Ждет что то хорошее
Город сиял тысячами огней, отражавшихся в свежевыпавшем снегу, а квартиры вокруг светились новогодними гирляндами.
До моего отъезда в Петербург оставалось всего четыре дня.
Четыре дня до того момента, как я снова окажусь дома, с родителями и родственниками.
И всего несколько дней до Нового года.
Время летело настолько быстро, что иногда казалось, будто декабрь решил промчаться в два раза быстрее обычного.
После переезда к Даниле многие вещи стали восприниматься совсем иначе.
Теперь я не приезжала к нему в гости.
Теперь я возвращалась домой.
В нашу квартиру.
К нашим привычкам.
К нашим вечерам.
К его кружке, которую он постоянно оставлял где попало.
К моей косметике, которая постепенно заняла половину ванной комнаты.
К совместным завтракам и вечерам под фильмы.
За семь с половиной месяцев отношений всё это успело стать частью жизни.
И теперь казалось совершенно естественным.
В этот вечер Данила сидел за компьютером в спальне, заканчивая последние рабочие дела перед праздниками.
Я тем временем устроилась в гостиной на диване с пледом и телефоном.
Семейный чат не замолкал уже несколько часов.
Мама присылала фотографии квартиры.
Папа отправлял снимки заснеженного двора.
Бабушка интересовалась, не забыла ли я взять тёплые носки.
Тётя уже составляла список блюд для новогоднего стола.
Кажется, вся семья ждала моего приезда не меньше, чем самого праздника.
Я улыбнулась, читая очередное сообщение.
В этот момент из спальни вышел Данила.
Он выглядел уставшим, но довольным.
— Всё?
— Всё.
— Наконец-то?
— Наконец-то.
Он буквально рухнул рядом на диван.
Несколько секунд просто смотрел в потолок.
Потом перевёл взгляд на меня.
— До отъезда четыре дня.
— Уже считаешь?
— Конечно.
— И что говорит статистика?
— Статистика говорит, что это очень мало.
Я рассмеялась.
— Данила.
— Что?
— Я же не на полгода уезжаю.
— Для меня это всё равно долго.
— Трагедия?
— Национального масштаба.
— Бедный.
— Спасибо за понимание.
Он театрально вздохнул и устроился удобнее, положив голову мне на колени.
За окном медленно кружился снег.
На ёлке мерцали огоньки гирлянд.
В квартире было тепло и тихо.
Настолько спокойно, что не хотелось никуда спешить.
Телефон внезапно завибрировал.
На экране появилось новое сообщение.
Общий чат.
Разумеется.
Кто же ещё.
Я открыла переписку.
И почти сразу рассмеялась.
— Что там?
— Кореш.
— Уже страшно.
— Он спрашивает, можно ли принести на Новый год машину для сахарной ваты.
Данила закрыл глаза.
— Конечно.
— Конечно?
— После истории с надувной полосой препятствий меня уже ничего не удивляет.
Следом пришло новое сообщение.
Потом ещё одно.
И ещё.
Через минуту чат окончательно превратился в хаос.
Куертов пытался выяснить, зачем вообще нужна сахарная вата.
Кая отправляла смеющиеся смайлики.
Парадеевич поддерживал любые безумные идеи исключительно ради интереса.
Кореш доказывал, что сахарная вата — жизненная необходимость.
Я показала переписку Даниле.
Он прочитал несколько сообщений и покачал головой.
— Иногда мне кажется, что мы дружим с очень странными людьми.
— Иногда?
— Ладно. Всегда.
— Так честнее.
Вечер продолжал тянуться удивительно спокойно.
Без спешки.
Без суеты.
С ощущением приближающегося праздника.
В какой-то момент я заметила, что Данила уже не смотрит в телефон.
Не отвечает на сообщения.
Не листает новости.
Он просто лежал рядом и смотрел на ёлку.
— О чём думаешь?
Он немного помолчал.
— О том, что этот год был хорошим.
Я улыбнулась.
— Очень хорошим.
— Даже слишком.
— Почему слишком?
— Потому что теперь страшно сглазить.
— Данила.
— Что?
— Ты невозможен.
Он тихо рассмеялся.
Потом поднялся и обнял меня за плечи.
За окнами продолжал падать снег.
До моего самолета оставалось четыре дня.
До Нового года — шесть.
До его поездки в Мурманск — чуть больше недели.
Впереди были встречи с семьями, праздники, подарки и недолгая разлука.
Но сейчас это казалось чем-то далёким.
Потому что был обычный зимний вечер.
25 декабря.
Наша квартира.
Свет гирлянд.
Тепло.
И ощущение, что впереди ждёт что-то хорошее.