Утро, изменившее всё
Ривергейт просыпался медленно, словно нехотя стряхивая с себя клочья утреннего тумана, что цеплялся за крыши домов и голые ветви деревьев. Городок дремал в вязкой, почти осязаемой тишине, нарушаемой лишь сонным ворчанием реки Блэкуотер. Говорили, что река хранит секреты лучше любого сейфа, и в это утро её тёмные воды казались особенно непроницаемыми.
Тишину, плотную, как бархат, разорвал истошный, надрывной вопль. Он донёсся со стороны старого лодочного причала — места, где обычно рыбачили старики или украдкой целовались влюблённые парочки. Кричала миссис Хиггинс, владелица местной пекарни. Она выгуливала своего вечно путающегося под ногами пуделя, когда её взгляд упал на что-то тёмное и бесформенное, застрявшее в корнях старой плакучей ивы.
Шериф Джеймс Картер прибыл на место через десять минут. Его грузная фигура казалась непривычно ссутуленной. Лицо, обычно багровое от ветра или выпитого накануне пива, сейчас было бледным, как мел, а на лбу выступили крупные капли пота. Он остановился у самой кромки воды, не решаясь подойти ближе. Его тяжёлый взгляд был прикован к тёмному пятну на воде.
Тело Остина Тернера плавало лицом вниз. Дорогой пиджак покойного мэра колыхался на мелкой зыби, а темные волосы, слипшиеся от тины и грязи, обрамляли голову жутким ореолом.
— Чёрт... — только и смог
выдохнуть шериф. Это было не просто ругательство. Это было признание собственного бессилия перед лицом беды, которая теперь навсегда изменит их тихий городок.
Новость разлетелась по Ривергейту быстрее лесного пожара. К обеду не осталось ни одной кухни, где бы не обсуждали случившееся. Телефонные провода гудели от сплетен и домыслов, а в воздухе витал сладковато-гнилостный запах беды. Это была не случайность. Не трагическая оплошность. Это было хладнокровное убийство. И Ривергейт замер в ожидании ответа на главный вопрос: кто?
Комментарии