люди, которые давно научились скрывать свою настоящую сущность за дорогими костюмами и спокойными лицами.
Во главе стола сидел Хан Чон Хо (отец Хаюн)
Его лицо оставалось холодным, но внутри всё сжималось от напряжения.
После долгого молчания он наконец заговорил:
— Думаю... нам всё-таки стоит открыть путь Красным Драконам. Но не полностью.
В комнате сразу поднялся шум.
Один из мужчин нахмурился и резко сказал:
— Разве вы не враги? Как такое вообще возможно? Мы все видели, как они обезумели. Именно поэтому им и перекрыли путь.
Чон Хо спокойно продолжил:
— Знаю. Но ситуация может стать ещё хуже, если мы продолжим их ограничивать.
— Если только они сами не начнут войну, — холодно произнёс другой.
— Всё именно к этому и идёт, — ответил Чон Хо. — Но ни мне, ни вам это не нужно.
После этих слов зал погрузился в тишину.
Один из глав мафии медленно произнёс:
— Всё было бы иначе, если бы опасность касалась только нас. Но если Красные Драконы получат свободу действий, пострадают и обычные люди.
Чон Хо молча слушал.
— Мы против того, чтобы открывать им путь, — добавил другой мужчина.
— Пусть довольствуются тем, что у них уже есть.
Чон Хо резко ударил ладонью по столу. Все вздрогнули.
— Но им этого мало! — его голос впервые прозвучал громче обычного. — Как вы не понимаете? Начнётся война. Будет кровопролитие.
Главы кланов переглянулись.
— Если они сами начнут мы готовы воевать, — спокойно сказал один из них. — Но открыть им путь мы не можем.
Чон Хо сжал руки в кулаки.
— Чтобы решение приняли, голосов «за» должно быть больше, — продолжил другой.
— Но здесь почти все против. Красные Драконы слишком жестоки. А Тэ Ху... (отец Чонвона) — мужчина усмехнулся,
— Тэ Ху слишком хладнокровен. Он уничтожит всех, как только получит власть.
— Поэтому мы против.
Один за другим люди начали подниматься со своих мест.
Совещание было окончено.
Чон Хо остался сидеть в полном одиночестве.
Как глава клана и лидер, он мог принять решение самостоятельно. Но тогда потеряет уважение других кланов. Потеряет влияние. Потеряет доверие.
И всё же...
Его собственная дочь сейчас находилась в плену у врагов.
Он медленно закрыл глаза. Он не знал, что делать.
Вскоре эта новость дошла и до Чонвона.
Но он даже не удивился.
Лишь тихо усмехнулся, откинувшись на спинку кресла.
И где-то глубоко внутри его даже радовало то, что жемчужина Белых Тигров останется рядом с ним ещё надолго.
___________________________________
Хаюн находилась в том самом деревянном доме.
Внутри было тихо и тепло. Несмотря на скромность, здесь ощущался какой-то странный уют, которого она совсем не ожидала увидеть у Красных Драконов.
Госпожа Шинхё приготовила ужин и тихо позвала её к столу.
Хаюн спокойно села напротив.
На столе стояла простая еда без роскоши, без дорогой подачи, без привычного для больших кланов изобилия.
Шинхё неловко поправила фартук и сказала:
— Возможно, вы привыкли к более изысканным блюдам... но у нас всё довольно скромно.
Хаюн мягко покачала головой.
— Ничего страшного. В интернате я ела еду куда хуже.
Шинхё внимательно посмотрела на неё.
— Мне жаль ваше положение, госпожа Хаюн. Знаю... вам хочется вернуться домой.
Хаюн молчала.
Шинхё тихо продолжила:
— Но молодой господин Чонвон... очень настроен против вашей семьи. Поэтому, если у вас появится шанс поговорить с отцом... скажите ему, чтобы он поскорее забрал вас отсюда.
Хаюн подняла на неё взгляд.
— Почему вы так добры ко мне?
Шинхё ненадолго замолчала, а затем тихо ответила:
— По вам видно, что вы добрый человек. Поэтому я боюсь, что вы сильно настрадаетесь здесь.
Хаюн сжала губы.
— Я не буду страдать, — спокойно произнесла она. — И я не боюсь ни его, ни его семьи.
Шинхё ничего не ответила.
Лишь отвела взгляд.
Хаюн взяла ложку и начала есть.
Если она хочет победить Чонвона... то должна быть сильной. Никаких слабостей. Никаких слёз перед ним.
Никогда.
Но где-то глубоко внутри она всё ещё верила, что найдёт выход.
Позже Хаюн легла спать.
За последние дни она настолько устала морально и физически, что уснула почти сразу, едва коснувшись головой подушки.
______________________________________
Чонвон находился у себя.
В комнате было темно. Лишь слабый свет луны проникал через окна.
Он лежал на кровати, глядя в потолок.
В голове снова прокручивался его план мести. Правда о смерти дедушки. Разрушение Белых Тигров. Давление на Хан Чон Хо.
Но почему-то среди всех этих мыслей снова и снова всплывало лицо Хаюн.
Это раздражало его. Он резко поднялся с кровати.
Накинув на себя дорогой чёрный шелковый халат, Чонвон вышел из комнаты. Медленно спустился по лестнице, а затем направился на улицу.
Ночной ветер был прохладным.
Не задумываясь, он пошёл к тому самому деревянному дому.
Чонвон тихо постучал.
Через несколько секунд дверь осторожно открыла Шинхё. Увидев его, она сразу поклонилась.
— Молодой господин.
Чонвон негромко спросил:
— Где Хаюн?
— Она уже спит.
Чонвон слегка кивнул.
— Все дела выполнила?
— Да. Я проследила. Она справляется... хотя, кажется, очень устала.
На мгновение Чонвон замолчал.
Затем тихо спросил:
— Она нормально поела?
Шинхё удивилась этому вопросу, но всё же кивнула.
— Да, господин. Поела.
Чонвон едва заметно выдохнул.
— Завтра предупредите садовников насчёт огорода. И дайте ей нормальную одежду. Перчатки... всё, что нужно для работы.
— Хорошо, молодой господин.
Чонвон ненадолго задержался у двери.
Где-то внутри ему хотелось увидеть её. Просто посмотреть, как она спит.
Но он сдержался.
— Спокойной ночи, — тихо произнёс он и развернулся.
Шинхё удивлённо проводила его взглядом.
А Чонвон уже молча уходил обратно в особняк, растворяясь в ночной темноте.
______________________________________
На следующий день Хаюн проснулась с трудом.
Тело ломило после вчерашней работы, а руки всё ещё слегка болели. Но она всё равно поднялась. У неё не было выбора.
На кухне её уже ждал завтрак.
Госпожа Шинхё вошла внутрь, держа в руках новую одежду плотную рабочую форму.
— Это для работы в огороде, — спокойно сказала она. — Перчатки и шляпа обязательны.
Хаюн кивнула. Она почти забыла, что сегодня ей придётся собирать сорняки.
— Там будут садовники, — продолжила Шинхё. — Они помогут тебе разобраться.
Хаюн удивлённо посмотрела на неё.
— Здесь есть сад?
Шинхё кивнула.
— Да. Большой сад с разными цветами.
На лице Хаюн впервые за долгое время появилась искренняя улыбка.
— Правда? А можно мне его увидеть? Или даже поухаживать за цветами?
Шинхё слегка задумалась.
— Это сад молодого господина Чонвона. Насчёт ухаживать не знаю. Но если будет время, можешь посмотреть.
Хаюн тихо улыбнулась.
Неужели в этом холодном особняке есть хоть что-то красивое?
После завтрака она переоделась в рабочую одежду и вышла на улицу.
Форма была ужасно неудобной широкие штаны, тяжёлые ботинки, грубая ткань. Всё висело на её стройной фигуре.
Хаюн направилась к огороду, где уже работали пожилые садовники.
Она тихо поздоровалась с ними.
Мужчины удивлённо посмотрели на неё, но всё же спокойно объяснили, как правильно вырывать сорняки и что нельзя задевать корни растений.
Постепенно Хаюн приступила к работе.
____________________________________
В особняке Красных Драконов ждали ещё одного человека.
НаРи.
Младшую дочь семьи.
Ей было всего пятнадцать, и из-за каникул она наконец вернулась домой. В отличие от Чонвона, НаРи была куда мягче и теплее. Всё ещё ребёнок, которого не успела окончательно изменить жизнь кланов.
Когда машина подъехала к особняку, вся семья встретила её с улыбками.
НаРи радостно рассказывала новости, делилась историями об учёбе и смеялась.
___________________________________
К обеду Хаюн уже едва стояла на ногах.
Уставшая и вспотевшая, она вышла из огорода и направилась обратно к деревянному дому.
Но внезапно остановилась.
Впереди стоял Чонвон.
Он явно ждал её.
Хаюн несколько секунд смотрела на него, а затем вспомнила правила. Тихо поклонившись, она хотела пройти мимо.
Но Чонвон шагнул в сторону, загораживая ей путь.
— Ну как успехи? — спокойно спросил он. — Хорошо работается?
Хаюн не поднимала глаз.
— Да.
Коротко. Сдержанно. Но холод в её голосе ощущался слишком явно.
Чонвон внимательно посмотрел на неё.
Затем достал из кармана платок и потянулся к её лицу, собираясь вытереть пот со лба.
Но Хаюн резко отступила назад.
Чонвон замер.
— Тебе не нужно этого делать, — тихо сказала она.
Он приподнял бровь.
— Тебе?
Хаюн сжала руки.
— Вам.
Чонвон едва заметно усмехнулся.
— Конечно. Просто вижу, что ты стараешься.
Хаюн промолчала.
Тогда Чонвон сделал шаг вперёд, а Хаюн снова попыталась отступить. Но он быстро перехватил её за талию и притянул ближе к себе.
Сняв с неё широкую шляпу, Чонвон спокойно вытер её лоб и виски от пота.
Хаюн застыла.
Медленно подняла взгляд на него.
Чонвон уже закончил.
Он положил платок ей в ладонь, слегка сжав её пальцы.
— Постираешь и вернёшь мне.
Хаюн прикусила нижнюю губу.
Он будто специально пытался унизить её каждым своим действием.
— В следующий раз вам не нужно этого делать, — тихо сказала она. — Я сама могу вытереть своё лицо.
Чонвон усмехнулся с лёгким сарказмом.
— Конечно. Настолько увлеклась работой, что уже забыла, что являешься наследницей?
Хаюн отвела взгляд.
— Иди поешь, — спокойно добавил он. — Потом продолжишь работать.
Чонвон отпустил ее. Она ничего не ответила и просто прошла мимо него.
Чонвон остался стоять на месте, провожая её взглядом.
Он знал, что ей тяжело работать здесь. Более того, он был уверен, что рано или поздно она откажется от этой затеи. Но её упрямство поражало настолько, что Чонвону приходилось сдерживать себя.
Даже сейчас он не до конца осознавал, что позволил себе слишком многое, когда обнял её за талию. Это вышло само собой. Однако ощущения ему понравились.
Особенно то, как Хаюн подчинялась ему. Без споров. Без сопротивления. Словно инстинктивно принимала его власть над ситуацией.