Глава 36.
От лица Билли.
Было ещё темно.
Тот особенный час между ночью и утром, когда весь дом кажется непривычно тихим, а время будто течёт медленнее обычного.
Я проснулась от жажды и несколько секунд просто лежала, глядя в потолок, пытаясь понять, который сейчас час.
Рядом было тепло.
Слишком тепло.
И это мгновенно заставило меня улыбнуться.
Леор.
Она осталась.
Не уехала поздно вечером, как собиралась сначала.
Не придумала тысячу причин, почему ей нужно домой.
Просто осталась.
От этой мысли внутри снова становилось удивительно спокойно.
Я осторожно выбралась из кровати, стараясь не потревожить её. Даже матрас подо мной казался слишком громким. Леор предупреждала, что спит очень чутко, а ещё вставала обычно раньше всех, поэтому мне совершенно не хотелось будить её посреди ночи.
Особенно сейчас.
Особенно после такого вечера.
Я на цыпочках вышла из комнаты и тихо прикрыла дверь за собой.
Дом спал.
Даже Шарк где-то в гостиной не поднял головы.
На кухне я налила себе стакан воды и почти сразу потянулась за вторым.
Вдруг Леор тоже захочет пить.
Мысль появилась совершенно автоматически.
И почему-то заставила меня снова улыбнуться.
Ещё пару недель назад я бы даже не подумала о таких вещах.
Теперь же это казалось естественным.
Я медленно поднялась обратно на второй этаж, стараясь не шуметь, и так же осторожно открыла дверь спальни.
Лунный свет проникал через окно и мягкими полосами ложился на кровать.
Я поставила стакан на тумбочку рядом с Леор и невольно замерла.
Она спала.
Спокойно.
Совершенно беззащитно.
На ней были мои старые шорты и одна из моих футболок, которую я буквально заставила её надеть перед сном.
Её светлые волосы рассыпались по подушке.
Лунный свет делал кожу почти фарфоровой.
Подчёркивал длинные чёрные ресницы.
Тёмные густые брови.
Чёткие скулы.
Я задержала взгляд чуть дольше, чем собиралась.
Интересно, как вообще так получилось?
Натуральная блондинка с такими тёмными ресницами и бровями.
Кажется, я никогда раньше не встречала никого похожего.
Я вдруг поймала себя на мысли, что почти ничего не знаю о её биологических родителях.
Да и сама Леор не знает.
Интересно, похожа ли она на них?
Улыбается ли кто-то так же?
Есть ли у кого-то такие же глаза?
Такие же светлые волосы?
И успела ли она унаследовать эту странную способность выглядеть красиво даже во сне?
Потому что сейчас она действительно выглядела невероятно.
Просто как кто-то, от кого невозможно отвести взгляд.
Я тихо выдохнула и наконец заставила себя отвернуться.
Потому что ещё немного — и это уже становилось смешным.
Я осторожно легла обратно на кровать и натянула одеяло до подбородка.
Сердце почему-то билось чуть быстрее обычного.
Странно.
Очень странно.
За всю мою жизнь отношения обычно развивались совсем иначе.
Быстрее.
Громче.
Импульсивнее.
С бывшими всё происходило практически сразу.
Будто кто-то постоянно нажимал кнопку ускоренной перемотки.
А сейчас...
Сейчас всё было совершенно по-другому.
Мы разговаривали. Узнавали друг друга.
Смеялись. Гуляли. Смотрели фильмы.
Обнимались на диване.Переписывались по утрам. Привозили друг другу цветы.
И почему-то это казалось важнее всего остального.
Я повернула голову.
Леор всё ещё спала.
Спокойно дышала, даже не подозревая, что я снова на неё смотрю.
И в этот момент мне вдруг пришла очень простая мысль.
Мне нравится целовать её.
Мне нравится её слушать.
Нравится смотреть, как она улыбается.
Нравится, когда она рассказывает про животных, музыку или свои бесконечные истории.
Нравится, когда она поправляет мне волосы.
Нравится, что рядом с ней не нужно никуда спешить.
Я улыбнулась в темноту.
Потом придвинулась чуть ближе и наконец закрыла глаза.
До утра оставалось ещё несколько часов.
______
Я проснулась от того, что мне стало жарко.
Не резко. Не так, как бывает после кошмара или от громкого звука.
Просто сквозь сон почувствовала тепло и какое-то осторожное движение рядом.
Глаза открывать совершенно не хотелось.
Было слишком уютно.
Слишком спокойно.
Я лежала неподвижно, пытаясь понять, что происходит.
Кто-то аккуратно отодвинул край одеяла, позволяя прохладному утреннему воздуху коснуться кожи. Потом чьи-то пальцы очень осторожно убрали волосы с моего лица и шеи.
Леор.
Даже не открывая глаз, я сразу поняла, что это она.
Больше никто не двигался бы так бережно.
Я невольно улыбнулась.
И только после этого начала осознавать своё положение.
Точнее, положение нас обеих.
Моя голова лежала у неё на плече.
Нет.
Не просто на плече.
На её руке.
Одной рукой я обнимала её поперёк талии, словно боялась, что она исчезнет за ночь.
А одна нога вообще была закинута на неё самым бессовестным образом.
Господи.
Я медленно начала вспоминать вчерашний вечер.
Потом ночь.
Потом момент, когда мы пожелали друг другу спокойной ночи и легли спать на приличном расстоянии.
По крайней мере, я была уверена, что расстояние было.
Судя по текущей ситуации, ночью мой организм решил иначе.
И полностью проигнорировал мнение моего мозга.
Я всё ещё не открывала глаза.
Отчасти потому, что мне было стыдно.
Отчасти потому, что мне было слишком хорошо.
Леор слегка пошевелилась подо мной.
Я почувствовала, как она осторожно пытается высвободить затёкшую руку.
Безуспешно.
Потому что я буквально придавила её всем своим весом.
Внутри тут же проснулась совесть.
Но двигаться всё равно не хотелось.
— Билли, — тихо прозвучал её голос совсем рядом.
Я продолжила изображать спящего человека.
— Билли.
Уголки моих губ предательски дрогнули.
— Очень убедительно.
Я наконец открыла один глаз.
Леор уже смотрела на меня.
Сонная.
Со слегка растрёпанными светлыми волосами.
И невероятно довольной улыбкой.
— Доброе утро, — сказала она.
— Доброе.
— Ты знаешь, что ночью пыталась меня похитить?
— Неправда.
— Правда.
— У тебя есть доказательства?
Леор многозначительно посмотрела на мою руку у себя на талии.
Потом на ногу, которую я всё ещё не убрала.
Потом снова на меня.
Я закрыла лицо ладонью.
— Это выглядит хуже, чем есть на самом деле.
— Конечно.
— Я спала.
— И очень крепко держала меня в заложниках.
Я тихо засмеялась.
А Леор просто смотрела на меня.
Спокойно.
Я всё ещё лежала, не спеша убирать ни руку, ни ногу.
Наверное, стоило.
Наверное, это было бы правильно.
Но проблема заключалась в том, что мне было слишком удобно.
И, судя по тому, что Леор тоже не пыталась отодвинуться, её всё устраивало не меньше.
За окном медленно светало.
Первые лучи солнца уже пробирались сквозь шторы, окрашивая комнату в мягкие золотистые оттенки.
Дом оставался тихим.
Даже Шарк ещё не носился по этажам, требуя завтрак и внимание всего мира.
Редкое явление.
Я посмотрела на Леор.
Она лежала на спине, закинув свободную руку под голову.
Светлые волосы разметались по подушке.
Не сдержавшись, я запустила пальцы в её волосы.
Господи.
Они были невероятно мягкими.
Настолько мягкими, что я невольно провела рукой ещё раз.
И ещё.
Светлые пряди легко скользили между пальцами, а Леор даже не попыталась отстраниться.
Наоборот.
Она едва заметно расслабилась и прикрыла глаза.
Будто ей нравилось.
Будто она доверяла мне настолько, чтобы просто лежать и позволять вот так касаться себя.
Я продолжала лениво перебирать её волосы, наслаждаясь тем, как она постепенно расслабляется рядом со мной. Обычно Леор всегда была собранной, внимательной, словно в любую секунду готовой сорваться по делам или кому-то помогать. А сейчас она просто лежала рядом, сонная, спокойная и удивительно домашняя.
— Как же твоя утренняя тренировка? — спросила я, продолжая водить пальцами по её голове.
Леор даже не сразу ответила. Кажется, ей было слишком хорошо лежать вот так.
— У меня целый день свободный, — наконец произнесла она. — Могу позже позаниматься.
Я удивлённо посмотрела на неё.
— Свободный день? Полностью?
— Полностью.
— Ничего себе.
— Сама в шоке.
Я тихо рассмеялась.
Потом прищурилась.
— Почему ты вообще так часто занимаешься спортом? Каждый день тренируешься. Иногда вообще по две тренировки за день.
Леор открыла глаза и посмотрела на меня с таким искренним удивлением, будто не ожидала услышать этот вопрос.
— Что?
Я тут же подняла бровь.
— Что значит «что»?
— Ты это заметила?
— Леор.
— Что?
— Я вообще-то тебя слушаю.
Несколько секунд она просто смотрела на меня.
Потом уголки её губ медленно дрогнули.
Она улыбнулась.
Совсем немного.
Но я уже успела заметить, что такие улыбки у неё самые настоящие.
— Что? — насторожилась я.
— Ничего.
— Нет, серьёзно.
— Просто это приятно слышать.
Я почувствовала, как внутри снова стало тепло.
Господи.
Она каждый раз говорит такие вещи совершенно спокойно, а потом сидит и не понимает, почему у меня сердце начинает вести себя странно.
— Так, не уходи от темы, — заявила я. — Ты так и не ответила.
Леор тихо выдохнула и снова устроилась удобнее на подушке.
— Помогает держать тело в тонусе.
Она загнула один палец.
— Помогает разгрузиться от мыслей.
Второй.
— Помогает выпустить лишнюю энергию.
Третий.
— И просто нравится.
— Прям каждый день?
Я засмеялась.
— Мне иногда через день лень ехать в зал.
— Это потому что ты нормальный человек.
— А ты нет?
— Не уверена.
Я рассмеялась ещё громче.
Леор тоже улыбнулась.
— На самом деле привычка осталась ещё с тайского бокса.
— Сколько ты им занималась?
— Несколько лет серьёзно.
— И тогда тренировалась каждый день?
— Почти.
Она пожала плечами.
— Сначала было тяжело. Потом организм привык. А потом я заметила, что если пропускаю тренировку, начинаю чувствовать себя странно.
— В смысле?
— Будто чего-то не хватает.
Я задумчиво кивнула.
В этом был смысл.
У меня с музыкой происходило примерно то же самое.
Когда долго ничего не пишешь, внутри появляется ощущение пустоты.
Будто что-то важное осталось недосказанным.
— А когда тебе совсем плохо? — спросила я тише. — Ты тоже идёшь тренироваться?
Леор ненадолго замолчала.
Я почувствовала, как её взгляд становится чуть серьёзнее.
— Особенно тогда.
— Правда?
Она кивнула.
— Иногда это единственное, что помогает не зацикливаться на чём-то.
Я несколько секунд смотрела на неё.
Потом снова провела рукой по её волосам.
Теперь мне стало немного понятнее. Не только про спорт. Про неё саму.
Про то, почему она всегда старается быть занятой.
Почему постоянно что-то делает.
Почему ей так сложно просто остановиться и позволить кому-то о ней позаботиться.
Леор заметила мой взгляд и слегка нахмурилась.
— Что опять?
Я улыбнулась.
— Ничего.
— Билли.
— Мне просто нравится узнавать тебя.
И почему-то после этих слов Леор отвела взгляд первой.
Я смотрела на неё с искренним недоверием.
Чем больше я узнавала о Леор, тем сильнее у меня складывалось ощущение, что в детстве ей каким-то образом выдали дополнительные часы в сутках.
Или сразу двух Леор.
Потому что объяснить всё это иначе было сложно.
— И тебе хватало времени на всё? — спросила я, приподняв бровь.
Леор посмотрела на меня так, будто вопрос показался ей совершенно логичным.
— Забыла? Я очень умная.
Это было сказано настолько серьёзно, что я не выдержала и рассмеялась.
— О, началось.
— Что?
— Скромность покинула чат.
— Я просто констатирую факт.
— Конечно.
Она едва заметно улыбнулась.
— Учёба мне действительно давалась легко. Я почти не тратила на неё время. Пока остальные сидели над заданиями по несколько часов, мне обычно хватало гораздо меньше.
Я покачала головой.
— Ненавижу таких людей.
— Завидуешь.
— Да.
— Понимаю.
Я тихо фыркнула и легонько дёрнула её за прядь волос.
Леор даже не попыталась защититься.
— Так что всё свободное время нужно было чем-то занимать, — продолжила она. — Иначе я начинала искать приключения.
— О нет.
— Именно.
— И что было дальше?
Она улыбнулась уже шире.
По-настоящему.
— Помню, однажды подошла к директору и попросила записать меня на танцы.
Я моргнула.
— На танцы?
— Угу.
— Сама попросила?
— Да.
— Добровольно?
— Билли.
— Я просто уточняю.
Леор рассмеялась.
Негромко.
Тепло.
И от этого звука внутри снова что-то приятно дрогнуло.
— Он тоже сначала не поверил.
— Кто?
— Директор.
— Почему?
— Потому что я пришла сразу после тренировки по тайскому боксу.
Я уже начала смеяться заранее.
— И?
— И попросила записать меня на танцы.
— Господи.
— Он решил, что я шучу.
— Я бы тоже решила.
— Но я не шутила.
Я покачала головой.
Честно говоря, картина маленькой Леор, которая после спаррингов идёт записываться на танцы, казалась одновременно невероятно милой и совершенно безумной.
— Так что потом я занималась ещё и танцами.
Я уставилась на неё.
— Подожди.
— Что?
— Ты ещё и танцуешь?
— Когда-то танцевала.
— Боже мой.
Я закрыла лицо ладонью.
— Что ещё ты умеешь?
— Много чего.
— Нет, серьёзно.
— Что?
— Мне кажется, если копнуть глубже, выяснится, что ты ещё умеешь пилотировать самолёт, играть на арфе и разговаривать с дельфинами.
Леор засмеялась.
— С дельфинами пока не получилось.
— Пока?
— Пока.
— Ужас.
Я снова посмотрела на неё.
— И какими танцами ты занималась?
Леор задумалась.
— Разными. Пробовала классику, бальные, немного хип-хоп.
— Немного?
— Мне не понравилось.
— Почему?
— Потому что я выглядела нелепо.
— Не верю.
— Поверь.
— Не верю.
Она закатила глаза.
— В итоге остановилась на современных направлениях.
— И долго занималась?
— Несколько лет. До четырнадцати.
— А потом?
Леор пожала плечами.
Совсем по-простому.
— Потом разонравилось.
— Просто взяло и разонравилось?
— Да.
— И всё?
— И всё.
Я смотрела на неё несколько секунд.
Потом покачала головой.
— Невероятно.
— Что именно?
— Ты говоришь об этом так спокойно.
— О чём?
— Будто нормально в четырнадцать лет заниматься музыкой, быть отличницей, тренироваться каждый день и ещё ходить на танцы.
Леор на мгновение задумалась.
А потом неожиданно тихо сказала:
— Наверное, я просто не знала, что можно жить как-то иначе.
После этих слов я уже не улыбалась.
Я смотрела на неё уже с абсолютно искренним ужасом.
Не тем ужасом, когда страшно.
А тем, когда человек продолжает выдавать информацию, а ты начинаешь подозревать, что перед тобой не один человек, а целая команда специалистов.
— У меня всё больше комплексов, — честно призналась я.
Леор удивлённо подняла бровь.
— Почему?
— Потому что мне родители всю жизнь говорили, что я слишком разносторонняя.
— Так и есть.
— Конечно. А потом появляешься ты.
Она уже начала улыбаться, явно понимая, к чему всё идёт.
— Признавайся.
— В чём?
— Чем ещё занималась?
Леор задумалась.
Причём по её лицу было видно, что она действительно перебирает варианты.
Словно список был настолько длинным, что его нужно вспоминать.
— Шахматы.
— Конечно.
— Робототехника.
— Конечно.
— Пробовала фехтование.
— Стоп.
Я подняла руку.
— Фехтование?
— Да.
— С мечами?
— С рапирами.
— Господи.
Леор рассмеялась.
— Но мне не понравилось.
— Какая жалость.
— Почему?
— Потому что я уже почти увидела тебя в историческом фильме.
— Не повезло.
— Дальше.
— Стрельба из лука.
Я уронила голову на её плечо.
— Нет.
— Да.
— Ты врёшь.
— Нет.
— Ладно, сколько?
— Чуть больше полугода.
— Конечно.
— Потом тхэквондо.
— Господи.
— Но тайский бокс нравился больше, поэтому вернулась к нему.
Я несколько секунд молчала.
Потом медленно подняла голову.
— Всё?
— Вроде бы.
— Вроде бы?
— Ну, что вспомнила.
— Что значит "что вспомнила"?
Леор уже откровенно смеялась.
Тихо.
Почти беззвучно.
И почему-то этот смех мне нравился всё больше.
— Ты прям как эти мотивационные цитаты.
— Какие?
— "Она сделала это потому, что не знала, что это невозможно".
Леор прикрыла глаза и покачала головой.
— Звучит ужасно.
— Звучит как ты.
— Возможно.
Я внимательно посмотрела на неё.
— Так почему ты за всё это хваталась?
На этот раз она ответила не сразу. Улыбка немного смягчилась. Стала другой. Более спокойной.
— Так и есть, наверное.
— Что?
— Я просто не знала, что что-то может быть невозможным.
Она пожала плечами.
— Нас постоянно отправляли на разные кружки. Чтобы каждый ребёнок мог найти что-то своё.
Я слушала молча.
— Ну а я пользовалась этим.
— Пользовалась?
— Конечно.
Она посмотрела куда-то в сторону окна.
— Если было интересно — записывалась.
— Даже если времени почти не оставалось?
— Особенно тогда.
Я нахмурилась.
Леор немного помолчала.
А потом сказала совсем тихо:
— Лучше торчать на кружках, чем сидеть в комнате приюта.
Я почувствовала, как внутри что-то болезненно сжалось.
Она произнесла это спокойно. Без жалости к себе. Без драматизма.
Будто рассказывала о погоде.
Но именно поэтому слова прозвучали ещё тяжелее.
— Там было настолько плохо?
Леор несколько секунд молчала.
Потом вздохнула.
— По-разному.
— Леор...
— Нет, правда.
Она повернулась ко мне.
— Бывали хорошие дни.
— И плохие.
— И плохие.
Её голос оставался спокойным.
Но я уже начинала понимать одну вещь.
Когда Леор говорила о тяжёлых вещах спокойно — это значило, что пережила она их очень давно.
Настолько давно, что научилась рассказывать без дрожи в голосе.
Только вот мне от этого легче не становилось.
Я осторожно взяла её за руку.
Леор посмотрела на наши переплетённые пальцы.
Потом на меня.
И впервые за весь разговор её улыбка стала немного грустной.
Но очень тёплой.
— Не смотри так.
— Как?
— Будто собираешься меня спасать.
Я сжала её руку чуть крепче.
— Поздно.
— Билли.
— Что?
— Ты невозможна.
— Мне кажется, мы уже выяснили, что невозможное тебя никогда не останавливало.