Глава 41.
Вечер постепенно перетёк в ту стадию, когда никто уже никуда не спешит.
Музыка негромко играла где-то на фоне, на столе появлялись новые закуски, кто-то постоянно смеялся, кто-то рассказывал очередную историю, а кто-то спорил о вещах, которые были абсолютно неважны, но почему-то казались жизненно необходимыми именно сейчас.
И мне было хорошо.
По-настоящему хорошо.
Раньше такие большие компании быстро начинали меня утомлять. Слишком много людей, слишком много шума, слишком много разговоров одновременно.
Но сейчас всё ощущалось иначе.
Может быть потому, что рядом была Билли.
Может быть потому, что эти люди постепенно переставали быть просто её друзьями.
Или потому, что после разговора на заднем дворе Финнеас перестал смотреть на меня так, будто мысленно оценивает размер ямы в которую будет закапывать моё тело.
Теперь его взгляд был другим.
Более спокойным.
Тёплым.
Будто после нескольких фраз между нами появилось какое-то негласное понимание.
В какой-то момент я поймала его взгляд через всю комнату.
Он поднял кружку в мою сторону.
Совсем немного.
Я усмехнулась и кивнула.
Именно в этот момент Алекс неожиданно хлопнул себя по колену.
— Оооо!
Все вздрогнули.
— Господи, Алекс, — простонала Одесса. — Ты каждый раз так делаешь, будто тебя током ударило.
— До меня только сейчас дошло.
— Что именно? — спросила Билли.
Алекс перевёл взгляд на меня.
— Леор, тебе ведь двадцать два?
— Да.
— Ты самая младшая из нас!
Квин мгновенно подняла руки вверх, словно выиграла соревнование.
— Наконец-то!
— Что наконец-то? — не поняла я.
— Теперь не я самая маленькая!
— Ты буквально старше меня.
— Не важно. Это вопрос энергетики.
— Очень сомнительной энергетики, — пробормотала Клаудин.
Все рассмеялись.
Но Алекс ещё не закончил.
К сожалению.
Я уже видела этот блеск в глазах.
Это был взгляд человека, который собирается создать проблему.
— Нет, подождите.
— Не надо, — сразу сказала Билли.
— Надо.
— Алекс.
— Надо.
Он повернулся к остальным.
— Это значит, что Билли впервые встречается с кем-то младше себя.
В комнате мгновенно стало тише.
Я медленно повернулась к Билли.
Билли медленно закрыла лицо руками.
— Нет.
— Да, — радостно заявил Алекс.
— Нет.
— Да.
— Алекс.
— Билли.
— Я тебя сейчас ударю.
— Но я же прав!
— К сожалению, — вмешалась Одесса, — он действительно прав.
С разных сторон комнаты послышались смешки.
Билли выглядела так, будто готова была телепортироваться на другую планету.
Я же откровенно наслаждалась происходящим.
— Подождите, — продолжил Айдан. — То есть впервые за много лет Билли не встречается с человеком, который старше неё минимум на половину века?
— АЙДАН!
— Что?!
— Замолчи!
— Я просто уточняю исторические факты!
Я уже откровенно смеялась.
Билли повернулась ко мне.
— Не смей.
— Я ничего не говорю.
— Но думаешь.
— Возможно.
— Леор.
— Что?
Она ткнула меня пальцем в плечо.
— Не поддерживай их.
— Мне кажется, они прекрасно справляются сами.
Комната снова взорвалась смехом.
Билли обречённо уронила голову мне на плечо.
— Видишь? — сказала она всем вокруг. — Вот поэтому она опасная.
— Она? — удивился Финнеас.
— Да.
— Это самый спокойный человек в комнате.
— Именно так она всех и обманывает.
Я не выдержала и обняла её за плечи.
— Ты ещё тот дед, — продолжила Билли, поднимая голову и глядя на меня. — Вообще не чувствуется, что ты младше.
— Потому что я взрослая и ответственная.
Комната замолчала на две секунды.
А потом все одновременно начали смеяться.
Особенно громко Финнеас.
— Взрослая и ответственная, — сквозь смех повторил он.
— Именно.
— Леор, ты однажды поехала в другую страну только потому, что тебе стало интересно, сможешь ли ты выучить местный язык.
— И что?
— И выучила.
— Вот именно.
— Это не делает ситуацию нормальнее.
— Завидуй молча.
Билли окончательно рассмеялась и спрятала лицо у меня на плече.
Стоило Квин вспомнить Китай, как её глаза буквально загорелись.
Это было плохим знаком.
Очень плохим.
Потому что Квин в состоянии любопытства была похожа на ребёнка, который случайно нашёл дверь в секретную комнату и теперь собирается открыть абсолютно все шкафы внутри.
— Скажи что-нибудь на китайском! — тут же потребовала она, подавшись вперёд.
Я вздохнула.
Билли рядом уже начала смеяться.
Она прекрасно знала, что сейчас начнётся.
— Что, например? — спросила я.
— Что угодно!
— Это очень широкая категория.
— Ладно. Скажи... скажи... «Привет».
— 你好. Нихао.
— Ооооо.
— Квин, это буквально первое слово, которое знают все.
— Не мешай мне восхищаться.
— Хорошо.
— А ещё что-нибудь.
Я задумалась.
— 今天天气很好.
— И что это значит?
— Сегодня хорошая погода.
— Скучно.
— Тогда сама выбирай тему.
Квин несколько секунд размышляла.
Все остальные уже внимательно наблюдали за происходящим.
Особенно Айдан.
Этот человек всегда выглядел так, будто готов записывать компромат.
— Скажи что-нибудь романтичное.
— Нет.
— Почему?
— Потому что я знаю вас.
— И?
— Вы будете издеваться над нами до конца жизни.
— Будем, — честно подтвердил Алекс.
— Вот видишь.
Билли уже откровенно улыбалась.
— Мне кажется, теперь ты обязана.
— Ты на их стороне?
— Я на стороне науки.
— Это не наука.
— Уже наука.
Я посмотрела на неё.
Она посмотрела на меня.
И улыбнулась ещё шире.
Предательница.
— Ладно, — сдалась я.
Квин мгновенно хлопнула в ладоши.
— ДА!
— Но переводить я не буду.
— Будешь.
— Нет.
— Будешь.
— Нет.
— Леор.
— Нет.
Билли тихо рассмеялась рядом.
Я покачала головой и произнесла короткую фразу на китайском.
Спокойно.
Почти не задумываясь.
Потому что говорила её уже много раз.
Квин замерла.
— И?
— И что?
— Что это значит?
— Ничего.
— Леор.
— Ничего важного.
— Леор.
— Совсем ничего.
— ЛЕОР.
Я посмотрела на Билли.
Она прищурилась.
— Это про меня?
— Возможно.
— Леор.
— Возможно.
— ЛЕОР.
Комната уже начала смеяться.
Алекс буквально сползал с дивана.
Одесса закрывала лицо подушкой.
Айдан снимал всё это на телефон.
Конечно же.
— Переводи! — потребовала Квин.
Я сделала вид, что серьёзно задумалась.
Потом пожала плечами.
— Примерно: «Она сводит меня с ума».
На секунду воцарилась тишина.
А потом вся компания взорвалась.
— ГОСПОДИ! — заорала Одесса.
— Я ТАК И ЗНАЛ! — подхватил Айдан.
— Она покраснела! — закричала Квин, указывая на Билли.
— Я НЕ ПОКРАСНЕЛА!
— Покраснела!
— Нет!
— Да!
Я посмотрела на Билли.
Она действительно слегка покраснела.
И выглядела при этом невероятно мило.
Поймав мой взгляд, она тут же ткнула меня локтем в бок.
— Это всё твоя вина.
— Конечно.
— Ты специально это сказала.
— Возможно.
— Леор.
— Что?
— Я тоже тебя люблю.
На этот раз смех в комнате стал ещё громче.
Одесса вдруг резко выпрямилась на диване.
Её глаза стали круглыми.
Очень круглыми.
Так выглядел человек, который только что осознал что-то по-настоящему важное.
И опасное.
— Подождите.
Все автоматически повернулись к ней.
— Что?
Она медленно перевела взгляд на меня.
— Это тебе не нужен переводчик?
Я нахмурилась.
— В каком смысле?
— И ты спокойно читаешь китайские инструкции?!
В комнате наступила секунда тишины.
Потом я кивнула.
— Да.
— Господи...
— Что?
— Ты понимаешь, насколько это нечестно?
Я рассмеялась.
— По отношению к кому?
— Ко всем нам!
— Почему?
Одесса драматично указала на меня пальцем.
— Потому что когда мне приходит инструкция на китайском, я смотрю на неё как пещерный человек на космический корабль!
— Очень точное описание, — поддержал Айдан.
— Спасибо.
— Пожалуйста.
— А ты просто берёшь и читаешь?!
— Ну да.
— Как обычный человек читает коробку от хлопьев?!
— Ну да.
— Это возмутительно.
Билли рядом уже смеялась так сильно, что практически сползла на меня.
Я обняла её за плечи.
— Одесса.
— Нет.
— Это просто язык.
— ПРОСТО ЯЗЫК?
— Да.
— Леор, для меня китайский выглядит как древнее проклятие.
— Для меня бухгалтерия выглядит так же, — честно призналась я.
Это вызвало новый взрыв смеха.
Одесса торжествующе ткнула в меня пальцем.
— Видите? У неё тоже есть слабости!
— Не уверен, что это считается слабостью, — заметил Финнеас.
— Дайте мне хотя бы это.
Алекс всё ещё смотрел на меня с подозрением.
Причём с каждым новым фактом это подозрение только росло.
— Сколько языков ты вообще знаешь?
Я сразу почувствовала подвох.
Потому что люди всегда одинаково реагируют на этот вопрос.
Сначала спрашивают.
Потом жалеют, что спросили.
— Не так много.
— О нет, — простонала Билли, уткнувшись мне в плечо. — Когда Леор говорит "не так много", обычно начинается что-то страшное.
— Ну и? — подалась вперёд Квин.
Я пожала плечами.
— Английский. Но это очевидно.
— Да.
— Китайский.
— Уже не очевидно.
— Испанский. Всё-таки это практически второй язык Штатов.
— Ладно.
— Французский, но не идеально. Учила ещё в школьные годы.
— Уже четыре.
— Кантонский.
— Что ещё за кантонский? — сразу спросил Алекс.
— И немного немецкого.
В комнате повисла тишина.
Квин медленно покачала головой.
— Зубрила.
— Завидуй молча.
— Я даже не скрываю, что завидую.
Алекс всё ещё выглядел потерянным.
— Подождите. Вернёмся назад.
— Это плохой знак, — пробормотал Айдан.
— Что за кантонский?
— Один из китайских языков.
— Южно-китайский, если сильно упрощать, — объяснила я.
Алекс нахмурился.
Очень сильно нахмурился.
Настолько сильно, что Билли уже начала смеяться заранее.
— Китайский не один?
Я посмотрела на него.
Он посмотрел на меня.
Потом я посмотрела на остальных.
Половина комнаты тоже выглядела удивлённой.
— Господи.
— Что? — насторожился Алекс.
— Вы правда этого не знали?
— ЛЕОР! — одновременно возмутились сразу несколько человек.
— Ладно, ладно.
Я подняла руки в знак капитуляции.
— Если очень упростить, то существует множество китайских языков и диалектных групп. Мандаринский самый распространённый. Именно его большинство людей называют просто китайским.
— А кантонский?
— Распространён в южных регионах Китая, а также в Гонконге и Макао.
— То есть они не одинаковые?
— Совсем не одинаковые.
— Насколько?
Я задумалась.
— Представь, что человек знает только английский, а ты внезапно начинаешь говорить на польском.
Алекс несколько секунд переваривал информацию.
— Подождите.
— Нет.
— Это один язык или разные?
— Сейчас ты начинаешь опасную тему для лингвистов.
— Почему?
— Потому что они будут спорить до конца времён.
Одесса застонала и рухнула на диван.
— Я просто хотела узнать, почему она читает китайские инструкции.
— А узнала, что существует несколько китайских языков, — добавил Айдан.
— И что моя жизнь была ложью.
— Это тоже.
Билли подняла голову с моего плеча и внимательно посмотрела на меня.
— А сколько времени ты вообще учила китайский?
— Несколько лет.
— Несколько лет?
— Да.
— По собственной воле?
— Да.
— Без принуждения?
— Да.
Она несколько секунд молчала.
Потом повернулась к Финнеасу.
— Она пугает меня.
— Поздно, — спокойно ответил он. — Теперь она твоя девушка.
— Спасибо за поддержку.
— Обращайся.
Я рассмеялась и притянула Билли ближе.
— Не драматизируй.
— Леор.
— Что?
— Ты выучила два китайских языка.
— Полтора.
— ЛЕОР.
— Хорошо, два.
— Вот именно.
— Зато ты можешь писать песни.
— Это нормальный навык!
— А читать инструкции на рисоварке нет?
Комната снова взорвалась смехом.
И даже Алекс, который до сих пор пытался осознать существование нескольких китайских языков, наконец сдался и махнул рукой.
— Всё. Я официально перестаю задавать вопросы.
— Неправда, — сказал Финнеас.
— Неправда, — подтвердила Одесса.
— Неправда, — добавила Билли.
Алекс подумал секунду.
— Ладно. Но следующий вопрос будет последним.
Я тяжело вздохнула.
— Почему-то мне кажется, что это ложь.
— Только не задавайте ей вопросы про философию... и историю... и вообще про что-то слишком умное. Короче, всё, что хотите спросить, лучше не спрашивайте, — заявила Билли.
Я удивлённо повернулась к ней.
Она сидела рядом со мной на диване, поджав под себя ноги, и выглядела настолько серьёзной, будто сейчас предупреждала людей о стихийном бедствии.
— Что? — не поняла я.
— Что?!
— Да, что?
— Ты же гиперумная!
Комната тут же оживилась.
— Продолжай, — заинтересованно сказал Айдан.
— Нет, серьёзно. Половину слов, которые она иногда говорит, я потом гуглю.
— Клевета, — спокойно ответила я.
— Не клевета.
— Клевета.
— Леор.
— Что?
— Ты однажды сорок минут рассказывала мне про какие-то философские школы.
— Ты сама спросила.
— Я спросила одно предложение!
— А получила расширенный ответ.
— Энциклопедию я получила.
Все уже смеялись.
Я только закатила глаза.
— Мы с тобой вообще-то почти не говорили на подобные темы.
— Потому что я быстро поняла, чем это заканчивается.
— И я всегда говорила нормальным языком.
— Вот именно!
— Что именно?
— Если это для тебя нормальный язык, то мне страшно представить ненормальный.
Одесса согнулась пополам от смеха.
Квин хлопнула по дивану ладонью.
— Господи, Билли сегодня в ударе.
— Я всегда в ударе.
— Нет, сегодня особенно.
Билли ткнула в меня пальцем.
— Она выглядит как двадцатидвухлетняя девушка.
— Потому что я и есть двадцатидвухлетняя девушка.
— Нет.
— В смысле нет?
— Это маскировка.
— Маскировка под кого?
— Под человека.
Комната взорвалась смехом.
Я даже не успела ничего ответить.
— Говорю же, она как дед профессор в теле двадцатидвухлетней девушки.
— Спасибо.
— Не закончила.
— Боюсь продолжения.
— Ещё и выбрал, гад такой, быть красивой.
На этот раз засмеялась даже Клаудия, которая обычно держалась спокойнее остальных.
Я посмотрела на Билли.
Она посмотрела на меня в ответ.
Абсолютно довольная собой.
— То есть проблема в том, что я умная?
— Нет.
— Красивая?
— Нет.
— Тогда в чём?
— В том, что ты одновременно и то, и другое.
— Ужасно.
— Именно!
— Как ты вообще живёшь с этим?
— Тяжело, — очень серьёзно кивнула Билли.
— Сочувствую.
— Спасибо.
Финнеас покачал головой.
— Вы двое невозможны.
— Мы счастливы, — тут же ответила Билли.
— Это заметно.
Билли довольно улыбнулась, потом придвинулась ближе и положила голову мне на плечо.
— Зато она моя.
— Как собственнически прозвучало, — заметила Одесса.
— И что?
— И ничего.
— Вот именно.
Я посмотрела на макушку Билли и невольно улыбнулась.
— Вообще-то я тоже могу сказать, что ты моя.
Билли мгновенно подняла голову.
— Правда?
— Правда.
— Ребята, вы слышали?!
— К сожалению, — простонал Алекс.
— Она сказала, что я её!
— Мы были в одной комнате.
— И это был прекрасный момент.
Айдан потянулся за телефоном.
— Я начинаю записывать всё это для будущего документального фильма.
— Назови его «Помогите».
— Нет, — возразил Финнеас. — «Как моя сестра нашла себе такого же странного человека».
— Эй!
— Это буквально правда.
И по тому, как Билли снова спрятала улыбку у меня на плече, я была почти уверена, что ей это название понравилось.