Ниндзя | Билли Айлиш

От лица Леор.

Я проснулась резко. Будто меня кто-то толкнул. Несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, что именно не так.

За окном только начинал просыпаться день. Солнце ещё не поднялось полностью, лишь тонкая золотистая полоса пробивалась между плотными шторами, окрашивая комнату в холодные серо-голубые оттенки.

Тишина.

Обычно именно такая тишина мне нравилась.

Но сегодня...

Сегодня что-то было не так.

Мне было жарко.

Слишком.

Футболка неприятно прилипла к спине.
Волосы влажными прядями липли ко лбу и вискам. В горле пересохло так, будто я несколько часов подряд говорила без остановки, а теперь каждая попытка сглотнуть отзывалась неприятным жжением.

Я медленно подняла руку и приложила ладонь ко лбу.

Горячий.

Очень.

В доме прохладно.

Я всегда держала температуру ниже, чем большинство людей считали комфортной. Именно поэтому сразу стало понятно.

Я медленно села на кровати. Мир тут же неприятно качнулся. Перед глазами на секунду потемнело.

— Отлично...

Хрипло пробормотала я самой себе.

Голос тоже изменился.

Осип.

Я глубоко вдохнула. Резкие движения сейчас точно были плохой идеей.

Тумбочка.

Верхний ящик.

Термометр лежал именно там. Как и небольшая аптечка. Привычка держать всё на своих местах сейчас оказалась очень кстати.

Я включила электронный градусник. Пока он измерял температуру, достала упаковку жаропонижающего.

Рядом лежали капли для носа. Леденцы для горла. Антисептический спрей.

Я машинально разложила всё рядом.

За последние годы я болела настолько редко, что почти успела забыть это ощущение.

Слабость. Тяжесть в теле. Когда даже поднять руку кажется задачей.

Писк.

Градусник закончил измерение. Но сразу не убрала его. Электронные градусники иногда показывали чуть меньше в первые секунды. Поэтому я спокойно подождала ещё несколько минут. Только потом посмотрела.

39,0°C.

— Вот это уже серьёзнее...

Прошептала я.

Особого удивления не было. Скорее лёгкое раздражение.

Не вовремя.

Совсем.

Я быстро запила таблетку большим стаканом воды. Потом закапала нос.
Он уже начинал неприятно закладываться. Лучше остановить воспаление сразу, чем потом несколько дней дышать ртом.

После этого достала круглую таблетку для горла. Самую отвратительную на вкус. Каждый раз казалось, что её специально сделали максимально горькой.

Но помогала она действительно быстро.
Поэтому спорить с ней смысла не было.

Я медленно поднялась. Ноги ощущались неожиданно тяжёлыми. Будто ночью кто-то заменил мышцы свинцом.

Держась ладонью за стену, дошла до ванной. Включила душ. Очень хотелось открыть только холодную воду. Смыть этот жар. Но я прекрасно знала, что это плохая идея. Поэтому сделала воду просто тёплой.

Не горячей.

Не холодной.

Несколько минут стояла под струями воды с закрытыми глазами. Стало немного легче. Совсем немного.

Я переоделась в чистую мягкую футболку и свободные домашние штаны.

Вернулась в спальню. Голова продолжала неприятно шуметь. В ушах появился тонкий свист. Каждый шаг отдавался тяжестью где-то за глазами.

Я посмотрела на телефон. На экране было несколько рабочих уведомлений.
Пара сообщений. Я выключила звук.
Сегодня мир вполне способен прожить несколько часов без меня.

Шарк тихо поднял голову со своей лежанки. Подошёл к кровати. Осторожно положил морду на матрас.
Посмотрел своими тёмными глазами.
Будто сразу понял, что со мной что-то не так.

Я слабо улыбнулась.

Погладила его между ушами.

— Всё хорошо...

Голос прозвучал едва слышно.

— Просто... дай мне немного поспать.

Он тихо вздохнул.

Лизнул мою ладонь.

И вместо того чтобы уйти, лёг прямо рядом с кроватью. Как маленький молчаливый охранник.

Я укрылась одеялом. Подушка приятно холодила щёку. Жаропонижающее ещё не успело подействовать. Тело продолжало гореть. Но усталость оказалась сильнее.

Стоило только закрыть глаза...
Как сон снова быстро забрал меня.

Я проснулась от тихой вибрации телефона. Потом ещё одной. И ещё.
Сквозь сон мне казалось, будто что-то настойчиво пытается вытащить меня обратно в реальность.

Я с трудом открыла глаза.

Комната расплывалась. Солнечный свет уже пробивался сквозь плотные шторы, тонкими полосами ложась на тёмный пол. Кажется...

Я уснула на несколько часов. И, судя по ощущениям, жар никуда не делся. Наоборот. Мне снова было невыносимо жарко. Будто кто-то включил внутри тела печку.

Футболка опять неприятно прилипла к спине. Подушка стала влажной. Волосы липли ко лбу и шее. Каждый вдох проходил через пересохшее, обожжённое горло.

Я медленно потянулась к телефону. Даже это движение далось тяжело.

Экран ярко вспыхнул.

Я тут же зажмурилась. Глаза пекло так, будто под веки насыпали песка. Несколько секунд пришлось просто ждать, пока зрение снова сфокусируется.

Время.

Почти обед.

— Ничего себе...

Хриплый шёпот едва сорвался с губ.

Я проспала почти всё утро.

На экране мигали десятки уведомлений.
Почти все... От Билли.

Пять пропущенных звонков. Потом ещё три. Ещё два. Сообщения шли одно за другим.

"Ниндзя?"

"Ты уже проснулась?"

"Почему телефон выключен?"

"Я переживаю."

"Ответь, пожалуйста."

"Леор?"

"Я закончила раньше."

"Представляешь? Освободилась уже сегодня."

"Я соскучилась."

"Хочу приехать к тебе."

"И забрать моего лохматого сына."

Я невольно улыбнулась.

Шарк.

Конечно.

Позавчера днём Билли оставила его у меня. Ей пришлось срочно улететь в другой штат буквально на несколько дней.

Очень плотный график.

Съёмки. Интервью. Какие-то встречи.

Мы договорились, что завтра она вернётся, заберёт Шарка и наконец останется у меня на пару дней.

Но...

Она закончила раньше.

Следующее сообщение заставило меня виновато прикрыть глаза.

"И вообще, почему телефон выключен? Ты обычно уже давно не спишь. Я переживаю."

Я медленно провела большим пальцем по экрану. Буквы расплывались. Глаза жгло всё сильнее. Они постоянно слезились. Сосредоточиться становилось трудно.

И именно в этот момент...

Телефон снова завибрировал.

На весь экран появилось знакомое имя.

Билли.

— Чёрт...

Тихо прохрипела я.

Я знала. Стоит ей услышать мой голос...
Она сразу всё поймёт. Начнёт переживать. Будет заботиться обо мне.
Хотя сама только вернулась после нескольких тяжёлых рабочих дней.

Ей бы сейчас домой. Поспать. Отдохнуть.

А не носиться по аптекам из-за меня.

Я уже почти хотела сбросить вызов. Но палец сам нажал зелёную кнопку.

— Ну наконец-то!

Голос Билли прозвучал громко, быстро и с таким облегчением, что я невольно улыбнулась.

— Ниндзя, где тебя носит?! Почему ты трубку не берёшь? На сообщения не отвечаешь? Что случилось?

В её голосе было столько тревоги, что чувство вины только усилилось.

Я сглотнула.

Сразу пожалела.

Горло обожгло такой болью, что пришлось зажмуриться.

— Прости...

Слова прозвучали почти неслышно. Я сама едва услышала собственный голос.

— Я... Плохо себя чувствую...

Наступила тишина. Буквально на секунду. Потом голос Билли изменился мгновенно. В нём больше не осталось ни раздражения, ни упрёка.

Только испуг.

— Боже мой... Леор... И давно? Почему ты мне не сказала?

Я устало прикрыла глаза.

— С утра... Вот... Не успела... Я спала... Прости...

Каждое слово давалось с трудом. Будто горло кто-то медленно пилил тупой пилой. Говорить было почти невозможно.

— Сил... Совсем нет... И... Говорить...
Больно...

На другом конце линии послышался шум. Чьи-то голоса. Катящиеся чемоданы. Объявления аэропорта.

Билли уже прилетела.

— Ниндзя...

Её голос дрожал.

— Я скоро буду. Я сейчас попрошу водителя заехать в аптеку. Куплю всё, что нужно. И сразу к тебе. Я уже в аэропорту. Только жду багаж.

Она говорила быстро. Очень быстро.
Будто боялась потерять хотя бы одну лишнюю минуту.

— Продержишься ещё чуть-чуть?

Я хотела сказать что-нибудь длиннее.

Что всё не так плохо. Что не нужно торопиться. Что она устала после дороги.
Но получилось только...

— Да...

Голос окончательно исчез. Теперь это был даже не голос. Хриплый, очень тихий шёпот. Настолько низкий, что я сама себя почти не узнала.

Будто говорила не двадцатидвухлетняя девушка. А старик, выкуривший за жизнь несколько тысяч сигарет.

На другом конце линии Билли шумно вдохнула.

— Боже... Ниндзя... Держись. Я скоро. Очень скоро. Обещаю.

Звонок закончился. Экран погас. В комнате снова стало тихо. Я медленно положила телефон рядом.

В этот же момент Шарк поднялся со своей лежанки. Подошёл к кровати.
Очень осторожно забрался ближе. Положил тяжёлую голову мне на живот.
И тихонько заскулил.

Будто тоже понимал, что сегодня со мной что-то совсем не так. Я слабо провела ладонью по его голове.

— Она... Скоро придёт...

Прошептала я едва слышно. Не знаю, кому именно это сказала. Ему. Или самой себе.

Я даже не заметила, как снова уснула.

Сон был тяжёлым. Беспокойным. То бросало в жар, то начинало знобить.

Мне снилось что-то бессвязное. Какие-то голоса. Шум дождя. Музыка. Потом всё исчезло.

Меня вырвал из сна настойчивый звонок в дверь.

Я медленно открыла глаза. Несколько секунд не могла понять, где нахожусь.
Звонок повторился. Потом ещё раз.

Я посмотрела на телефон. Несколько пропущенных вызовов.

Конечно.

Билли.

Я даже не услышала их.

Она не смогла дозвониться, чтобы я открыла доступ к лифту.

Я устало выдохнула.

— Сейчас...

Тихо прохрипела сама себе. Будто дверь могла меня услышать.

Сесть получилось не с первого раза.
Голова мгновенно закружилась. Перед глазами поплыли тёмные пятна. Пришлось несколько секунд просто сидеть на краю кровати, пока мир снова перестанет качаться.

Шарк сразу вскочил. Подошёл ко мне вплотную. Будто понимал, что сегодня меня лучше не оставлять одну.

Я медленно поднялась. Ноги слушались плохо. Каждый шаг отдавался неприятной слабостью. Ладонь сама легла на перила лестницы. Я крепко вцепилась в них.

Шарк шёл рядом. Не убегал вперёд, как обычно. А буквально шаг в шаг. Иногда поглядывая на меня снизу вверх. Будто проверяя, не упаду ли я.

Звонок снова прозвучал. Уже длиннее.
Наверное, Билли начала переживать ещё сильнее.

Я наконец дошла до двери. Повернула замок. Опустила ручку.  Дверь открылась.

И почти сразу...

— Ниндзя...

Билли буквально оказалась рядом.

Она не вошла. Она влетела. Но не так, как всегда.

Обычно она смеялась, запрыгивала на меня, всем весом повисала на шее, чуть не сбивая с ног.

Сегодня...

Сегодня всё было иначе. Она сразу обняла меня. Очень осторожно. Так, будто боялась причинить ещё хоть немного боли. Её руки крепко легли мне на спину и плечи.

Но не тянули к себе.

А скорее...

Держали. Поддерживали. Будто она всерьёз опасалась, что я сейчас просто не устою на ногах.

Я почувствовала, как она на секунду замерла. Наверное, только сейчас поняла, насколько я горячая.

Она резко отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть мне в лицо.

Её глаза моментально расширились.

— Господи...

Она осторожно коснулась ладонью моего лба. Потом щеки. Потом снова лба.

— Леор... Какая же ты горячая...

Я слабо улыбнулась.

Получилось, наверное, не очень убедительно.

— Ну... Есть немного...

— Немного?

Она даже тихо возмутилась.

— Да ты горишь!

Я хотела что-то ответить. Но вместо этого только тихо закашлялась. Горло тут же обожгло болью.

Билли мгновенно нахмурилась.

Её ладонь сразу оказалась у меня на спине. Она медленно гладила между лопаток, пока кашель не утих.

Потом посмотрела на меня тем самым взглядом. Очень серьёзным. Очень внимательным.

— Температуру мерила?

Я кивнула.

— Утром... Тридцать девять...

— Сейчас ещё раз измерим. Без споров.

Я снова попыталась улыбнуться.

— Есть, мэм...

Она тихо фыркнула.

Но глаза так и не перестали тревожно бегать по моему лицу.

Она аккуратно сняла с моего плеча прядь влажных волос. Потом неожиданно взяла меня за обе руки.
Осторожно. Очень бережно.

— Пойдём.

Я посмотрела на неё вопросительно.

— Куда?

— Наверх. В кровать. Потому что ты сейчас стоишь исключительно на своём упрямстве. И я почти уверена, что ещё минута, и ты попытаешься убедить меня, будто можешь приготовить нам обед.

Я тихо усмехнулась.

— Вообще-то... Думала... Сварить суп...

Билли закрыла глаза и коротко покачала головой.

— Конечно. Именно этого я и боялась.

Она тяжело, почти театрально вздохнула. Потом снова посмотрела на меня. И уже совсем мягко сказала:

— Всё, ниндзя. Теперь моя очередь заботиться о тебе.

Я сделала всего пару шагов к лестнице.

Медленно. Очень медленно. Каждую ступеньку приходилось буквально заставлять себя преодолеть.

Ноги стали ватными. Будто совсем перестали принадлежать мне. Я упрямо положила ладонь на перила. Подняла одну ногу. Потом вторую. Первая ступенька. Вторая.

На третьей перед глазами всё поплыло.
Я почти остановилась, собираясь сделать ещё один шаг. Но не успела. В следующую секунду мир неожиданно изменил положение.

Я вздрогнула.

Почувствовала, как пол уходит куда-то вниз.

И вдруг оказалась... на руках.

Я растерянно подняла взгляд.

Билли.

Она подхватила меня так уверенно, будто делала это всю жизнь. Одна рука под коленями. Вторая поддерживала спину. Прижимала меня к себе крепко, но очень бережно.

Я даже не сразу поняла, что произошло.
Несколько секунд просто смотрела на неё, пытаясь осознать. Потом тихо прохрипела:

— Что ты...

Голос снова сорвался.

Билли даже не посмотрела вниз. Лишь чуть сильнее прижала меня к себе и начала медленно подниматься по лестнице.

— Я сильнее, чем ты думаешь.

В её голосе появилась едва заметная улыбка.

Я невольно нахмурилась.

— Билли...

— Молчи.

— Ты... Уронишь...

Она тихо фыркнула.

— Ниндзя. Ты сейчас весишь меньше моего рюкзака с аппаратурой.

Я закатила глаза.

Насколько смогла.

— Врушка...

— Возможно.

Она улыбнулась уголком губ.

— Но это не отменяет того факта, что сейчас ты абсолютно ничего не решаешь.

Я хотела возразить. Честно хотела. Но сил почти не осталось. Поэтому только устало положила голову ей на плечо.

От неё пахло улицей. Лёгким парфюмом.
И чем-то очень родным. Наверное...

Домом.

Билли почувствовала, как я расслабилась. Её шаг стал чуть медленнее. Она осторожно поцеловала меня в горячий висок. И совсем тихо прошептала:

— Вот так. Не геройствуй хотя бы сегодня.

Я прикрыла глаза.

— Не люблю...
Когда обо мне...
Заботятся...

Она остановилась прямо посреди лестницы.

Я почувствовала, как она чуть отстранилась, чтобы посмотреть мне в лицо. В её глазах не было ни раздражения, ни смеха.

Только бесконечная нежность.

— А я люблю. Люблю заботиться о тебе.
Очень. Поэтому даже не пытайся меня этого лишить.

Я молча смотрела на неё несколько секунд. Ком в горле появился уже совсем не из-за болезни.

— Спасибо...

Едва слышно прошептала я.

Билли улыбнулась. Так тепло, что даже сквозь жар мне стало немного легче.

— Всегда, ниндзя. Абсолютно всегда.

Билли осторожно опустила меня на кровать. Матрас мягко прогнулся подо мной.

Я даже не попыталась лечь. Так и осталась сидеть на краю, чуть ссутулившись. И только сейчас поняла, что меня трясёт.

Сильно.

Мелкая дрожь пробегала по всему телу без остановки. Будто кто-то пустил по мышцам электрический ток и никак не выключал его.

Я обхватила себя руками.

Не помогло.

Холод пробирал до костей, несмотря на то что кожа буквально горела.

Билли присела передо мной на корточки. Её лицо мгновенно стало ещё серьёзнее.

— Замёрзла?

Я молча кивнула.

Через секунду она уже поднялась.

— Сиди здесь.

Это прозвучало почти как приказ.

— И даже не думай вставать.

Я проводила её взглядом. Она быстро скрылась в гардеробной. Послышался шум вешалок. Открывающиеся ящики.

Через несколько секунд Билли вернулась с моей самой тёплой худи. Той самой. Большой, мягкой, тёмно-серой.

Я даже не успела ничего сказать.

Она уже осторожно стягивала с меня влажную футболку. Очень аккуратно.
Будто боялась сделать больно.

— Руки.

Я послушно подняла их. Настолько, насколько смогла.

Она натянула худи через голову. Поправила капюшон. Расправила ткань на плечах. И только после этого обеими ладонями поправила мне волосы, убирая влажные пряди от лица.

— Вот так.

Её ладонь на секунду снова коснулась моего лба.

Она тихо вздохнула.

Жар никуда не делся.

— Сейчас чуть согреешься.

Я снова едва заметно кивнула.

Билли поправила одеяло, укрывая меня почти до груди. Потом посмотрела прямо в глаза. Тем самым взглядом, который не принимал никаких возражений.

— Теперь лежи. Меряй температуру.
Я приготовлю тебе чай. И тебе обязательно нужно что-нибудь съесть.
Только потом лекарства.

Я медленно моргнула. Мысль о еде совершенно не радовала. Наоборот. Но лекарства на пустой желудок действительно нельзя.

Я тихо прохрипела:

— Доставку?..

Билли улыбнулась.

Совсем чуть-чуть.

Будто была рада, что я вообще проявила хоть какое-то желание.

— Хочешь доставку?

Я еле заметно кивнула.

Говорить уже совсем не хотелось. Да и сил почти не осталось.

Билли достала телефон. Подошла ближе к кровати. Села рядом.

— Хорошо. Что хочет мой ниндзя?

Она начала листать приложения доставки.

— Суп?

Я покачала головой.

— Лапшу?

Снова нет.

— Рис?

Нет.

— Тогда...

Она задумалась.

— Бульон?

Я наконец медленно кивнула.

— И... пюре...

Едва слышно добавила я.

Билли сразу подняла голову. Улыбнулась уже заметнее.

— Отлично. Значит, аппетит всё-таки ещё жив. Сейчас всё будет.

Она быстро оформила заказ, не забыв добавить ещё сок, минеральную воду и несколько фруктов.

Потом снова посмотрела на меня.

— А теперь...

Она протянула руку.

— Градусник. Проверим, что ты там мне опять решила установить. Только, пожалуйста, без рекордов.