Ниндзя | Билли Айлиш

От лица Билли.

Иногда мне кажется, что мы с Леор специально ищем места, где нет никого.

Не потому что не любим людей. Просто рядом с ней тишина ощущается совсем иначе.

Она не давит. Она становится частью разговора.

Мы уехали далеко за город.
Настолько далеко, что последние дома исчезли минут двадцать назад.

Вокруг только огромное поле, которое ветер перекатывал мягкими волнами, словно зелёное море.

Чуть в стороне начинался небольшой лесок. Высокие сосны тихо покачивались, а между ними пробивались полосы солнечного света.

Воздух пах влажной землёй, травой и какими-то полевыми цветами. Шарк сегодня остался у Финнеаса и Клаудин.

Финнеас ещё вчера заявил:

— Оставляйте ребёнка нам. Вам двоим иногда тоже нужен выходной.

Леор только улыбнулась и кивнула. А Шарк вообще был счастлив. Ему казалось, что впереди целое приключение.

Мы медленно шли по высокой траве.
Леор засунула руки в карманы своей светло-серой худи. Шла рядом.
Как обычно спокойная. Только иногда негромко кашляла.

Совсем чуть-чуть. И иногда едва слышно шмыгала носом. Она уже почти выздоровела.

Всего несколько дней назад не могла подняться с кровати, а теперь снова упрямо уверяла меня, что абсолютно здорова.

Я ей, конечно, не верила. Поэтому именно я настояла на этой прогулке.
Никаких тренировок. Никакой работы.
Только свежий воздух. И я.

Мы молчали. И почему-то именно это было хорошо. Я иногда срывала какие-то цветочки. Крутила их в руках. Потом незаметно вплетала в волосы Леор.

Она замечала это только спустя несколько минут. Доставала цветок.
Смотрела на него. На меня. И только качала головой.

— Что?

Спрашивала я каждый раз с абсолютно невинным видом.

— Ничего.

Отвечала она. И снова улыбалась.

Мы гуляли совсем недолго. Минут десять. Может, пятнадцать. Но неожиданно желудок громко напомнил о себе.

Я положила ладонь на живот.

— Что-то я проголодалась.

Леор сразу посмотрела на меня.

— Уже?

— Угу. Очень.

Я мечтательно подняла голову к небу.

— Заедем на обратном пути за буррито?

Леор даже не задумалась.

— Не нужно.

— Почему?

— Я купила его заранее.

Я остановилась.

— Что?

Она спокойно пожала плечами.
Будто это самая очевидная вещь на свете.

— Оно в машине. Можем устроить мини-пикник.

Я несколько секунд молча смотрела на неё. Потом медленно покачала головой.

— Меня начинает пугать, насколько хорошо ты меня знаешь.

Она тихо усмехнулась.

— Ты последние три дня говорила про буррито минимум пять раз.

— Не правда.

— Правда.

— Четыре.

— Пять.

Я театрально закатила глаза.

— Ладно. Пять.

Она победно улыбнулась.

— Пойдём.

Мы развернулись в сторону машины.
Она стояла совсем недалеко. Метров десять. Максимум пятнадцать.

Я уже даже представила, как мы сядем на открытый багажник и будем есть, глядя на поле.

Но стоило сделать несколько шагов...
Как первая холодная капля упала мне на нос.

Я подняла голову.

— Странно...

Вторая.

Третья.

И буквально через секунду небо словно прорвало.

Ливень.

Настоящий.

Мощный.

Такой, от которого промокаешь насквозь за несколько секунд.

— Леор!

Она уже бежала к машине.

Быстро достала ключи.

Щёлк.

Машина открылась. Я, не раздумывая, рванула вперёд. Практически нырнула на пассажирское сиденье.

Дверь захлопнулась. По стеклу сразу же забарабанили тяжёлые капли.

Я выдохнула. И только потом посмотрела наружу.

— Леор?

Она почему-то не садилась. Вместо этого открыла багажник. Что-то искала.

— Да что ты делаешь?..

Пробормотала я.

Она продолжала спокойно рыться в вещах. Под проливным дождём.

Волосы уже полностью намокли.
Худи потемнела от воды и прилипла к плечам.

Я резко открыла окно.

— Леор!

Она обернулась.

— М?

— Куда ты ходишь под ливнем?!
Ты недавно болела! Совсем недавно!

Она только улыбнулась. Так спокойно. Будто стояла не под дождём, а под солнечными лучами.

Она закрыла багажник и наконец села за руль. В салон сразу ворвался запах дождя и прохладного воздуха.
Через секунду она протянула мне...

Мою любимую тёмную худи. Сухую.
Я растерянно посмотрела сначала на неё.
Потом на худи.

— Милая... Не ворчи. Я ведь быстро.

— Ты сумасшедшая.

— Возможно.

С её волос стекали капли.

Я молча смотрела, как она сняла насквозь промокшую худи. Под ней футболка тоже оказалась мокрой.

Она спокойно достала вторую, сухую кофту. Натянула её через голову.

Потом посмотрела на меня.

— Переодевайся. Пока не замёрзла.

Я быстро стянула свою мокрую одежду.
Закуталась в сухую худи. Она была тёплой. И пахла Леор. Древесным парфюмом. Кофе. И чем-то очень домашним.

Леор завела двигатель. Совсем немного включила печку. Тёплый воздух медленно начал наполнять салон.
Она протянула мне большой бумажный пакет.

— Держи.

Я заглянула внутрь. Два ещё тёплых буррито. Соусы. Салфетки. Даже две маленькие бутылки сока.

Я медленно подняла на неё взгляд.

— Ты вообще... Когда успела обо всём подумать?

Она пожала плечами, будто вопрос был странным.

— Я знала, что ты проголодаешься.

— А о себе ты подумала?

Она улыбнулась.

— Конечно.

— Правда?

— Да. Я же тоже купила буррито.

Я громко фыркнула.

— Нет, ниндзя. Не в этом смысле.

Я осторожно коснулась её холодной ладони. Она действительно была ледяной.

— Ты опять побежала под дождь ради меня.

Леор переплела наши пальцы.

Совсем легко.

— И что?

Я тяжело вздохнула.

— Когда-нибудь ты сведёшь меня с ума.

Она чуть повернула голову. В её серых глазах отражались струи дождя, бегущие по лобовому стеклу.

— Не раньше, чем ты своей заботой сведёшь с ума меня.

Я ничего не ответила. Только наклонилась через центральную консоль и коротко поцеловала её в мокрый висок.

А за окнами всё ещё шумел дождь. Такой сильный, что казалось, весь остальной мир на время просто исчез.

Я открыла своё буррито. Тёплая лепёшка приятно обжигала пальцы. Запах специй мгновенно заставил забыть о ливне за окном.

Леор тихо, аккуратно взяла своё буррито и начала разворачивать фольгу. Я же, как обычно, устроилась с максимальным комфортом.

Одной ногой стянула кроссовок. Потом второй. Подобрала ноги под себя и уселась в кресле по-турецки. Покрутилась ещё немного, устраиваясь поудобнее.

— Вот. Теперь идеально.

Леор лишь краем глаза посмотрела на мои акробатические упражнения. Её уголки губ едва заметно дрогнули.

Я довольно откусила огромный кусок буррито.

Тёплая еда после дождя оказалась именно тем, чего мне сейчас хотелось.
Я даже довольно прикрыла глаза.

— М-м-м...

Она усмехнулась.

— Вкусно?

Я энергично закивала, продолжая жевать. Откинулась на спинку сиденья.
Посмотрела на неё.

Леор ела совершенно иначе. Не торопясь. Аккуратно. Будто у неё впереди был целый день. Ни одной лишней крошки. Ни одного неосторожного движения.

Даже буррито в её руках выглядел как-то... воспитаннее.

Она поймала мой взгляд. Несколько секунд смотрела на меня. Потом молча потянулась рукой.

Я удивлённо замерла.

Она взяла салфетку. Очень осторожно коснулась моего подбородка. Стерла каплю соуса. И только после этого спокойно вернулась к своему обеду.

Я невольно улыбнулась.

— Спасибо.

Она спокойно посмотрела на меня.

— Сначала прожуй. Потом говори.
Можно подавиться.

Я демонстративно закатила глаза.

— Да мам...

Она тихо хмыкнула.

— Очень смешно.

Я наконец нормально прожевала еду.
Сделала ещё один кусочек.

И вдруг перед моим лицом появилась маленькая бутылочка сока. Леор уже открыла её и теперь просто держала в вытянутой руке.

Я улыбнулась ещё шире.

— Спасибо...

Она пожала плечами.

— Пожалуйста.

Я сделала несколько глотков.

Дождь всё ещё барабанил по крыше машины. Печка тихо гудела. В салоне было тепло. Уютно. И так спокойно, что совершенно не хотелось никуда ехать.

Мне вдруг пришла идея.

Я повернулась к Леор.

— Как насчёт вопросов?

Она подняла бровь.

— Каких?

— Ну... обычных. И не очень обычных.
Друг другу.

Она задумалась буквально на секунду.

Потом кивнула.

— Давай.

Она развернулась ко мне всем корпусом.
Одну ногу подогнула под себя.

Я сделала точно так же. Теперь мы сидели лицом друг к другу. За окнами шумел дождь. На коленях лежали недоеденные буррито. И почему-то всё это ощущалось как настоящее свидание.

— Я так понимаю...

Я первая задаю?

Я с улыбкой кивнула.

— Угу.

Она несколько секунд молчала.

Я уже приготовилась услышать что-нибудь философское. Или неожиданно глубокое. Но Леор совершенно серьёзно спросила:

— Какой момент рядом со мной сделал тебя счастливой настолько, что ты до сих пор иногда вспоминаешь его просто так?

Я перестала жевать.

Вот так сразу?

Я медленно улыбнулась.

— Один?

— Если не получится один... Можно несколько.

Она снова взяла своё буррито. Сделала маленький кусочек. И терпеливо стала ждать ответа, будто знала, что мне понадобится время.

Я даже не сразу ответила. Сначала просто смотрела на неё. На её спокойное лицо.

На серые глаза, в которых всегда было столько внимания, когда она слушала.
Будто в этот момент ничего важнее моего ответа не существовало.

Я задумчиво покрутила бутылочку с соком в руках.

— Один не получится.

Леор едва заметно улыбнулась.

— Я так и думала.

Я тихо рассмеялась.

— Первый... Наверное, крыша.

Она вопросительно наклонила голову.

— Потом... Когда я заболела. Ты сидела возле меня почти всю ночь. И думала, что я сплю. Но я проснулась.

Я почувствовала, как Леор замерла.

— Ты гладила меня по волосам. Совсем медленно. Постоянно проверяла температуру. Поправляла одеяло каждые десять минут. Я тогда подумала... Если существует место, где безопасно... То оно рядом с тобой.

Она молчала. Очень долго. Я видела, как её взгляд стал мягче. Ещё тише.

Я улыбнулась.

— А ещё... Мне очень нравится, что ты постоянно заботишься обо мне. Даже в таких мелочах. Соус с лица вытереть.
Сок открыть. Дверь придержать. Напомнить, чтобы я поела. Чтобы пристегнулась. Чтобы не ходила босиком по холодному полу.

Она чуть смущённо отвела взгляд.

— Это привычка.

— Нет.

Я покачала головой.

— Это любовь.

Леор ничего не сказала. Только медленно выдохнула. Я вдруг поняла, что она снова стала смотреть в окно.
Как всегда делала, когда её смущали.

Я улыбнулась ещё шире.

— Ты сейчас прячешься.

— Нет.

— Да.

— Нет.

— Ниндзя.

Она тихо засмеялась. Совсем негромко.
Я очень любила этот смех. Он случался редко. И всегда был настоящим.

Она снова посмотрела на меня.

— Теперь моя очередь отвечать?

— Нет. Теперь твоя очередь слушать.

Я придвинулась ближе. Настолько, что наши колени почти соприкоснулись.

— Потому что главный момент я ещё не сказала.

Она вопросительно посмотрела на меня.
Я осторожно взяла её за руку. Переплела наши пальцы.

— Самый счастливый момент... Не какой-то один. Это чувство. Когда я понимаю, что мне больше не нужно притворяться. Что рядом с тобой я могу быть шумной. Смешной. Обидчивой.
Уставшей. Могу плакать. Могу злиться.
Могу говорить глупости. И ты всё равно смотришь на меня так... Будто я всё ещё самая красивая девочка на свете.

Я опустила глаза на наши переплетённые руки.

— Никто никогда не давал мне такого ощущения.

Я подняла взгляд.

— Ты стала моим домом, Леор.

В машине снова стало тихо. Только дождь продолжал мягко стучать по крыше.

Леор долго ничего не говорила.

Потом медленно подняла мою руку и очень бережно коснулась губами костяшек пальцев.

— Спасибо...

Произнесла она почти шёпотом.

— За то, что однажды решила остаться рядом со мной.

Я быстро выпрямилась. Хлопнула ладонями по коленям. Будто специально разогнала момент, который уже начинал становиться слишком сентиментальным.

— Так. Теперь мой вопрос.

Леор тихо усмехнулась.

— Я готова.

— Не-а. Не "готова". Ты обязана ответить честно.

Она слегка приподняла бровь.

— Разве я когда-нибудь тебе врала?

Я задумалась. Потом недовольно цокнула языком.

— Вот именно поэтому и сложно придумывать вопросы. Ты слишком правильная.

Леор пожала плечами.

— Стараюсь.

— Не старайся. Это раздражает.

Она тихо рассмеялась.

— Записала.

Я ткнула в неё пальцем.

— И не шути.

Она сразу сделала серьёзное лицо.
Такое преувеличенно серьёзное, что я не выдержала и прыснула со смеху.

— Всё. Теперь точно вопрос.

Она кивнула.

Я несколько секунд смотрела в окно, будто собираясь с мыслями. Потом снова перевела взгляд на неё.

— Что тебе нравится больше всего во мне?

Леор сразу тихо вздохнула.

— Билли...

Я уже знаю этот вздох. Он означал только одно. Она пыталась уйти от ответа.

— Нет - нет.  Отвечай.

— Мне нравится все в тебе, милая.

Я тут же недовольно сморщила нос.

— Леор! Нормально ответь!

Она тихо рассмеялась...

— Господи... Ладно.

Она ненадолго задумалась.

— Ты очень добрая. Очень отзывчивая. С тобой комфортно быть собой, кем бы человек ни был. Ты принимаешь людей, такими какими они есть.

Я молча слушала.

— Ты умеешь слушать. И умеешь любить. Так, что человек рядом начинает верить, что действительно достоин этой любви.

Я почувствовала, как внутри всё стало необычайно тёплым. Но всё равно недовольно покачала головой.

— Это всё очень красиво. Но...

Я хитро улыбнулась.

— А часть тела?

Леор на секунду замерла. Потом закрыла лицо ладонью.

— Билли...

Я уже смеялась.

— Отвечай.

Она покачала головой.

— Ты невозможна.

— Знаю.

— Это провокация.

— Возможно.

Она пристально посмотрела на меня. В её глазах читалось лёгкое смущение, что происходит крайне редко.

— Глаза.

— И только?

— Нет.

— Тогда продолжай.

Она обречённо вздохнула.

— Мне очень нравится твоя улыбка. Твои руки.

— Руки?

— Да. Ты постоянно ими жестикулируешь. Когда смеёшься. Когда раскатываешь что-то. И...

Она на секунду запнулась.

— Мне нравится держать их.

Я почувствовала, как щёки становятся горячими.

— Ёще.

Леор тихо покачала головой.

— Билли...

— Не-а. Ты только начала.

Она улыбнулась.

Совсем беспомощно.

— Мне нравится твоя улыбка. Особенно настоящая. А когда ты смеёшься так сильно, что начинаешь щуриться.

— И?

Она посмотрела на меня несколько секунд. Потом очень спокойно сказала.

— И губы.

Я тут же победно вскинула руки.

— Я знала!

Леор тихо рассмеялась.

— Конечно.

— Почему именно губы?

— Потому что они почти всегда улыбаются. И потому что...

Она замолчала. Я наклонилась ближе.

— Потому что?

Леор совсем чуть-чуть покраснела.

— Потому что мне очень нравится целовать тебя.

На секунду в машине стало совсем тихо. Слышно только дождь.

Я смотрела на неё, не скрывая улыбки. Потом медленно приблизилась к ней и едва коснувшись её носа своим, тихо прошептала:

— Очень правильный ответ, ниндзя.

— Я же говорила, что ты задаёшь опасные вопросы.

— А я буду задавать их ещё чаще.

— Даже не сомневаюсь.